– Садхир, не мог бы ты сделать для меня одолжение?

– Март, да для тебя все, что угодно!
– воскликнул он.

После этой фразы я сразу почувствовал тепло, дружеское тепло. Между нами клеилась настоящая дружба. И если бы я только знал, как он дорожил мной и на что готов пойти, чтобы подарить мне свободу. Я бы собственными руками порвал Мустафу при всех членах мафии.

– Принеси мне десяток книг, несколько чистых тетрадок и пару ручек - промямлил я.

– Братишка, я мигом!

Он растворился в желтом свете накаленных ламп. Но я нутром чувствовал дух Садхира. Он будто разговаривал со мной. Теперь я был уверен, что, пока заточён в этом "склепе", который полностью уже пропитался моей кровью, душа не будет рыдать в одиночестве.

Тут неожиданно и тихо вернулся Садхир. Напугавши меня и испугавшись сам, он уронил на бетон связку книг и тетрадок, а так же пластмассовый фонарь с четырьмя светодиодными лампами внутри.

– Чёрт! Как же ты меня напугал - крикнул я во весь голос.

Мой новый друг заливался хохотом.

– Извини - между пароксизмами смеха вставлял он слова - я действительно не хотел...вот проклятие, на фонаре образовалась трещина. Но на его работу это никак не повлияет...

– Спасибо братишка - поблагодарил я Садхира.

– Март, мне нужно идти...но я скоро вернусь...кстати, Мустафа перед отъездам усилил охрану, поэтому пытайся не шуметь, когда ты один, хорошо?

– Не беспокойся...
– улыбаясь, пролил я неуклюже фразу.

Садхир удалился. Я остался один на один с книгами и собственными мыслями. Попытался что-то черкнуть в тетрадь, но не получилось. За все время пребывания в Индии, я ни разу не брал в руки ручку. Человек имеет, крайне ему не нужную, способность - забывать. Я весь вечер убил на то, чтобы привыкнуть к письму. Я хоть и был оторван от солнечного света, но чувство времени у меня все же сохранялось, поэтому примерно знал какая сейчас часть суток.

Глава 3

За три месяца пребывания в "тёмном мире" на моём лице образовалась густая поросль, которая забивала дыхательные пути запахом крови и пота. Верхняя часть головы не уступала бороде. Я потихоньку превращался в патлатого неандертальца. Во рту появилась неприятная вязь. На глазах набухали капилляры из-за продолжительного чтения книг в свете фоноря. В последнее время меня охватила бессонница, я очень мало спал, сутки напролет изучая литературу. Поэтому веки были налиты свинцом. Выделительная система моего организма приходила в норму. Пока глава мафии решал дела "семьи" за границей, я успел навалять Шяму. На днях он наведался ко мне в "гости" со своим свинцовым другом, видимо хотел прикончить иностранца. Я хоть и был загнан судьбой в угол, но мозги и тело старался развивать не смотря ни на что. Шям, в связи со своей болезнью, выглядел вяло и двигался довольно неуклюже, поэтому мне не составило особого труда применить на нем трахеальное удушение. Что быстро привело моего противника к потери сознания. Пульс в нем бил, а значит не было причин волноваться. Садхир был недоволен произошедшим, так как Шям мог рассказать об этом другим членам мафии и мне бы не поздоровилось. Но, к счастью, ничего подобного не произошло. И кроме дружелюбного гоанца ко мне никто не наведывался. И, чтобы я мог в любое время справлять нужду, Садхир оставил мне ключ от свободы. Но убегать я сразу не решился: вся территория, как в доме, так и вне, "оккупирована" охраной, поэтому побег был бы крайне опасен. Хоть темница и располагалась в забытом всеми подвале, сюда частенько наведывались. Дромос тянулся довольно далеко и каждый шорох эхом разносился по всему помешению.

Каждый раз, выходя в коридор, залитый желтым светом, я старался максимально запоминать все те места, которые исследовал. Садхир поведал мне, когда и где, примерно, находятся "стражи" и, что самое подходящее время для исследований - глубокая ночь. В районе 3:00 активность практически нулевая, за исключением периметра участка.

– Вот, держи - начал он - это электронные часы, по ним ты сможешь определить точное время своего "путешествия" по дворцу...

– Я не дурак, Садхир, не стоит мне объяснять, что это и как этим пользоваться - нервно отреагировал я.

– Ну...извини...

– Ладно, забыли. Ты...это...не обращай внимания на мои тирады. Просто страх сковывает меня...я...меня тянет к свободе, но я боюсь быть замеченным, понимаешь? Я умирать боюсь, понимаешь? Да, что ты вообще можешь понимать? Ты шикарно живёшь на содержании у мафии, да и получаешь, наверное, не мало денег...

– Март, успокойся...да, ты прав, я действительно не мало имею со всех сделок, кровавые они или нет - неважно, но большую часть я жертвую...жертвую на благотворительность, мне...моё сердце не равнодушно к нуждающимся людям, мне больно глядеть на броссовых деток, что кинуты в лазарет жизни. Вспоминая своё детство, я ощущаю их боль где - то там, внутри, чувствую их тягу к небу, к неизведанному. Они мечтаю вынырнуть или хотябы научиться плавать в этом болоте, но...все их усилия втуне, поэтому я пытаюсь дать им опору...