Тяжелое дыхание.

Ускоренное сердцебиение.

Широко раскрытые от ужаса глаза.

Удары.

Взмахи руками и ногами.

Ведут себя, словно пытаются спастись от чего-то.

Сомнабулизм.

Люди с ночными кошмарами могут серьезно повредить себя. Когда просыпаются, растеряны, не могут успокоиться, ни на что не реагируют и никого не узнают. В большинстве случаев срываются на тех, кто их будит, могут физически навредить им. Но хуже всего то, что потом они ничего не помнят. Неудивительно, что Эрик думал, что ударил свою маму.

Я посмотрела на время и поморщилась. Отключив iPod от зарядки, захватив наушники и бейсболку, я побежала к кровати и попыталась разбудить Эрика. Он что-то пробормотал и отвернулся. Проклятье. Я написала ему записку, прикрепила ее к зеркалу, так как знала, что он воспользуется порталом, и поспешила вниз. Мама все еще была на кухне, мыла посуду.

– Где папа?

– В гараже.

– Пока, ма, - я натянула бейсболку.

– Мне разбудить Эрика перед отходом?

Будь проклята ее валькирская антенна. Скривившись, я развернулась.

– Я тоже буду всезнающей, когда стану Валькирией?

Она усмехнулась.

– Возможно. Как твои занятия?

– Отлично. Я получила свои артаво и на следующей неделе перейду к рунам.

– Вау, быстро ты. Ладно, иди. Я разбужу Эрика перед выходом и прослежу, чтобы он съел весь завтрак.

Я подбежала и поцеловала ее.

– Ты лучшая.

– Ошибаешься. Я планирую показать ему раскладной диван в кабинете и напомнить о нашем давнем разговоре. Я не возражаю, чтобы он ночевал здесь, но не в твоей комнате.

– Все в порядке, мам. Я не против, - и я побежала к гаражу.

– Я и не спрашивала твоего мнения, - услышала я, перед тем как закрыть дверь.

Папа что-то настраивал на своем велосипеде.

– Ты ведь не планируешь кататься на нем сегодня?

Он поднял взгляд.

– Может завтра, если погода будет хорошая. Пойдем.

Я пристально изучала его, когда мы шли по подъездной дорожке. Может, зря я так волнуюсь. Он выглядит бодрым. Из-за занавески за нами следила миссис Ратледж. Папа, видимо, не заметил ее, так как его внимание было обращено на дом Торина, хотя снаружи никого не было. Я помахала миссис Ратледж, и занавеска снова вернулась на прежнее место. Ухмыляясь, прикрепила iPod на руку.

– Ты собираешь слушать это?

– Да, как только обгоню тебя, -

улыбнулась я.

Он засмеялся. Я спрятала наушники в карман, так как знала, что он любит поговорить. На улице было теплее, чем обычно, хотя и пасмурно. Не одни мы решили воспользоваться хорошей погодой. В Кейвилле было много дорожек для прогулок и бега. Некоторые бегали по паркам, разбросанным по городу, в то время как другие шли на тропы к востоку от города, недалеко от гор. Мы направились в сторону ближайшего парка, Уиллоу Коммьюнити.

Когда мы шли, а потом бежали, папа не вспоминал Валькирий или мои занятия. Вместо этого он сосредоточился на подготовке к предстоящим местным событиям. Он собирался участвовать в соревнованиях по бегу на 5 и 10 км. Пробежав 2 круга, мы остановились попить воды. Прожевав электролитный гель, он вцепился зубами в энергетический батончик. Мне нравились гели, на вкус они были как желатиновые мишки-гамми.

– Я побегу вниз по Бейкер-Крик-Роуд, а потом обратно по Фокс Ридж.

– Это длинная дистанция, - заметила я, не зная, стоит беспокоиться или нет.

– Три часа, - он покрутил головой и размял плечи.

Даже с электролитами и энергетическими батончиками, у бегунов может свести ноги судорогой, если они не рассчитают своих сил. Пару раз маме приходилось везти папу обратно домой, когда у него были судороги.

– Мобильный с тобой?
– спросила я.

Он усмехнулся.

– Да. Все отлично. Давай.

Я побежала, оглядываясь через раз. Он смотрел на меня, разминаясь на месте. Вскоре я завернула за угол и больше не могла его видеть.

Не прошло и десяти минут, как неожиданно сбоку от меня появился Торин. Я перешла на шаг, удивленная, и с нехорошим настроем. Я выглядела как ходящая реклама пота. Нажав на «стоп» на iPod, я достала наушники.

– Что ты здесь делаешь?

– Бегаю. Не останавливайся из-за меня, - сказал он, разворачиваясь ко мне лицом.

Он выглядел преступно сексуально в своих спортивных шортах и футболке с короткими рукавами, которая оголяла его руки и облегала рельефную грудь. Его руки и лицо блестели от пота, а в глазах, обращенных на меня, отражался оценивающий блеск. Как он может считать меня сейчас привлекательной? Обычно я очень сильно потею, и сегодняшнее утро не исключение. Я уже сняла куртку, чтобы охладиться, завязала ее на талии и сейчас была лишь в обтягивающем топе.