— Твое желание, Извечная исполнено.

— Веди, — велела я и последовала за айром, жрец послушно вышагивал за моей спиной.

Помыться мне предложили в теплом источнике, находившемся за деревней. На берегу лежало сложенное тряпье, должно быть одежда. Я кивнула, отпуская сопровождавших меня айров, вошла в источник, погрузилась по шею и блаженно закрыла глаза. Несколько мгновений я нежилась, наслаждаясь теплой водой, а затем меня ухватили за бедра и потянули вниз. Я уперлась ладонями в широкие мужские плечи и зашипела:

— Оставь меня тут.

— За какой Тьмой? — прошелестел голос водника.

— Кажется, я тут могу кое-что узнать о прошлом, — ответила я и воровато оглянулась.

— Что айры могут знать о прошлом? — над поверхностью воды показалась прозрачная голова с пронзительными синими глазами.

— Очень многое. Забери меня вечером.

— Одну не оставлю, — упрямо заявил Скай, между делом поглаживая мои ягодицы. — Это священный источник, не знаешь?

— Тебе зачем? — с подозрением спросила я.

— Есть идея, — хмыкнул проныра и скрылся под водой.

Не успела я задуматься, что за идея посетила шальную, но, несомненно, умную голову Аквея, как почувствовала то, чего меньше всего сейчас ожидала. Мои ноги сами собой расползлись в стороны, и вода заволновалась, забурлила. Со дна поднялась россыпь пузырьков, облепив мое тело, словно тысяча жемчужинок. Прокатились по коже изысканной, едва уловимой лаской, и исчезли, растворяясь в воде. И снова бисерная россыпь заскользила по мне, поднявшись до самого горла, и вновь отхлынули, спускаясь ко дну. По груди, по животу, между ног, лаская каждую клеточку моего тела.

Я закусила нижнюю губу, прикрыла глаза, наслаждаясь необычными, но яркими ласками. А когда пузырьки исчезли, незримые руки повторили их путь, уже более весомо и настойчиво, срывая с губ первый стон. И снова прозрачные жемчуженки покатились по коже, сменив прикосновения мужских ладоней. Второй стон, наполненный сладостью новых ощущений, разлился над поверхностью источника, заставляя меня забыть, где я. Но вот где-то вскрикнула птица, и я очнулась.

Шумно выдохнув, оглянулась, но на берегу никого не было видно. Кажется, я все-таки была одна. Усмехнувшись, я снова расслабилась и закрыла глаза, позволяя Скаю продолжить свою упоительную игру. Я сейчас совсем не видела его, вокруг меня была лишь вода, и тем волшебней казались поцелуи, которые я ощущала кожей. Неспешные томительные, странные, но заставлявшие забыть о том, что за кустами все-таки могут стоять, что у моего наслаждения могут быть свидетели. Осталась лишь я и тот, кто невидимый остальным, сейчас дарил мне свои ласки.

— Скай… — мой тихий стон смешался со слабым белесым туманом от слабого пара, поднимавшимся над поверхностью источника. — Скай… пожалуйста…

И он взял меня, заполнил собой, утянул на дно, впиваясь в губы. А когда он разорвал поцелуй, я увидела, как мое тело исчезает, превращаясь в объемный прозрачный силуэт, как тот, что сейчас сплелся со мной в крепких объятьях. Исчезла потребность в воздухе, исчезли опасения, что кто-то может увидеть одинокую стонущую женщину. Осталось лишь наслаждение от близости моего мужчины, от его проникновения и ласк.

А потом исчезло дно, и нас закружило в водовороте. Скай выпрямился, потянув меня за собой, и я сжала его бедра ногами. Я улыбнулась, глядя в яркие синие глаза, мерцающие в сумраке подводного мира.

— Для тебя, — произнесла я одними губами, и мой стон помчался к поверхности пышным цветком нежно-розового цвета.

Он проследил взглядом за тем, как поднимается вверх цветок моей страсти и снова поймал губы, благодаря поцелуем. А потом мир исчез, сменившись пьянящим наслаждением. Я откинулась назад и потеряла всякую связь с реальностью, бесконечно повторяя лучшее имя на свете:

— Скай…

А когда я вынырнула обратно в источнике, вся его поверхность была покрыта нежно-розовыми цветами. Их аромат пьянил, навевал сладкие воспоминания, и я снова произнесла:

— Скай.

— До вечера, моя невероятная.

Он на мгновение появился над поверхностью воды, поцеловал меня и снова исчез. Я поймала его руку, переплела наши пальцы, еще на миг продляя единение, а после нехотя отпустила и шепнула:

— Я буду скучать…

Выбралась из источника и направилась к приготовленной одежде. Я нашла странное платье из двух половин. Он связывалось тесемками на плечах и по бокам. Спина оказалась открыта, но для чего это нужно, стало понятно сразу — крылья. Рядом с непривычным одеянием лежал большой кусок грубоватого полотна, им я обтерлась. Хотела подсушить и волосы, но вспомнила, что больше не простая смертная. Сила заструилась по венам, по коже головы пробежались щекотные мурашки, и волосы мгновенно высохли. Я с удовольствием пропустила струящиеся пряди между пальцами, откинула их на спину и направилась к густой поросли.

Стоило мне поравняться с кустами, как послышалось шуршание. Я насмешливо изломила брови и приказала:

— Иди сюда.

Ко мне вышел Оэн Быстрокрылый, смущенный и румяный, словно он был не зрелым воином, а подростком, подглядывавшим за купающимися женщинами.

— Что ты хотел увидеть, Оэн? — спросила я.

— Я лишь хотел убедиться, что ясноокой богине не грозят не водяной бог, не огненный демон, — ответил он, и теперь у горделивого айра покраснели даже уши.

— И что же ты увидел, сын Свободного Ветра?