Стук во входную дверь заставил его отпустить бусину и быстро подняться. Переступив порог спальни, Нихил закрыл дверь, чтобы Маккензи не потревожил усилившийся шум.

– Что?! – прорычал он, хлопнув по кристаллу, открывающему дверь. Его яростный взгляд испугал бы обычного мужчину, но генерал Трейвон Рейнер не относился к обычным мужчинам. Нихил выпрямился.

– Генерал.

– Воин Нихил. Мне сообщили, что вы принимаете поздравления. Вы были благословлены истинной парой.

– Да, генерал, – Нихил сделал шаг назад, позволяя Трейвону пройти в гостиную. Он обнаружил, что сжал кулаки, когда Гриф прошёл следом. Он всегда уважал капитана Грифа, считал его благородным мужчиной, но тот пытался встать между ним и его Маккензи, а этого Нихил не мог позволить.

– Мне жаль, что я расстроил твою истинную пару, командир Нихил, – заговорил Гриф первым, понимая, что провинился.

Нихил, молча, смотрел на мужчину в течение нескольких минут, затем сухо кивнул, зная, что был предел того, на что мог пойти капитан.

– Почему вы здесь, генерал? – обратился Нихил к Трейвону.

– Я надеялся поговорить с вашей истинной парой, – ответил ему Трейвон. – Мы до сих пор точно не знаем, во что замешаны залудианцы и почему. Мы не знаем, почему ганглианцы стали им помогать. Она может что-то знать, раз они держали её отдельно.

– Она отдыхает, и я не буду беспокоить её. Не тогда, когда есть другие, у кого вы можете собрать эту информацию.

– Это так, но её держали отдельно. Она могла что-то подслушать. Она ничего не говорила вам? – спросил Трейвон.

– Только то, что её родной мир называется «Земля», и что ганглианцы похитили их оттуда и привезли сюда.

– Это всё, что она сказала?! – недоуменный рык Грифа отразился от стен, когда он шагнул к Нихилу. – Ты был с ней в течение нескольких часов. Она должна была сказать тебе больше!

– Она была без сознания почти всё время, в отличие от тебя, капитан, – в то время как гнев Нихила рос, его голос оставался тихим. – Меня больше беспокоит её благополучие, чем сбор информации о залудианцах!

– Там может быть больше пещер! – возразил Гриф. – Подобных той, в которой держали ее!

– И откуда ей это знать?

– Достаточно! Вы, оба, – приказал Трейвон. – Это ни к чему нас не приведёт. Командир Нихил прав. Здоровье его истинной пары сейчас намного важнее, чем любая информация, которую она могла бы предоставить. Оставшиеся в живых в других шахтах сообщили нам, что их никогда не переводили с одного места на другое. Нет причин думать, что в этой шахте всё было иначе.

– Но там могли быть ещё тела...

– Нихил? – слабый голос заставил всех троих обернуться на закрытую дверь.

***

Мак старалась не обращать внимания на громкие голоса, проникающие из внешней пещеры в маленькую, где они с Джен спали. Подобное случалось редко, так как ребята всегда были слишком изнурены, возвращаясь из шахты, для того, чтобы спорить. Но сейчас – это случилось.

Когда их голоса стали громче, девушка нахмурилась. Они никогда не говорили так громко, чтобы не привлечь нежелательное внимание залудианцев. Должно быть, кто-то из них пострадал. Ей нужно встать и выяснить, что происходит. Если не ей, то Джен, а Джен и так делала слишком много.

Заставив свои глаза открыться, Мак забеспокоилась, когда не нашла привычного каменного потолка у себя над головой. Где она была? Повернув голову, она поняла, что лежит на подушке, и что её тело утопает в мягкой постели, тщательно обернутое одеялом. Где она, чёрт возьми?

Осторожный вдох привел её в смятение. Воздух был чистый и свежий, без пыли, которой шахта была наполнена. Но было кое-что знакомое. Прислушиваясь к голосам, она не могла понять, что они говорили, но смогла распознать один из них, независимо от того, на каком языке он говорил… Нихил. Вдруг память вернулась к ней…

Нихил, спасший её от залудианцев. Он сказал, что всех их спасли, и, хотя, она не видела ещё никого, она поверила ему. Он ничего не сказал о Джен, о том, что есть другая женщина, только о том, что было десять мужчин. Ребята, должно быть, всё так же защищали Джен. Ей надо выяснить, в безопасности ли она.

Мак знала, что чувствует себя в безопасности с Нихилом, но не понимала, почему. В конце концов, он был огромным, по любым меркам, но он был так нежен с ней. Особенно, когда другой парень, которого Нихил назвал... капитаном… начал задавать ей вопросы.

Нихил принес её сюда, в свою каюту, и тщательно вымыл. Он мог ещё тогда воспользоваться ситуацией, но не сделал этого. Вместо этого, Нихил заботился о ней, пока не убедился, что ни пятнышка грязи не осталось на её теле. А потом осторожно уложил её в постель.

Подняв руку, она коснулась своих волос, и в первый раз… она не знала, за сколько времени… она смогла пробежать пальцами по ним. Они стали гладкими и шелковистыми, без единого свалявшегося клочка. Добравшись до конца пряди, она нахмурилась, почувствовав что-то. Приподняв прядку своих волос, Мак обнаружила, что к ее концу была прикреплена бусина. Покрутив её между пальцами, она была удивлена, насколько та была теплой и, казалось, блестящей. Но откуда она взялась?