— В смысле?

— Всё, что умирает, рано или поздно возрождается. Мир живёт, сопротивляется. Убей одно — на его месте родятся трое, и в этом состоит бесконечность. Я обрёл силу, обрёл власть, могу дать смысл людям, заключать с ними сделки, но… я вынужден забирать жизни, когда приходит срок, даже если срок можно передвинуть. Я забираю жизни, чтобы не нарушать баланс.

— А убийство до срока? Кирпич на голову, к примеру?

— Кирпич сам случайно не упадёт — я должен столкнуть его. Так предначертано судьбой, нить тянется своим чередом.

— Нить можно перерезать. Жизнь можно оборвать. А судьбу — переписать.

— Можно, но…

— Но?

— Пока что я не в силах делать это. Мне понадобится тысяча тысяч лет, чтобы достичь мастерства управления судьбой.

— Ты сказал, что боролся со Смертью от начала до конца времён. В нашем мире прошёл лишь месяц. В чём проблема? Ты сам говорил, что ты вне времени.

— Мне может не хватить сил.

— Тебе-то? — Она хотела рассмеяться, но содрогнулась в надрывном кашле. — Зная тебя, уверена, ты найдёшь способ, чтобы и этого достичь.

— Твоя правда, — улыбнулся он. — А ты, как я вижу, не в лучшей форме?

— Ох, ну неужели ты заметил? — Кларисса прикрыла глаза и откинулась на подушку. — Кажется, смертное тело не выдержало такого наплыва энергии… Я пыталась избавиться от плоти, но она возвращается снова и снова…

— Ты привязана к этому миру, а значит, тебе придётся вновь и вновь возвращаться в телесную оболочку, — пояснил Кьялар. — За магию нужно платить. Ты платишь лихорадкой и болью.

— Замечательно. И как долго мне расплачиваться?

— Скоро твоё тело привыкнет. Быть вместилищем громадной силы — непросто. Тем более, если сила украдена у богини.

— Что тогда произошло? Когда ты… когда она ушла из моей головы?

— Я привязал её к Ловушке. Снова. С помощью пера Маат я вернул её в собственное измерение, после чего уничтожил единственный проводник, ведущий из её мира в наш.

— Ты предал свою госпожу, — слабо усмехнулась Кларисса. — Похвально.

— Я рассудил, что мне выгоднее спасти тебя и отдать её божественные силы. С тобой легко договориться, в отличие от неё.

— Значит… я тебе… нужна… — Тихо прошептала Кларисса. Лихорадочный сон мягко забрал её в свои объятья.

Кьялар усмехнулся, обернулся к зеркалу и произнёс:

— Полагаю, у тебя тоже есть вопросы, на которые ты желаешь услышать ответы.

Я вздрогнула. До сих пор он даже не подавал вида, что видит меня. Я отшатнулась от зеркала. Гладь отражения чуть вздрогнула, пошла рябью, искажая изображение погружённой в сумрак спальни. Из зеркала в комнату шагнул Кьялар. Губы его складывались в обаятельную элегантную усмешку, в глубине бледно-зелёных глаз горел странный голубоватый огонёк. Лакированная трость стукнула об пол.

Словно заворожённая я смотрела на него. Так притягивает взгляд разворачивающаяся под ногами бездна. Я чувствовала себя кроликом, загипнотизированным удавом. Он стоял, спокойно ухмыляясь, и чего-то ждал.

— Ты… в газете писали, что ты умер… — пролепетала я, осознав, что что-то нужно сказать.

— Значит, в кои-то веки в газете написали правду, — пожал плечами Кьялар. — Я действительно умер, ты же слышала. В какой-то мере, можешь считать это моим тебе подарком.

— Подарком?

— Официально ты теперь вдова. Не благодари. О, и поздравляю ещё раз. Мальчик или девочка? Кстати… — Он выдержал театральную паузу. — С тебя ещё должок.

— О чём ты?

— Я спас тебе жизнь, — напомнил Ищейка. — В тот день, когда та дура тебя ударила неизвестным заклинанием. Благодаря мне ты жива и, чего уж там, жив этот ребёнок.

Я содрогнулась от ужаса и отвращения. Кьялар тихо засмеялся, прошёл к креслу и опустился в него, опираясь на трость.

— Если ты посмеешь… — прошипела я, машинально кладя руку на живот.

— Не беспокойся. От тебя я получил всё, что хотел, так что больше я тебя не потревожу, поверь. Пока что. Долг останется, и когда-нибудь ты мне его вернёшь. Или не ты. Или не мне. Или не в этом мире. В любом случае, это не важно. У меня теперь и без того забот полным полно. Статус Смерти накладывает некоторые обязательства.

— Ты сказал Клариссе, что умер до того, как тебя настигла Смерть. Но я же видела, как ты пронзил её кинжалом.

— Именно. А разве одно может помешать другому? — Хитро усмехался Кьялар. — Получив такую колоссальную силу, я сумел убить Серую Леди, однако никто не может просто взять и убить Смерть. Поэтому её полномочия перешли ко мне. Я сказал, что сражался с ней на протяжении веков, но сумел поглотить и принять её лишь там и тогда, когда всё началось. Для меня прошли тысячелетия, тогда как для тебя не минуло и мига.