– И что случилось? – спросила Джез, удивившись, что ей искренне интересно.

– Моя мать случилась. Убила Фея на улице. Выпотрошила его, как рыбу. Пыталась, чтобы всё выглядело, как несчастный случай – вроде как просто ограбление закончилось неудачно для вора. Но она ведь сама меня тренировала, и я отлично знала, как она работает, поэтому разглядела в этом её руку. Тогда я ничего не могла поделать: она держала магистрата за его скукоженные яички, да и кому было дело до одной мёртвой помойной крысы, как и до меня… Я иногда скучаю по нему, даже сейчас. У тебя также с твоим арбитром?

Джез не ответила. Она смотрела в редеющий лес, освещённый лучами яркого утреннего солнца, и вспоминала, как в таком же лесу на неё напали. Вспоминала о времени, когда ей приходилось сражаться за свою жизнь, забывая все прочие размышления. Ей отчаянно хотелось, чтобы кто-нибудь напал на них прямо сейчас.

Танкуил

Рилли шумно жевала куриную ногу, или по крайней мере то, что выглядело, как куриная нога. Танкуил ещё не видел этих птиц в Диких Землях, но, судя по остальной фауне на этом континенте, они должны были быть похожи на кур, только намного, намного больше. Размер местных животных его всегда поражал – в Сарте самым большим зверем была домашняя тягловая лошадь, но даже самые крупные из них бледнели в сравнении с некоторыми животными, бродившими по просторам Диких Земель.

– Так и чё ты с ними сделал? – спросила девушка с набитым жареным мясом ртом. Ошмётки непрожёванной курицы упали на стол.

– Ничего. Просто отпустил их. Нет смысла убивать людей, которые ничем этого не заслужили.

– Я уверен, они были за это очень признательны, – встрял Андерс с другой стороны стола. Перед ним стояли две пустые пивные кружки, а третья покачивалась в его руке, и Танкуил точно знал, что тот сегодня по меньшей мере дважды опустошил свою фляжку. – В конце концов, со злом были связаны их дети, а родители были всего лишь невинными свидетелями во всём этом деле.

– Я посчитал, что они невиновны в ереси своих детей.

– Как великодушно. Они вас поблагодарили?

– По-моему, он поступил правильно, – сказала Рилли, махая половиной куриной ноги перед Андерсом. – По крайней мере, у него есть сила духа хоть что-то сделать.

Андерс фыркнул в своё пиво, отчего тёмная пена выплеснулась за край оловянной кружки.

– Моя дорогая, в своё время я встречал множество разных убийц…

– Да ты, видать, стареешь.

– И никогда не встречал убийцу, вызывающего такое же отвращение, как праведный убийца. К слову сказать, вы чудесный человек, и просто счастье находиться в вашей компании. Пожалуйста, не сжигайте меня.

Танкуил не мог не рассмеяться. Чёрный Шип оставил его в компании Андерса и Рилли в сомнительной местной таверне, пока остальные члены команды охотников за головами отправились в давнюю погоню отъявленного убийцы и насильника, известного под именем Дикий Расчленитель. Прозвище не было оригинальным, и обвиняемая его не заслужила, но она сама так себя называла, криво вырезая грубые буквы на жертвах. Пока у команды не было доказательств, что они закончили дело, но все, похоже, знали, что Шип гнался за Диким Расчленителем возле городка под названием Обретённые Небеса, и после непродолжительной погони убийца претерпела экстремальное внутреннее и наружное кровоизлияние – из этих слов Андерса Танкуил понял, что Чёрный Шип вонзил в неё топор.

Они были в нескольких неделях пути от Абсолюции и Кессика, и Танкуил уже чувствовал, как крутит его внутренности. Он не знал численности еретиков, не знал, сможет ли их маленькая команда подобраться на расстояние удара, и не знал, хватит ли у него храбрости и сил исполнить план инквизитора Вэнса, если не удастся убить Кессика. В плане было больше "если", "но" и "может быть", чем бегущих с тонущего корабля крыс, но на кону, если он проиграет, стояло слишком многое. Одно дело несколько еретиков внутри Инквизиции – но Кессик собирал армию демонов в человеческом обличье, и стоит ему утратить контроль, как эта армия разбежится по миру, неся неисчислимые разрушения. Только Инквизиция могла справиться с такой угрозой, и хоть средства у неё и были, но Танкуил уже сомневался, что совету хватит силы духа на такой бой.

– Знаете, а мы с вами могли бы сработаться, – пробубнил Андерс Танкуилу с другой стороны стола. Его глаза были прикрытыми, но при этом лихорадочно яркими, и он указал на Танкуила четырёхпалой рукой, мизинец которой оканчивался маленьким обрубком.

Танкуил в ответ просто прищурил глаза, отчего пьянчуга ухмыльнулся.

– Я наблюдал за вами, мой дорогой, и заметил, что вам нравится… – он приглушил голос до хриплого шёпота, – брать вещи, которые вам не принадлежат. А я ведь и сам довольно искусен на этом поле самообеспечения. Возможно, нам стоит сотрудничать?

Рилли втянула через зубы воздух и сплюнула на стол косточку.

– Шип тя может и не понимает, когда ты бросаешься своими чудными словечками вроде этих, но я-то, блядь, всё понимаю, а Шип сказал, не привлекать внимания.

Андерс жеманно улыбнулся.

– Моя дорогая, с таким курьёзным лицом, как у тебя, и ртом, красноречивым, как ночной горшок, ты привлекаешь столько внимания, что нам за тобой ни в жизнь не угнаться.

– Отъебись.

– В точности, что я и имел в виду. И к тому же, чего босс не знает, то… а?