— Разберемся, — сказал офицер — А пока протяните руки. Майк протянул руки офицеру, тот стянул их пластмассовой лентой, а потом тоже проделал с руками Вика.

После этого офицер крикнул водителю, и грузовик тронулся с места. Солдаты припали к узким бойницам, прорезанным в металлических стенках, а один поднялся по узкой лестнице вверх к башенке с пулеметом.

— И что мы будем делать дальше? — спросил шепотом Майк.

— Спать, — сказал Вик. — Утром нас привезут в город, там нас допросят, а потом помогут добраться до твоего города.

— Так просто? — удивленно спросил Майк.

— Да, — кивнул Вик. — Наше путешествие заканчивается, скоро ты будешь дома.

— Не шептаться, — рявкнул офицер. — Пока вы только задержанные, но может оказаться, что вы враги, или бандиты. Поэтому лучше будет для вас, если вы будете молчать.

— Конечно, офицер, — кивнул Вик. — Мы будем молчать. Майк недовольно хмыкнул, но вздохнул и закрыл глаза.

Везли их довольно долго, они даже успели за это время выспаться. Солдаты по очереди менялись около бойниц, а все остальное время, как и они, дремали.

Наконец грузовик остановился, и сразу все пришло в движение. Их отвели в небольшое здание и заперли в камере, сняв предварительно пластмассовые наручники. Оружие и рюкзаки им так и не вернули.

— Ну вот, — сказал Майк, устраиваясь на широких нарах. — Нас снова поймали, и снова заперли.

— Все будет хорошо, — сонно пробормотал Вик. — Спи, утром все определится. Здесь безопасно, и нас никто не тронет.

— Ну, если не считать того, что нас могут расстрелять, — уточнил Майк.

— Нас не расстреляют, — сказал Вик. — Спи.

— Опять придется тебе поверить, — вздохнул Майк, устраиваясь поудобнее. — Все равно уже ничего не сделаешь.

— Почему ты всегда недоволен? — спросил Вик. — Ты же сам хотел попасть в этот самый грузовик с этими же самыми солдатами, когда мы шли по шоссе. А когда они нас обстреляли, ты, как я помню, обиделся. Но вот теперь, тебя взяли в грузовик и отвезли в город, а тебе это уже не нравится.

— Кстати, почему они остановились перед нами в этот раз? — спросил Майк.

— А мы же заняли всю проезжую часть, развели костер прямо на дороге, — рассмеялся Вик.

— Вот почему ты не хотел разводить костер в лесу, — сказал Майк. — Ты знал, что им придется остановиться.

— Не знал, просто так я это видел в будущем, — сказал Вик. — Но почему ты из-за этого так переживаешь?

— Я не переживаю, — сказал Майк. — Просто все как-то странно. Мы столько с тобой шли, попадали в разные передряги, и вдруг все в мгновение ока изменилось.

— Но тебе же сказала Никонориха, что, когда ты увидишь все, что должен увидеть, то все сразу переменится.

— В том-то все и дело, что все происходит так, как ты говоришь, — вздохнул Майк. — Словно от меня ничего не зависит, словно вы с Никонорихой знаете то, чего не знаю я. Словно я ребенок, а вы меня ведете за ручку, чтобы со мной ничего не случилось.

Предупреждаете, не делай то, или не делай это, а то будет больно. А я действительно словно глупый ребенок лезу туда, куда не надо. Но я-то не ребенок! Я — солдат, я многое знаю и понимаю, и уж точно знаю больше, чем эта полуграмотная бабка. Вот что мне обидно!

Чем вы отличаетесь от меня? Ладно, я бабку ещё могу как-то простить, она местная ведьма, она привыкала темнить. Но ты-то, ты-то такой же, как и я, мы с тобой одного возраста. Почему ты видишь и знаешь то, что я не знаю и не могу понять?

— Я уже говорил, что все дело в душе, — сказал Вик. — Она у тебя закрыта, поэтому ты ничего не чувствуешь и не видишь.

— Опять ты о своей религии, — вздохнул Майк. — Не верю я в неё, и тебе не верю. Должно быть другое объяснение!

— Нет другого объяснения, — сказал Вик. — И все, что я тебе говорил, правда.

— Все равно не верю, — сказал Майк. — Ладно, давай спать. Завтра, точнее уже сегодня, нас поднимут рано, в казармах побудка в шесть часов, а будет рассвет, или не будет, к распорядку дня отношения не имеет.

Майк оказался прав, едва они успели заснуть, как их подняли с постели.

Их допрашивали раздельно, предварительно сняв у обоих отпечатки пальцев с помощью электронных приборов, соединенных с компьютером.

Майка в базе данных нашли сразу, поэтому разговор с ним был достаточно коротким, в основном его спрашивали о том, почему он покинул поезд, и как произошло так, что он оказался в районе зараженной зоны с табельным оружием.