Не смотря на жжение и боль, только слега унявшуюся после прохладной воды и травяной кашицы, останавливаться на ночевку она не могла. Погоня наверняка начнется утром. После того, как пилот глайдера решит проверить свой груз на очередной остановке. 

Так что она позволила себе только небольшой привал. Заодно более внимательно осмотрела своего спутника. 

Абсолютно белый котенок с желтенькими глазками замер перед нею и как будто тоже оценивал ее. Волны золотистых искорок прокатывавшиеся от головы до кончика хвоста были заметны даже в сгущающихся сумерках. 

– Не знаю кто ты такой, но точно не кошка.
– Сделала она вывод.
– Я думаю, тебе со мной не по пути, беленький. Я очень опасный попутчик. Нести я тебя не смогу, а в одиночку ты лучше спрячешься. 

Нэстэ против воли слегка оттолкнула котенка от себя. К своему удивлению осознав, что к ее нежеланию отпускать спутника примешивается совсем не свойственный ей протест. 

– Это ты что-ли?
– Она еще раз попыталась уже мысленно пожелать, чтобы котенок ушел. Но тот только фыркнул и отвечая куда более уверенным протестом. 

– Даже так?
– Задумчиво протянула она.
– О таких вещах она слышала. Кажется это называется эмпатической связью. На рынках иногда появлялись специально выведенные животные с такой способностью. Очень дорогая игрушка для совсем богатых детей. 

– Значит ты тоже из генной лаборатории.
– Сделала она вывод.
– Как хочешь, можешь оставаться. Только нести я тебя больше не буду. 

Нэстэ постаралась выразить согласие. Котенок похоже этим удовлетворился. Фыркнул и встал явно демонстрируя готовность идти. 

Всю ночь она брела по перелескам и полям, стараясь как можно прямее идти к намеченному переходу. Хуже всего стало утром, когда поднялось солнце. Открытые ожоги оказались очень чувствительны к местному светилу и нестерпимо заныли. К усталости и голоду добавилась еще жара. Нэстэ как могла замотала голову. Но едкий пот струившийся с уцелевшей части головы начал разъедать поджившую корку. 

Хорошей новостью было только то, что скрытый в очередном овраге переход был перед нею. Но прежде чем уйти в него, она заставила сделать себя большой круг. Разыскала мелкую речку и тщательно сполоснулась, предварительно вытерев травой все тело. Трава с обрывками от одежды мирно поплыла вниз по течению. Нэстэ наделась, что это хоть как-то собъет с пути преследователей. Ведь не сразу же за нею пойдут ловцы. Да и в базе теперь она будет под другим именем, без информации о ее опыте. 

Только после этого она окончательно повернулась к цели. Котенок хвостиком тащился за нею. И перед переходом она предпочла взять его на руки. 

Новый мир встретил их тяжелым влажным воздухом и духотой. Нэстэ даже судорожно сглотнула, вспомнив их с мамой первый побег. Но это был не водный мир. Даже лес был вполне приличным. 

Шатаясь она выронила недовольно мявкнувшего котенка и углубилась в лес. 

О том, что вышла к крупной реке, она поняла только упав на песок. Всхлипывая и со стоном она поспешно, как была в одежде вошла в воду и только там торопливо раскрутила все что было намотано на голове. чтобы сознание прояснилось, потребовалось минут десть неподвижного лежания на песке. Да и то, ей помог котенок, жалобно мяукавший и старательно вылизывавшей ей руку. Почему-то, от его язычка по руке начало разливаться приятная волна тепла. И только тогда она сообразила, что ее спутник старательно передает желание спрятаться под деревьями и не отсвечивать на открытом пространстве. Мысль была здравой. Но оставаться здесь, не далеко от перехода было нельзя. 

Пришлось думать. Собравшись с силами, она вернулась по своим следам, припоминая что на опушке спотыкалась о коряги. Но ничего подходящего не нашла. Спустилась ниже по течению, и в какой-то заводи нашла целый завал из обломков деревьев. Выбрав два плавающих ствола, связала их рукавами своей истрепанной куртки и поясом. В этот момент с берега раздался радостный мяв. 

Котенок оказывается доже времени не терял и притащил из травы нечто мелкое, в чешуе и о четырех лапках. Нэстэ еще в лагерях охотников избавилась от излишней брезгливости. К тому же, некоторые разновидности ящерок в мире хорнов были даже своеобразным лакомством. 

В этот раз она не особенно церемонилась. Прямо руками оторвала голову, чулком вывернула шкурку. И судорожно сглотнула глядя на мясо непривычного желтого оттенка. Но делать было нечего. На добывание огня сил просто не оставалось. Поэтому она сгребла своего спутника в охапку и переправилась на импровизированный плотик. Сидеть или стоять на нем было нельзя. Зато можно лежать. Что она и сделала, помогая плоту выйти на стремнину. Пресное мясо со шкурки Нэстэ сглатывала уже толи засыпая, толи впадая в беспамятство. Она еще помнила, как пожалела что не набрала огромных листьев, виденных на берегу и натянула на голову мокрую рубашку. 

Проснулась она от злобного шипения котенка. Тот стоял у нее на груди и даже выпустил когти, больно впившееся ей в кожу. Торопливо скинув тряпку с головы она осмотрела берег, к которому пристал ее плотик. 

Прямо на против нее замерло три странных существа. Коротконогие, на ступнях, больше смахивающие на ласты. С бочкообразным телом и сильными непропорционально длинными лапами, заканчивающимися короткими когтями. И припюстнутой с верху безносой головой, на которой выделялись выпуклые глаза и огромный рот, придававший им какой-то жабий облик.