— Тьяго, я просто нечаянно сказала. Я не это имела в виду. Говорю же тебе!

— Заткнись, — посоветовал ей Тьяго. — Охраняйте коридор, — приказал мужчина кому-то рядом.

Ругнулся знакомый голос. Ниниэн посмотрела в сторону его источника и, наконец, увидела Aрьял и Кэмерон. Те следили за толпой на танцполе, пока люди наблюдали за Тьяго и Трикс с разной степенью любопытства, смеха и тревоги. Дункан крикнул из-за бара, чтобы снова запустили музыку.

Ниниэн показалось, что увидела что-то странное в Aрьял. Глаза Гарпии были сужены, угловатое лицо побелело от напряжения. Должно быть, Трикс ошиблась. Все выглядит иначе, когда ты свисаешь вниз головой. Люди странно передвигались, улыбки были перевернутыми, жидкость из бокалов поднималась вверх. Как будто видишь во сне комнату кривых зеркал.

Tьягo шагал по коридору. Офис, справа. Маленький, захламленный уголок, заваленный пожелтевшими бумагами. Туалеты. Он слышал, как внутри кто-то двигался, приводя в действие тарахтящую сушилку для рук. Ниниэн снова поерзала на его плече, едва не упав при этом. Подтянув ее тело на место, он пошел дальше. Вот она. У аварийного выхода показалась открытая дверь.

Вер вошел в затененное помещение, уставленное ящиками и металлическими стеллажами. Один угол кладовой был превращен в зону отдыха. Там стояли потрепанный, но довольно удобный на вид диван, продавленное кресло и исцарапанный журнальный столик с кучей старых журналов. На спинке дивана лежал свернутый шерстяной плед, на противоположной стене висел старенький телевизор с антенной и цифровой приставкой. На одной из металлических полок стояла микроволновка.

Войдя, мужчина остановился посреди комнаты. Ниниэн ждала его дальнейших действий, но ничего не происходило. Tьяго напряженно застыл.

Трикс отпустила его ухо и, наверное, совершенно случайно скользнула пальцами по его шее.

— Я выгляжу очень милой, — прошептала она, прижавшись щекой к его широкой, мускулистой спине.

Он вздохнул. Девушка почувствовала, как содрогнулось все тело мужчины. Тьяго погладил ее ноги и трение от мозолей на его широкой ладони вызвало мурашки на ее чувствительной обнаженной коже.

Потом он наклонился вперед и с необычайной нежностью поставил Трикс на ноги, задержав руки на узкой талии, пока девушка не обрела равновесие. Они взглянули друг на друга, ее голова начала тянуться вверх, его, — опускаться. Ниниэн чувствовала себя до абсурда крошечной, когда находилась так близко к нему и ей становилось ужасно жарко, хотя это не имело никакого отношения к их физическому контакту.

— Я так чертовски стар, — произнес он так тихо, что она едва расслышала слова. — А ты самое прекрасное существо, что я когда-либо видел.

Вглядываясь в это наполовину скрытое, почти незнакомое лицо, Трикс положила пальцы на предплечья мужчины, чтобы лучше насладиться теплом его кожи. Агрессия испарилась, оставив Тьяго потрясенным, почти уязвимым. А ведь он всегда был незыблемой крепостью. За все годы их знакомства, Ниниэн никогда не наблюдала в нем таких эмоций. Она протянула руку, чтобы снять его солнечные очки. Заблестели обсидиановые глаза.

— Если ты считаешь, что я прекрасна, то почему не говорил об этом? — Дыхание перехватило. — Почему ты так зол на меня?

Только прислушайтесь к ней. Из Ниниэн получится замечательная Королева, которая топает ногами и рыдает из-за оскорбленных чувств. Целые народы будут просто трепетать от страха.

Тьяго обхватил ее лицо обеими руками. В этих огромных ладонях изящная голова девушки помещалась почти целиком.

— Ты сводишь меня с ума. Крышу сносит напрочь, я не могу нормально думать, черт возьми. Ты вообще заметила? Каждый мужчина, да даже несколько женщин только что раздевали тебя глазами, и готовы были вот-вот сорваться с цепи. Ты не можешь в таком виде выходить на люди. Я серьезно, Ниниэн. Что. За. Хрень?

Его лицо и тело сводило от напряжения, от видимых усилий держать себя в руках. Ниниэн моргнула. Появился крошечный лучик надежды.

Тьяго сжигали ревность и собственнические чувства. Это могло означать только одно. Он все еще хотел ее.

— Так тебе понравилось платье.

Мужчина зыркнул на Ниниэн с выражением оскорбленного достоинства.

— Это — не платье.

Удовольствие пьянило, как мед. На лице Трикс начала расплываться улыбка.

— Тогда что же?

— Это… Это, — взгляд Тьяго придирчиво прошелся по ее телу, став совершенно хищным. Ему пришлось сглотнуть, чтобы прочистить горло. — Юная леди, — хрипло произнес он, — то, что на вас надето, вполне способно вызвать уличные беспорядки.

Улыбка Нининэн стала еще шире. Она взяла его ладонь в свои. Огромная рука была полна убийственной силы. Тыльную сторону кисти испещряли толстые вены, длинные пальцы были грубыми на ощупь. Трикс провела его рукой по блесткам, усеивавшим платье.

— На ощупь неплохо, да? — пробормотала она.

На протяжении всей своей долгой жизни у него было бесчисленное количество любовниц. Все они были крепко сложенными женщинами-бойцами, способными выдержать жесткий трах. Они не ожидали от него ничего, когда Тьяго уходил, не оборачиваясь. Ниниэн же была для него совершенно экзотическим существом, со всей этой любовью к женской мишуре и сочными изгибами тела. В антураже ветхой подсобки Фейри выглядела шокирующе гламурно, будто маленькая молния. Яркие крошечные блестки ощущались прохладными и твердыми, будто осколки льда. Очарованный, Вер поддел пальцем одну из блестяшек.