– Хван, - прошептала она и потянулась рукой.

Тот ответил тем же. Он улыбнулся и огонь врезался ему в спину.

Хван закричал, Мара заплакала, прижимая ладони ко рту. Через мгновение на землю упал обожженный медальон азиата. Все, что от него осталось.

– Нет!

– Хван!

– Проклятье!

Человеческие крики заглушили даже гром. С очередной вспышкой молнии стало видно, как рептилии медленно берут их в кольцо. Медленно потянулись секунды перед неминуемой гибелью.

Мара упала на колени. Она обхватила себя за плечи и закричала в беззвучной истерике. Она не могла оторвать взгляда от почерневшего от огня медальона. Точно такой же висел у неё на шее.

В момент, когда вокруг кричали люди, когда смерть была так близко, она вспоминала школьные годы. Тогда, неразговорчивый парнишка неделю пытался пригласить её в кино. И никто и не догадывался, во что перерастет этот поход и что всего через месяц, они купят себе эти медальоны.

Ящер наступил на кругляшек метала и с легким щелчком открылся замок. Ветер подхватил обугленную фотографию Мары и понес её куда-то в сторону леса.

Саламандра открыла пасть. Всего в полуметре от Глоумбуд. Так близко, что могла различить две трубчатые железы в розовой пасти. Из одной уже вытекала горючая слюна, а другая была готова исторгнуть воспламеняющийся газ.

– Саламандры?
– прозвучал рядом спокойный, знакомый голос.
– Ненавижу, блин, саламандр.

Вместе с белыми молниями, в землю ударили и черные.

Голова твари, так и не успевшей исторгнуть очередную пламенную плеть, медленно съехала на землю. К прозрачному дождю примешался дождь зеленый из, на удивление, холодной крови красных рептилий.

Саламандры, все как одна, разом потеряли интерес к уже поверженным соперникам. Они повернулись к темной фигуре. Та стояла под дождем, запрокинув голову к небу. Её рука сжимала револьвер и узкий, длинный огненный меч.

Твари зарычали и двинулись к ней.

– Чтобы вы понимали, я вас не спасаю. Просто я действительно ненавижу саламандр.

Маре на мгновение показалось, что обычно черные глаза Корнева засветились алым. Но, скорее всего, это была лишь игра света и теней.

И Томас исчез. Не как Стейн. Без грома. Без подожженного воздуха. Без вмятин на земле.

Он просто мгновение назад стоял рядом с ней, и тут же оказался в центре круга из тварей.

Корнев стоял между семью распахнутыми пастями, готовыми испепелить даже воспоминания о нем. Стоял совершено спокойно. Как если бы ждал своего сигнала светофора на переходе.

– Что ты дел...
– хотел было закричать Мак’Гвин, но так и не закончил фразы.

Томас двигался так неестественно, что от взгляда на него кружилась голова. Его руки изгибались под немыслимыми углами, отправляя срывающиеся с лезвия меча черные дуги прямо в пасти тварям. Те вспыхивали и на землю вновь проливался зеленый дождь.

Печати сменяли одна другую, а Корнев был одновременно и в воздухе, и на земле. Он бегал, крутился юлой, стелился по самой траве, но огненные струи не могли задеть даже края его пальто. Выстрел, еще один и вот уже одна из саламандр, ослепленная, хаотично расплескивает огонь.

Внезапно Корнев исчез, а когда появился верхом на твари, то рядом с ним в небо взмыли черные клинки, превращая сразу двух рептилий в фарш.

Томас порхал между тварями, и каждый его удар находил свою цель, каждая молния, вырвавшаяся из печати, жалила аккурат между пластин. Каждый выстрел лишал одну из рептилий глаз.

Девять магов сражались с десять саламандрами почти пять минут и за это время убили трех и потеряли товарища.

Томас меньше чем за минуту оставил перед собой лишь двух тварей. Его ботинки были покрыты зеленой кровью. Вокруг пахло паленым мясом.

– Надо бы и это опробовать, - себе под нос бубнил Корнев.

Он, на манер Мак’Гвина, прокрутил барабан и произнес слово-ключ. В тот же миг вокруг него завыло десяток волков. Точных копий тех, что покусали Мару во время их спарринга. Только на этот раз их глаза были краснее, сами они казались плотнее, а их лапы буквально жгли и без того настрадавшуюся землю.

Саламандры попятились назад, когда сверкнули столь же красные глаза Томаса.

– Взять, - произнес он и выстрелил.

На кончике дула револьвера вспыхнула печать и волки, рыча, бросились в атаку. Они вгрызались в плоть добычи и, смыкая челюсти, исчезали во вспышке черного взрыва.

Томас поймал взлетевшее в воздух ядро.

– Неудивительно, - несколько разочарованно выдохнул он.
– S ранг второй ступени. Хлам.

С этими словами, под всеобщий неверящий выдох, Корнев швырнул камень за спину.