— Я не хотел идти спать, не поговорив с тобой, — ответил он. — Сегодня был напряжённый график. А потом ты рано ушла.

— Скучал по мне?

Он раздражённо выдохнул и коротко кивнул.

— Это хорошо. Девушки любят, когда по ним скучают.

Я провела пальцем по его колючему подбородку. Он поймал его зубами и нежно прикусил, чем удивил меня. Я не думала, что Джимми может быть настолько игривым. Он не разжимал зубов. Я дёрнула руку, чтобы освободить свой палец.

— Ты животное, — засмеялась я, наконец, освободив палец. Довольно этой бессмыслицы, я хотела секса. Несмотря на то, что мозг желал иного, в моём животе образовался тугой узел, а бёдра сжались. Я села, и Джимми отскочил назад, сохраняя между нами прежнее расстояние.

— Поцелуй меня, — сказала я.

Он сжал моё бедро.

— Расставь ноги, позволь попробовать тебя.

— Сперва я хочу поцелуй.

— Я поцелую твою сладкую киску. — Теперь он сжал бедренную кость. — Ну же, Лена, расставь ноги.

И мне нравилась эта идея, правда нравилась, бог мне свидетель, потому что, если бы это было не так, то я была бы настоящей идиоткой. Но сейчас дело обстояло иначе. Я потянулась к очкам, которые лежали на тумбочке.

— Что не так? — спросил он.

— Ты ни разу не целовал меня.

Джимми засмеялся. К концу долгого дня на его голове творился прекраснейший беспорядок.

— Да мы занимались этим всего раз.

— Большинство людей целуются, прежде чем заняться сексом. Это вроде как традиция. Знаешь, даже сегодня, когда ты помечал свою территорию перед Дином, ты не поцеловал меня, а просто прижал щеку к моему лбу.

— Футболка отпадно на тебе смотрится, — сказал он, отдавая должное моим торчащим соскам. Что было очень мило с его стороны, но к делу отношения не имело.

— Ты не целуешься, я права? — Я наблюдала за тем, как он смотрел куда угодно, лишь бы не на меня. — Ты не против прикосновений, если делать это медленно. Но вот с настоящими поцелуями у тебя проблема.

Он покачал головой, убирая руку с моей ноги.

— Лена...

— Должна сказать, ныряние под юбку девушки — это отличный метод избегания её рта. Пять баллов, Джимми, за столь гениальный план.

В этот момент он действительно выглядел застенчиво.

— Это слишком личное, да?

Он фыркнул.

— Что за хрень, какое отношение это имеет к личному? Я был рад лизать твою киску, так почему должен бояться твоего лица?

— Это ты скажи мне.

По всей видимости, он решил промолчать и закрыть рот на замок.

— Я хочу поцеловать тебя, Джимми. Всегда хотела. Поцелуешь меня?

В ответ он насупил брови и нахмурился.

— Иди сюда, всё в порядке. — Я схватила его за футболку и притянула к себе. — Это всего лишь я.

Он придвинулся всего на пару сантиметров.

— Просто, мне такое неинтересно. В этом ничего такого, ведь каждому нравится разная хрень, понимаешь?

— Понимаю. — Я притянула его немного ближе. — Просто, мне нужно узнать, каковы твои губы на вкус.

— Других девушек это не волновало. Хотя я никогда не оставлял их неудовлетворёнными, я делал всё для их оргазмов.

— Хорошо.

И ещё ближе.

— Просто... ну, знаешь, я не хочу приближаться к чужому лицу, быть настолько близко к человеку. Мне это не нравится. Я целовался раньше. Целовался, но не с особым энтузиазмом.

— Ладно. — Медленно я потянула его, пока наши носы чуть не столкнулись. И, знаете что, видок у него был далеко не счастливый. — Мы просто немного поцелуемся. Это не страшно.

— Я в курсе, — надулся он.

— И если тебе впрямь не понравится, то я остановлюсь.

Он нерешительно кивнул.

Нежно я прижала свои губы к краю его рта. Всё это время мы держали глаза открытыми. Джимми облизнул губы и выдохнул. Затем, когда он не предпринял никаких попыток сбежать с кровати, я попробовала ещё раз, один раз поцеловав его нижнюю губу. Он вздрогнул, но не отстранился.

Я наклонила голову, снова целуя его, предоставляя больше контакта под другим наклоном.

— Как тебе? — спросила я, чувствуя его тёплое дыхание на своих губах.

Он пожал плечами.

— Неплохо. Я не против.

— Хочешь ещё разок?

— Давай. Можно повторить.

— На этот раз можешь немного открыться мне?

Его губы слегка приоткрылись, но сам он замер, позволяя мне руководить процессом. Нерешительное выражение его лица сменилось на любопытство. Его глаза медленно закрылись.