– А что это даёт? – услышанное впечатлило меня, ведь о таком ходили слухи, но конкретики не услышишь не от кого.

– Как думаешь, что будет более эффективно? Корабль просто обслуживаемый экипажем, или тот, который чувствует всё что в нём происходит, понимает всё что делается, а также может в нужный момент направить снаряд в цель, внеся более точные корректировки, чем люди.

– Такая самостоятельность ведь может мешать экипажу, не говоря уже про то, что служить на корабле, который обладает волей человека не всякому дано, - заметил удивлённо я.

– Верно, на такие судна отбираются специальная команда не только из одних добровольцев, но и ниже чина капрала ты там никогда не встретишь солдата.

– Насколько оправданы такие расходы сэр?

– Скажу лишь статистику: корабль с подселённой душой и таким экипажем может сразить три десятка одного с собой класса кораблей, но без души.

– Что мешает тогда делать только такие корабли? Или проблема найти такую душу?

– Проблемы Рэджинальд подстерегают на всём пути создания такого симбионта: начиная от того, сможет ли исповедник найти нужную душу, сможет ли без искажений трансформировать её и вселить куда-либо ещё.

– А поскольку началась война, то потребность в исповедник выросла в разы? – догадался я столь пристального ко мне внимания и свалившихся на меня благ, - у республиканцев много исповедников?

– Мыслишь в правильном направлении, - сэр Энтони тепло мне улыбнулся, - сейчас больший перевес у них и нам всем нужно постараться, чтобы количество нашей техники не было меньше чем у них, не забывая конечно о качестве.

– А как вообще можно преобразовать душу, чтобы она вселилась куда либо? Можно ли вселить душу в другое тело? Можно ли вселить душу в механизм, а потом забрать её оттуда и переселить в другой? – вопросы посыпались из меня как горох, новая тема, где бы я смог раскрыть себя, меня очень заинтересовала.

Старик внезапно рассмеялся.

– Теперь я понимаю, почему сэр Артур был в тебе так заинтересован, - проговорил он, спустя минуту, - думаю с тобой будет проще, чем с другими моими учениками.

– Сэр?

– Я дам тебе две книги, как прочитаешь их, мы снова встретимся, - он взял со стола рядом с собой две даже не книги, а потрёпанные дневники и протянул их мне, - думаю так будет лучше, ты узнаешь многое из этих записей и мы продолжим.

– Но сэр Энтони, книги это одно, а я хотел бы узнать от вас – вы ведь я так понял самый опытный исповедник из всех, - взмолился я, не давая закончить наш разговор.

Он усмехнулся.

– Ну почему же, сэр Дональд не менее почтенный и знающий исповедник, просто он менее общителен чем я, так что мне и приходится заниматься вновь прибившими.

– Ответьте хотя бы на эти вопросы сэр Энтони, а когда у нас будет практика?

– Ты опять задаёшь слишком много вопросов, наше дело не терпит суеты, поверь мне. Отвечу тебе лишь на последний вопрос, твоя практика начата, как только ты ступил в мою комнату, так что задавая вопросы, ты лишь напрасно тратишь своё оставшееся время.

Я непонимающе посмотрел на него и тут же почувствовал, что этот разговор так меня обессилил, как будто я бегал час или два, а ведь вошёл я в кабинет полный сил и энергии! Непонимающе я посмотрел на него, он лишь в ответ достал свой монокль с зелёными линзами паинита и довольно улыбнувшись, протёр его. Внезапно я вспомнил о том, что такое же состояние было у меня после сдачи налога! Быстро выхватив камень я приложил его к глазам и посмотрел на сэра Энтони – зелень его души была просто ослепительна, широчайшая аура была не только огромна, она занимала всю комнату и мало того, отростки его души присосались ко мне и по их тонким жгутикам-отросткам от меня к нему уходила душа!!! Пока мы разговаривали, он меня опустошал, даже не прикасаясь ко мне!!!

Я вскочил на ноги и попытался отмахнулся от его отростков, но махать руками было конечно же бесполезно, только вызвало его старческий и дребезжавший смех. Ярость накатила на меня.

– Прекратите сейчас же!! – я кинулся к нему. Я не знал, как противостоять его методу опустошения, но у меня был свой, прекрасно опробованный.

Он спокойно дождался, когда я прикоснусь к нему и я тут же понял свою ошибку, если до этого его жгуты души были лишь тонкими и едва заметными, вытягивая мою душу, то едва я прикоснулся к нему рукой, его аура словно обняла меня, высасывая целиком.

Последнее что я запомнил, его довольную усмешку перед тем, как я потерял сознание.

В себя я приходил тяжело, глаза не хотели открываться словно залитые свинцом, а в горле было так сухо, что я первым дело захрипел.

– Пить…

На губах я тут же почувствовал влажную ткань и судорожно стал мять её губами, стараясь выжать воду. С трудом открыв глаза я увидел сидящую рядом с собой Элизу, державшую ложку, обёрнутую на конце тканью.

– Привет, - прохрипел я, не в состоянии двинуть ни рукой не ногой, похоже вот что испытывали те, кого досуха осушали, забирая максимум души. Кроме полной потери сил я чувствовал странный холод, который охватывал всё моё тело, хоть я и лежал укрытый одеялом, особенно это ощущалось в области сердца, казалось мне на груд положили кусочек льда.