– Хочешь что-нибудь? – спросил он хрипло.

– Я в порядке, – ответила она, хотя её желудок тихо заурчал в знак протеста. – Мне нужно узнать о других.

– Других?

– Да. Где они? Они в порядке? Они получили что-нибудь из еды?

– Маккензи, я уверен, у них всё хорошо.

– Ты уверен. Это значит, что ты не знаешь о них. Боже мой, они, должно быть, волнуются обо мне. Мне нужно пойти к ним.

– Я знаю, что все уцелевшие находятся в одном районе. Я знаю, что их кормили, позволили очиститься и предоставили им места для отдыха. Я знаю, что если бы кто-то был в ужасном состоянии, воин, отвечающий за них, доставил бы их к Луолу на лечение. Никого не было, пока ты была там.

– Как ты можешь всё это знать?

– Потому что это была обычная процедура для выживших, которых мы нашли в других рудниках.

– Другие рудники... ты имеешь в виду, что там было больше мест... больше шахт.

– Да, – тихо сказал он ей, желая ударить себя за то, что рассказал это. Особенно, когда увидел, как побледнела Мак.

– Сколько?

– Твой был шестым, из тех, что мы нашли.

– Шестой...?

– Мы полагаем, что нашли их все.

– Почему?

– Потому, что залудианские корабли не пытались подойти к Понту с момента нашего прибытия, шесть недель назад. Мы узнали, что они прилетали раз в месяц, чтобы забрать добытые кристаллы и пополнить пещеры.

– Тогда зачем они оставили нас на рудниках?

– Этого я не знаю, но уверен, генерал узнает это у выживших залудианцев.

– Кто-то выжил?

– Я думаю да, хотя не знаю, правда ли это. Были и другие рудники.

– А были другие люди?

– Нет, Маккензи. Вы были первыми в своем роде, кого мы нашли, – мужчина снова поднял пакет. – Теперь ты поешь?

– Мне нужно знать, что они в порядке, – её глаза умоляли его, и Нихил обнаружил, что ни в чем не может ей отказать. Но это не значит, что он не настоит на своем.

– Я могу связаться с воином и выяснить это, но только если ты поешь, пока я делаю это. Ты прошла через многое.

– Они тоже.

– Да, но ты единственная, о ком я беспокоюсь, – отказался отступать Нихил. Маккензи была его истинной парой, и он надеялся, когда-нибудь, станет его Эша. И хотя, кажется, некоторые вещи он делал плохо, заботясь о ней, сейчас он был прав.

– Хорошо, – наконец ответила она. Присев, она выбрала пакет.

– Давай помогу... – он протянул руку, чтобы взять его, но её взгляд остановил его.

– Я видела, как ты делал это прошлой ночью, – она нажала на точку. – Я не глупа.

– Я никогда и не думал, что ты глупа. Я просто пытаюсь помочь.

– Помоги выяснить о моих друзьях. Ты сказал, что сделаешь это, если я поем.

Мак надорвала верхнюю часть пакета, схватила одну из ложек на столе и стала есть.

Нихил отстегнул комм, закреплённый на талии, и связался с Парланом.

***

Парлан только закончил наслаждаться своей первой трапезой, когда зазвонил его комм.

– Парлан, – ответил он, его недовольство вызовом перед выходом на дежурство, легко угадывалось.

– Воин Парлан, это командир Козар.

Парлан выпрямился, услышав имя того, кто с ним связался. Командир отряда Козар был тем, с кем вы бы не захотели находиться по разные стороны. Даже он. Ибо Нихил был не только самым большим среди них, но и одним из самых сильных. Он никогда не говорил больше, чем необходимо, позволяя его мечу, бластеру и клинку говорить за него. Его манно, к тому же был на службе у министра Дескарги, одного из самых влиятельных и уважаемых министров в Империи. Даже связь Парлана с министром Степни не помогла бы ему, если бы он обидел Дескаргу.

– Командир! Чем могу быть полезен?

– Я хочу знать о состоянии людей.

– Люди... о, вы имеете в виду этих грязных, странного вида существ, которых вчера спасли.

Нихил стиснул зубы, радуясь, что Маккензи до сих пор не понимает кализианского, так что не сможет понять Парлана.

– Их состояние? – спросил он.

– Я еще не проверял их сегодня утром, но они были в порядке, когда я дежурил вчера. Еда, раскладушки и чистые покрытия были предоставлены по приказу генерала, и я предполагаю, что они знали, как очистить себя.

– Вы показали им, как использовать очищающий блок?

– Зачем мне это? Каждый известный вид умеет использовать очищающий блок.

– Но они не известный нам вид, как и мы для них, – Парлан молчал. – Они были доставлены к Луолу?

– Нет. Никто из них не упомянул о необходимости.

– Потому что они не знают, что могут, верно? Как ничего не знают о нас.

Нихилу никогда не нравился Парлан. О, он был высококвалифицированным воином и выполнял свой долг, но он никогда ничего не делал сверх этого, и считал, что всегда имеет право на большее из-за родства его семьи и связей с министром Степни.