— Знаю, — тихо пробормотала я.

— Нет, не знаешь, — резко оборвала она. — Потом они планируют переплести тебя.

Я вспомнила, с какой радостью жены чиновников обсуждали на собрании Гильдии возможность переплетения собственных детей. Они надеялись сделать их более послушными. Вопль ярости так и не вырвался из моего горла — это могло привлечь ненужное внимание со стороны охранников. И все же, как они посмели?

— Они могут изучать меня как угодно, — сказала я.

— В конце концов они найдут ответ…

— А потом просто убьют меня, — произнося эти слова, я почувствовала, как замедляется биение моего сердца. Это вот-вот могло войти в привычку.

— Возможно, но сначала они попытаются тебя переплести, чтобы сделать послушнее.

— Не думаю, что им удастся этот трюк. Вряд ли меня можно сделать послушной, — ответила я, и мой голос задрожал от еле сдерживаемой ярости.

— Ты же видела, как далеко они зашли с Инорой, — возразила Лорисель.

— Как думаете, почему они решили сперва переплести Инору? Из-за связи с Валери? — задумчиво спросила я.

— Нетрадиционные отношения были лишь поводом, — пояснила Лорисель. — Просто они выбрали ее для этого теста.

— Но она об этом знала? Все было спланировано заранее? — повысила голос я.

— Понятия не имею. Ее забрали ночью. Меня даже не известили.

Они всегда приходили ночью.

Даже если большая часть из того, о чем рассказывала Лорисель, была всего лишь теорией, в ней все равно должно было скрываться зернышко правды. Мне необходимо было подготовиться.

— Сколько у меня времени?

— Неделя, — ответила она. — А то и меньше.

Я встала и подошла к стене. Мои пальцы коснулись изображения океана. Иллюзия задрожала, прогнулась и снова выровнялась в том месте, где на нее надавила моя рука. На экране осталось то же изображение, однако в месте, где я коснулась его, красовался отпечаток ладони.

— Здесь некуда бежать, — сказала я.

— Я знаю.

— Инора тоже знала. — Я повернулась к Лорисель. — Поэтому она себя и убила.

Пряжница тяжело вздохнула.

— Она запуталась, Аделиса.

— Потому что ее переплели, — упрямо покачала головой я. — Она была растеряна. Я заметила это во время нашего последнего разговора, но ничего не смогла выяснить.

— Ты не смогла бы это предотвратить, — мягко сказала мне Лорисель.

— Я могла. Если бы я начала бороться с ними еще в тот момент, когда они заявились ко мне домой. Если бы я оказалась более уверена в себе, мои родители были бы сейчас живы, а Ами — в безопасности. Никто бы не узнал тайну Иноры и Валери. Они бы…

— Жили полужизнью, — остановила мою тираду Лорисель. — Не стоит преувеличивать свою значимость. Лишь смерть освобождает нас.

— Вот этого я хочу меньше всего, — заметила я. — Мэйла говорила мне, что здесь ни для кого нет избавления, даже в смерти.

Лорисель недовольно поджала губы.

— Я не совсем понимаю, о чем именно говорила Мэйла. Амбициозность делает ее по-своему могущественной, и часто о внутренних операциях Гильдии ей бывает известно гораздо больше, чем нам.

— Что происходит с людьми, которые погибают прежде, чем их нить успевают вырвать?

— Это случается так редко…

— И все-таки, — настаивала я.

— Бывает и такое. Если подобное происходит, мы вынимаем остатки нити, — ответила Лорисель.

— Остатки? — Я представила тоненькие ниточки, которые формировали толстую нить.

— Когда человек умирает еще до того, как выписан документ на устранение, часть его нити… — Лорисель замолкла и отвела глаза. — Исчезает.

По телу у меня пробежала дрожь.

— И куда она девается?

— Я не уверена. Мы опасаемся самопроизвольного обрыва нитей. Проще отыскать их еще до трагедии и выдернуть. Гильдия хочет контролировать даже вырванные нити.

Тысячи вопросов роились у меня в голове, стремясь вырваться наружу. Исследование и переплетение были сложными сферами. Я сделала глубокий вдох и задала первый вопрос.

— Почему их так волнует, что произойдет с вырванными нитями?

Лорисель пожала плечами.

— Я не знаю.

— А кому есть дело до тех частей нити, которые исчезают?

— Когда я только начала работать в Ковентри, мы не удаляли нити заранее — лишь собирали и удаляли остатки. Все изменилось примерно пятьдесят лет назад, — пояснила Лорисель.