– Неприятности?

– Да, потому что я не закончила отвечать на их вопросы.

– Нет, ты хорошо справилась и рассказала всё, что могла. Генерал может захотеть ещё раз поговорить с тобой позже, но сейчас – всё в порядке.

– Ты уверен?

– Да. Всё, что тебе нужно сделать сейчас, так это отдохнуть.

Мак, с усталым вздохом, положила голову обратно на грудь Нихила. Она знала, что ей необходимо поспать и поесть, поскольку она не могла вспомнить, когда последний раз это делала, но было ещё столько всего неизвестного.

– Нихил? – спросила она быстро.

– Да?

– Почему я не могла понять, о чём вы говорили, раньше, когда ты разговаривал с генералом и капитаном?

– Мы говорили на кализианском, на нашем родном языке.

– А на каком мы говорим сейчас?

– На залудианском.

– Залудианский? Как это возможно? – Мак прислушалась и впервые осознала, что она говорит не по-английски.

– Кто-то из ганглианцев или залудианцев приставлял какое-либо устройство вам на глаза?

– Ганглианцы. Двое из них держали Крэйга, когда надевали на него устройство. Когда они сняли его, Крэйг стал понимать их. Они бросили устройство на него и ушли.

– Они ожидали, что он использует обучатель на вас? – Мак не видела встревоженный взгляд, который бросил на неё Нихил.

– Да. Они сказали ему, что все, кто не согласен, будут убиты. Как только это было сделано, мы смогли понимать, что говорили ганглианцы и залудианцы по прибытию, но я не осознавала, что мы говорим по-другому.

– Вы, наверное, говорили между собой! – когда она склонилась к нему, хмурясь, мужчина продолжил. – Это часть того, что делает обучатель. Он позволяет тебе понимать язык, на котором с тобой говорят, и помогает тебе ответить. Если один из ваших мужчин обращался к тебе на вашем языке, то на этом языке ты и отвечала, даже не понимая этого.

– Получается, если бы я захотела поговорить на моем языке, то ты бы понял меня? – Мак внимательно прислушалась к себе и поняла, что говорит по-английски. Она увидела, как Нихил нахмурился.

– Это твой язык? – спросил он по-залудиански.

– Да, – так же по-залудиански ответила она. – Ты понял, что я сказала?

– Нет, прости, малыш.

– Но я думала, ты сказал...

– Ты говоришь и понимаешь языки, запрограммированные в обучателе, и, кажется, ганглианцы подготовили для вас только свой и залудианский.

– А я смогу выучить ваш язык?

– Да, малыш, и многие другие, – он нежно приласкал её щеку. – Завтра, если ты будешь готова к этому, Луол хотел поставить тебе наш обучатель. Он будет содержать все языки известных Вселенных, а также историю и основы каждого.

– Я смогу говорить и понимать тебя на вашем языке?

– Да.

– И ты поймешь мой?

– Нет, так как это не один из известных языков. Но со временем, если ты и ваши мужчины поработают с Луолом, мы сможем узнать и записать его, так что, в конце концов, он может быть запрограммирован, – Нихил заметил, что Мак прикусила свою верхнюю губу. – Что случилось, малыш?

– Просто... я просто...

– Что? Ты можешь сказать мне.

– Я хочу выучить язык и больше узнать о... ну, обо всем. Просто мне не понравилась эта вещь в последний раз. Было неприятно, и я испугалась.

– Неприятно? Что ты имеешь в виду? – всё тело Нихила напряглось. Обучатель никогда не должен вызывать дискомфорт. Ганглианцы навредили его Маккензи?

– Он был жесткий и холодный, и, казалось, слишком плотно сжимал мои виски, – она не заметила, что потянулась вверх, прикасаясь к этим местам. – Мне не понравилось это ощущение.

Нихил слегка повернулся, уложив её на спину, и заключил между массивными руками, окружая её своей защитой.

– Обещаю, Маккензи, в этот раз всё будет по-другому. Ты будешь в безопасности. Я буду с тобой всё время. Луол убедится, что обучатель настроен должным образом, что не вызовет у тебя никакого дискомфорта.

– И я стану лучше понимать некоторые вещи, например, как открыть дверь?

– Да, малыш.

– А про твои бусины? – она потянулась вверх, касаясь заплетённых прядей, упавших на плечо.

– Да, это поможет тебе понять, но я и так расскажу всё, что ты захочешь узнать о моих суджа-бусинах.

– Суджа-бусины... Зачем ты их носишь?

– Все кализианцы их носят, – он повернулся на бок, упершись локтем, и потянулся за спину, перекидывая все свои косички вперёд, чтобы девушка могла их видеть. – Это мои Кровные бусины, их я получил во время своей церемонии наречения имени, вскоре после моего представления.

– Представления?

– Когда я сделал свой первый вдох.