– Да, это нужно сделать, - согласился президент.
– У меня таких пять, и я сам сведу с ними Настю. Заодно узнает, говорили ли они о ней кому-нибудь еще. Я об этом строго предупреждал, но не помешает проверить. Как вы оцениваете ее действия при очистке терминала?

– Она ничем не рисковала и действовала не лучшим образом. Занялась уничтожением боевиков на первом этаже, вместо того чтобы начать с тех, кто охранял заложников. Если бы у них при стрельбе не выдержали нервы, могли пострадать люди. Она могла убить всех вообще без стрельбы, но побоялась, что будет много вопросов.

– А сейчас их мало?
– с сарказмом сказал президент.
– Весь мир гадает, что у нас за террористы, которые после удачного акта начинают такие разборки. Будете ее еще использовать при терактах?

– Да, конечно, - ответил директор, - но это будет редко. Настя уже работала по этой теме с моими людьми.

– Я доволен, - сказал президент.
– Запускайте в работу все проекты и проводите обработку своих людей. Когда Настя с ней закончит, свяжитесь со мной.

Встреча президента с Настей произошла через пять дней. Уже второй день не было никакой работы, поэтому девочка днем была дома. Сегодня позвонил сам Бабурин и попросил ее появиться в четырнадцать часов в том месте, где они встретились в первый раз. Ее сфера возникла возле особняка в Ново-Огарево и, как и в первый раз, влетела в комнату с камином.

– Здравствуйте, Владимир Викторович, - убрав сферу, поздоровалась девочка.
– Я не рано прилетела?

– Ровно два, - бросив взгляд на часы, ответил президент.
– Точность - вежливость королей, добавлю, что и королев тоже. Садитесь, ваше величество, побеседуем.

– Смеетесь, - улыбнулась она.
– Знаете, я ведь всеми силами стремилась отделаться от трона, а потом почувствовала, что чего-то не хватает. Начала жить, как и мечтала, только для себя и своей семьи, и почувствовала ущербность такой жизни. Дело не в самой власти, а в возможности что-то решать для миллионов людей. После этого свои проблемы кажутся незначительными.

– Вы поняли суть власти, - сказал он, с уважением посмотрев на девочку.
– Почести и привилегии - это приятная, но внешняя ее сторона. Если они для вас много значат, вам нечего делать в политике. Честолюбие важно, но оно должно играть второстепенную роль. Я сам не ангел, иначе не добрался бы до своего поста. Но в отличие от многих других, мне не безразлична эта страна и ее народы. Я тоже стремлюсь стать богаче, но не столько ради самого богатства, сколько для того, чтобы выжить. Президентство - это не корона, оно не навсегда. В этой стране на меня обижены очень влиятельные люди, а таких обиженных за ее пределами еще больше. А в моем распоряжении уже не будет спецслужб, только те возможности, которые я обеспечу себе сам. Связи - это хорошо, но они не всегда работают, а со временем их становится трудней использовать. Деньги - вот единственная сила, которая у меня останется.

– Это понятно, - согласилась Настя, - непонятно, зачем вы мне это говорите.

– Сейчас поймете, - сказал он.
– Вы зомбировали меня, запретив причинять вам вред...

– Зомби - это те, кто теряют над собой контроль и подчиняются чужой воле, - сердито перебила его девочка.
– Один запрет это еще не зомбирование, и у меня были основания так поступить!

– Я это сказал не в упрек вам, а по другой причине, - объяснил президент.
– Я согласен с тем, что такие причины у вас были, хотя сам от этого не в восторге. Но я мог подчиниться вашим требованиям и не оказывать вам никакого содействия. Сказать, сколько времени вы бы безбедно просуществовали, если бы я не приказал обработать всех тех, кто о вас знает? А с вашей смертью я освобождаюсь от зависимости. Естественно, что я перед этим воспользовался бы вашими услугами.

– Вы прониклись ко мне симпатией или сумели оценить пользу и, несмотря на мое зомбирование, оказали мне помощь и содействие!
– сказала Настя.
– Это я уже поняла. Вам остается сказать, чем я должна за это расплатиться.

– Давайте начнем разговор сначала, - предложил он.
– Вы не позволите называть вас на ты? Как-то непривычно выкать девочке. Вам этого не предлагаю, а то еще войдет в привычку, и ляпните на людях.

– Тыкайте, - разрешила она, - и переходите к тому, из-за чего меня сюда вызвали.

– Я хочу с твоей помощью сократить число своих врагов, - сказал президент.
– Не бойся, никто тебя не заставит их убивать. Ты знаешь, кто сегодня правит Россией? Не в Думе или в правительстве, а на самом деле?

– Откуда?
– сказала Настя.
– В интернете только пишут о кланах и делают многозначительные намеки. Конкретные фамилии мне не встречались.

– Если будешь мне помогать, узнаешь все это и многое другое. Ты можешь распознать ложь? В твоем рассказе об этом ничего не было.

– Могу распознать ложь и определить, как человек относится ко мне или к кому-нибудь другому. Вы хотите, чтобы я кого-то проверила?
– догадалась девочка.

– И это тоже, - сказал президент.
– Со временем проверишь чиновников в моей администрации и еще кое-кого. Что для этого нужно?

– Только уединиться с каждым в отдельности минут на пять, - ответила Настя.
– Я их подчиняю, а потом задаю те вопросы, которые вы мне дадите, и оцениваю правдивость ответов. Если вы будете с ними общаться, а я окажусь рядом, смогу оценить то, как они к вам относятся. И делать это можно, находясь в шаре.