– Я бы сказал, что пришёл встретиться с принцем. Но если у него есть практика позволять ведьме осматривать всех гостей, то, полагаю, я сначала должен встретиться с ней.

Первый рыцарь уставился на Танкуила с неприкрытой враждебностью. Это был большой мужчина, весьма превосходивший арбитра как по длине рук, так и по силе, и к тому же вооружённый, но всё же он отвёл лошадь назад, стоило Танкуилу сделать шаг.

– Мы проводим вас в форт.

– Как это любезно с вашей стороны. Должен признать, я слегка беспокоился о своей безопасности.

Один из рыцарей рассмеялся, но быстро умолк под взглядами своих товарищей.

– Мы проводим вас в форт. Там принц и госпожа решат вашу судьбу.

Танкуил ухмыльнулся, постаравшись показать как можно больше зубов – этому мелкому жесту, заставляющему людей нервничать, он научился от Джеззет.

– Как пожелаете.

Эскорт из всех восьмерых мужчин, медленно ехавших вокруг шагавшего в форт Таллон Танкуила, всю дорогу отпускал насмешливые шуточки по поводу функционирования его пениса. Он ответил на несколько первых оскорблений, но вскоре решил, что лучше позволить людям развлекаться. Со времени его прибытия в Драконью империю они были не первыми, кто отпускал такие комментарии. Танкуил отнёс это на счёт их жизни в обществе, где большую часть женщин считали всего лишь вещами, чуть лучше животных, и поэтому мужчины чувствовали потребность оскорблять мужественность друг друга. В Сарте такое случалось редко, если вообще случалось, особенно по отношению к арбитру. Он почувствовал внезапное желание напомнить рыцарям, сопровождавшим его, что может на законном основании просто из прихоти обвинить в ереси и казнить любого из них, а то и всех разом. В Драконьей империи лишь особы королевской крови были неподвластны суду Инквизиции, и к несчастью это распространялось и на принцев.

Он прошёл через главные ворота форта, и за лошадями и телами своего эскорта увидел ещё больше вооружённых солдат, наблюдавших за процессией. Похоже, половина форта вышла посмотреть на представление: арбитра ведут к ведьме. Ирония от него не ускользнула.

Внутренний двор был таким просторным, что на нём хватило бы места для небольшой армии, но Танкуил нигде не видел громадной фигуры дракона, а раз дракона здесь не было, то значит не было и принца. Они никогда не разлучались. Многие верили, что на самом деле дракон и принц это две половины одной души. Ни один не согласился бы жить дальше без другого, и драконам от этого было тяжелее, поскольку, даже с учётом неестественно долгой жизни Драконьих принцев, продолжительность жизни драконов была ещё больше.

Рыцари разделились перед Танкуилом, и он оказался перед гигантским чёрным жеребцом с пламенеющей рыжей гривой, которая подходила огню, плясавшему в его глазах. На коне сидела женщина, одетая в белое – женщина, которую Танкуил узнал по видению в Колмире. На коне сидела его жертва.

– Впечатляющий трюк, – сказал Танкуил, указывая на лошадь. Множество рук двинулось к мечам, когда он махнул в сторону зверя, но когда Драконьи рыцари увидели, что дальше он не двигается, они немного расслабились.

– Благодарю, – сказала она с улыбкой, – труднее всего получить такие глаза. – Она была той же, что и в видении в Колмире, но в то же время и другой. Изгибы её тела всё так же манили, лицо по-прежнему было простым, и она по-прежнему была красивой, хоть и не из-за внешнего вида. Но теперь её волосы были мышиного цвета, а голос стал тише.

Ведьма перекинула ногу через коня и соскользнула на землю с помощью Драконьего рыцаря, поддерживавшего её под руку. Как только её ноги коснулись земли, через ряды рыцарей пробился ребёнок и подбежал к женщине, ухватился за её белые юбки и уставился на Танкуила серыми глазами – такими же, как и у ведьмы.

– Всё в порядке, Берри, – сказала ведьма, поглаживая волосы маленькой девочке. – Мы здесь в безопасности, он не собирается причинять нам вреда.

Танкуил фыркнул.

– Я совершенно определённо собираюсь причинить вам вред.

Девочка прищурилась и показала ему язык. Танкуил ответил ей тем же, и девочка быстро укрылась за юбками матери. Ведьма рассмеялась и покачала головой.

– Теперь она будет в ужасе, и ночью её будет не уложить в постель, – сказала ведьма.

Танкуил оглянулся на Драконьих рыцарей – он насчитал двадцать два, и большинство явно горело желанием продемонстрировать ему лезвия своих чудных костяных мечей. Сложно было передать, как он нервничал, поскольку все осторожно держались от него на расстоянии, и ничего нельзя было украсть. Такие мелкие преступления всегда успокаивали его нервы.

– Послушайте… – начал Танкуил, но ведьма его прервала.

– Вы явно совершенно не в духе, арбитр Танкуил, – от него не ускользнуло, что она знала его имя. – Сир Табер, отведите арбитра в гостевые покои. Обеспечьте ему горячую воду для ванны и постарайтесь отыскать другую одежду. Принц Наарск не станет воспринимать вас всерьёз в таких лохмотьях. Боюсь, он весьма требовательный.

Рыцарь, сопровождавший Танкуила, склонил голову.

– Слушаюсь, миледи. Нам разоружить его?

– Разумеется.

Драконий рыцарь повернулся к Танкуилу и указал на дверь, которая, похоже, вела в тюрьму.

– Сюда, пожалуйте.

Танкуил посмотрел на крупного рыцаря, потом на ведьму и снова на рыцаря. Он отлично понимал, что находился не в том положении, чтобы спорить, и знал, что лучший способ справиться с этой женщиной – тянуть время. С этой мыслью он позволил отвести себя в тюрьму.

Танкуил

Гостевые покои были большими и просторными, со строгим убранством почти без роскоши и экстравагантности. Они сильно отличались от столичного королевского дворца. По приглашению Драконьей императрицы Танкуил и Джеззет пробыли там почти целый год, и он с трудом мог бы отыскать там комнату, в которой не нашлось бы картины, статуи или гравировки дракона. А в нынешних покоях, несмотря на обширное пространство, Танкуила не покидало ощущение, что это импровизированная тюрьма.