История вторая. Февраль. Последние дни.

— Не думаю, что она будет в восторге, — фыркнул Ремус.

— Да брось! Родной братишка вернулся, наконец, домой! — Хохотнул Сириус.

— Который за всё это время ни разу её не навестил?

— Я был занят, она поймёт!

Люпин и Блэк как раз подходили к синей двери третьего дома на Зелёной улице. Морозный воздух почти звенел, напоенный холодным дыханием прощального месяца. Обычно в конце февраля снег и мороз как-то постепенно идут на спад, но в этом году зима решила держаться до последнего дня. Собственно, то и был последний день февраля.

— Да, но ты же навещал Марлин. Хоть разочек и мог бы…

— Ну, я принёс ей тортик. Думаю, она простит меня за тортик-то?

— Думаю, нужна более веская причина, чем тортик, — вздохнул Ремус. — Марисса сейчас изрядно на взводе. Эд вечно в каких-то рейдах, в Ордене неспокойно. Она частенько заходит ко мне в магазин, жалуется. Да и на таком сроке настроение у неё…

— Хм… А если ещё и с безе?

— Сириус, кажется, ты не уловил сути проблемы, — серьёзно сказал Ремус.

— Лунатик! Я всё схватываю налету! — Обиженно воскликнул Блэк и открыл дверь.

И тут же остолбенело замер, ибо в паре дюймов от его головы об стену разбилась брошенная из гостинной ваза.

— НИКОГДА МОЮ ДОЧЬ НЕ БУДУТ ЗВАТЬ КЛАРОЙ! — Громогласный крик почти до основания сотряс дом.

Мимо Сириуса просвистела ещё и небольшое блюдечко, которое с грустным «дзынь» разбилось вдребезги, упав к осколкам вазы.

— Марс, это просто жребий! Можно просто перетянуть и…

— Ты специально подложил это имя! Чтобы поиздеваться, да?! — Голосила Марисса.

— О чём ты? Девчачьи имена ты писала!

— ТЫ МЕНЯ ЗА ИДИОТКУ ПРИНИМАЕШЬ?!

— Ого, — присвистнул Сириус. — А сестрёнка разошлась.

Из гостинной буквально вылетел Эд, спасающийся от праведного (или не очень) гнева жены.

— Опаньки, — выдохнул он, увидев Сириуса. — Какие люди. Давно не виделись.

— Что у вас? Третья мировая? — Хохотнул Блэк.

— Почти, имя ребёнку выбираем, — вздохнул Эд, откидывая со лба волосы. — Кто бы мог подумать, что это такая проблема. Слушай, отвлеки её, хорошо? Когда она…

— Лафнегл, не смей убегать от разговора! — В дверях гостиной появилась Марисса.

Вернее, сперва появился её живот. А потом уже она сама. Полыхающие гневом синие глаза на белом лице не шли ни в какое сравнение с такими габаритами по уровню производимого шока.

— Охренеть, да ты ж размером с планету! — Не удержался Сириус.

Синие глаза, уставившись на Блэка, сузились до угрожающих щёлочек. Медленно наступая к брату, Марисса зашипела:

— Ты… Явился…

— Ой-ёй, — высказал общие соображения Ремус.

— Пять месяцев… ПЯТЬ МЕСЯЦЕВ, СИРИУС! — Закричала девушка. — За все пять месяцев ты не соизволил меня навестить! За все пять месяцев всего пять писем и открытка на Рождество! ПЯТЬ МЕСЯЦЕВ, СИРИУС!

— Но мы же каждую неделю общались через зеркало, — нервно улыбнулся Сириус, выставив вперёд тортик, как средство защиты. — И я тебе ещё такие подарки присылал. Тот плюшевый заяц, а? Такая прелесть же! Как дела у малыша? Пинается?

— Ты мне зубы не заговаривай! — Зарычала Марисса.

Эд тихонько, передвигаясь бочком по стеночке, шмыгнул в гостинную. Сириус и Ремус стратегически отступали на кухню.

— А… А хочешь расскажу, как я в чешском лесу от егерей спасался и прибежал на Октоберфест? Оказалось, что я всё это время даже не в Чехии был. Забавно, да? О, зато в Испании меня чуть оборотень не покусал! Вот такая история! Сейчас расскажу! Иду я, значит, по пляжу…

Марисса схватила полотенце и несколько раз хлестнула им брата. Отскакивая от кожаной куртки, ткань громко хлопала. Всё это время Марисса приговаривала: «Пять месяцев! Пять месяцев!». Ремус поспешил на подмогу другу и поспешно схватил Мариссу за руку.

— Марс, ну не надо брата-то убивать, — попытался вразумить её он. — Ну да, загулял, но у него было много дел, он был занят… Миссия Ордена это не просто отпуск. Да, поездка выдалась, судя по всему, увлекательной, но всё равно было трудновато, пожалей его. К тому же, если ты убьёшь его, кто расскажет тебе о поездке? Ты же так хотела послушать, помнишь, ты говорила?

Спокойный и размеренный голос Люпина успокоил девушку. Немного сомневаясь, Марисса положила полотенце на стол и вздохнула.

— Ладно. Сириус, я всё же рада тебя видеть. Извини, я немного на взводе в последние дни.

— Да ничего, я понимаю, — Сириус шагнул к сестре и обнял её. — Нет, ей-богу, ты размером с планету!

В ход снова пошло полотенце. На доводы Ремуса о том, что девушке нельзя нервничать, та не обратила ни малейшего внимания. Однако совершенно внезапно девушка замерла, занеся полотенце для очередного удара. Вслушиваясь в звуки, доносящиеся из соседней комнаты, она отбросила полотенце и с радостным воплем: «Доктор Кто!» ринулась в гостиную. Через миг до недоумённо переглядывающихся парней долетел ещё один радостный возглас: «Мармеладки!».