– Виктор Сергеевич, - позвонил он начальнику научно-технического отдела.
– Вам должны передать дело "Подросток". Его по приказу директора забрали у аномальщиков и передали нам. Срочно ознакомьтесь и проверьте все, что можно проверить быстро. Потом передадите мне свои выводы и план первоочередных мероприятий. Учтите, что в результатах расследования заинтересовались на самом верху. Когда получите дело, сразу же сделайте для меня копию записи разговора Насти Никитиной с опером областного управления МВД.

Запись Можейко прослушал в тот же день, а на следующий к нему в кабинет пришел полковник Никонов.

– Здесь выводы по делу, - сказал он, протягивая генералу бумаги.
– План мероприятий пока не готов, но к концу дня...

– Я прочитаю позже, - сказал Николай Владимирович, - а сейчас скажите, как вы ко всему этому относитесь?

– Фантастика, - ответил полковник.
– Правда, все, что проверили, подтвердилось. Это в основном материалы по Москве. Больше ничего не успели сделать, кроме нескольких запросов.

– Есть мысли по профессору Никитину?

– Мысли у меня есть, - сказал Никонов, - вот трогать его не хочется. У старика большие связи, да и не тот у нас случай, чтобы применять крайние меры. Я думаю, что сначала нужно поговорить с самой Настей или ее отцом.

– Запрос на Кубу сделали?

– Одним из первых, - ответил полковник, - только я сомневаюсь, что их там найдут. Самолетами они не улетали, и в списках пассажиров круизных лайнеров их тоже нет.

Сомневался он зря. Уже к концу следующего дня стало известно, что все трое, не скрываясь, живут в одном из двух самых дорогих отелей города Ольгин, полдня проводят на пляже Изумрудный берег и не стеснены в средствах.

– Кубинцы сработали очень оперативно, - докладывал генералу Никонов.
– О Никитиных много узнали, потому что они, включая малышку, свободно говорят по-испански и за время отдыха там со многими общались.

– Интересно, как они туда попали, и откуда у подполковника полиции такие деньги?
– сказал Можейко.
– Вот что, Виктор Сергеевич, пошлите туда своих ребят. Несколько дней отдохнут за государственный счет и заодно понаблюдают за Никитиными, а потом кто-нибудь подойдет и деликатно поторопит с возвращением. Остальные пусть следят издалека. Я не исключаю того, что наш парламентер забудет о своем задании и пойдет паковать чемодан.

Встреча состоялась через три дня, на два дня раньше, чем планировали фээсбэшники. Настя с Олей вышли из воды и теперь обсыхали, лежа в песке. Мать купалась реже, а на песок не ложилась вообще, предпочитая ему шезлонг. Они полдня проводили на солнце и загорели до черноты. Заклинания для загара у Насти не было, зато было от солнечных ожогов. Обновляй его каждый день и загорай сколько душе угодно. Их душам, дорвавшимся до южного солнца, угодно было много, поэтому у всех трех дам остались белыми только зубы. Заиграл мелодией вызова материн телефон, и она поспешила достать его из сумки.

– Кто звонил?
– лениво спросила Настя.

– Таня звонила, - отозвалась мать.
– Сдала последний ЕГЭ и опять получила пятерку.

– Было бы странно, если бы она получила что-нибудь другое, - сказала Настя, переворачиваясь на спину.
– Она еще не заморила голодом отца? Марк сможет только убрать в квартире. Готовить он не будет, его самого нужно кормить.

– Я думаю, что Таня готовит, - неуверенно сказала мать.
– В крайнем случае можно сходить в кафе. Она слишком быстро положила трубку, поэтому я ничего не успела спросить.

– Деньги некуда девать, а она по привычке экономит, - проворчала Настя.
– Потом позвони сама. Так, за мной кто-то наблюдает!

– За тобой здесь многие наблюдают, - равнодушно сказала мать.
– Красивая мордашка, стройная фигура, да и все остальное уже вполне женское. Пусть смотрят. Им приятно, а тебя не убудет.

– Тут другое, - возразила Настя.
– На тех, о ком ты говоришь, я давно не обращаю внимание. А это уже не любование, а наблюдение. Сейчас разберусь.

Она поднялась и подошла к лежавшему на песке парню.

– Привет!
– сказала девочка, садясь рядом с ним.
– Руссо туристо? Тебя можно закадрить, или ты облико морале?

– Что?
– растерянно спросил он, уставившись на нее широко открытыми глазами.

– Кто прислал?
– спросила Настя.
– ФСБ или другая контора?

– А как ты узнала?
– не отвечая на ее вопрос, спросил он.

– Когда на мне протирают взглядом дырки любители красивых девчонок - это приятно, - сказала она.
– Конечно, им ничего не обломится, но в конце концов сама на себя начинаешь смотреть иначе. Но ты на меня смотрел так, как Глеб Жеглов на Ручечника. Что вам приказали?