– Нет, – осторожно ответила я.

– И не надо. Отдавай мне мою толстовку. В ней по улице ходить надо, а не по дому. Тем более она новая.

Ну, начинается. Если бы я ё не взяла, он бы про неё забыл и всё.

– Мне прямо сейчас её снять? Или потерпишь десять минут?

Я повернулась к нему, скрестила руки на груди и посмотрела взглядом а-ля «Иди ты нафиг, милый брат».

– Потерплю.

– Отлично.

– Ну, и отлично.

– Не начинай.

– Злыдень.

Не знаю, что он мне ответил, так как была уже на пути к комнате. Переодевшись ещё раз уже в футболку и бриджи, футболка была его же, но это уже мелочи жизни. Её я точно не отдам. Пусть валит лесом, если что-то не устраивает.

– На, злыдень, – я кинула толстовку и попала прямо ему в лицо.

– Спасибо огромное, футболка тоже моя.

Надоел. Собственник чёртов.

– Антон, иди лесом, её я тебе не отдам. Так же, как и остальные.

– Остальные? Их много?

Чёрт. Язык – враг мой.

– Штук шесть. Мало, очень мало.

– Шесть? Катя, заведи себе парня и тырь футболки, толстовки и рубашки у него, а не у меня.

– Завести? Ты так говоришь, будто за парнем сходить так же легко, как в магазин за хлебом или подобрать котёнка на улице. Парень – это не домашнее животное и не продукт питания, которые продаются в магазинах и бегают по улице. Тем более с парнем куча проблем, то не делай, то не носи, с теми не разговаривай. Оно мне надо? И вообще, зачем мне парень, если у меня есть ты? Мне пока хватает. Хотя могу ещё Артёма попросить.

Договорив, я взяла свой чай, который заварила, пока общалась с братом и пошла наверх. Тем более лимит общения с ним я превысила. Что может быть лучше, чем горячий чай и хорошая книга? По моему мнению, ничего. Вот и сейчас сидя на кровати, читая «Виноваты звёзды» и поглощая горячий чай, я была практически счастлива. Вот только моё счастье нарушил скрип двери и наглый голос Андрея:

– Почему мужские вещи?

Я подняла на него взгляд, вскинула бровь, отвечать не хотелось, но я это сделала:

– Тебя стучать не учили? И вообще в мою комнату никто не заходит, так что попрошу на выход.

– Я просто спросил. Не знаю, чего Антон так боится тебя потревожить. Ответь и я уйду.

– А ты не ахринел ли? Вали из моей комнаты!

Я начинала злиться, он выводил меня только одним взглядом. Я начинала злиться и беситься только от того, что он смотрит и ехидно улыбается, а сейчас он ещё и наглеет.

– Ответь.

– Ты попугай, что ли? Тебя покрывалом накрыть и ты уснёшь и заткнёшься? Если да, то я быстро.

– Ну, рискни, гном.

Урод поганый. Чёртов мажор. Я взяла первое, что попалось мне под руку, и кинула в него. Конечно, рядом со мной лежали только подушки, поэтому от мягкой подушки, попавшей ему в голову, он совершенно не пострадал. Пусть катиться лесом. Я уткнулась в книгу и начала демонстративно его игнорировать. Он в свою очередь начал ходить по моей, чёрт возьми, по мей комнате и рассматривать всё, что попадется ему на глаза. Выколоть бы ему их, чтобы ходил с палочкой и собакой-поводырём.

– Красиво рисуешь, – с моей стороны он получил тишину, – ты в курсе, что, когда злишься, у тебя глаза начинают гореть и пылать. Мне это нравится. В такие минуты ты мне нравишься больше. Взгляд ледяной королевы тебе не идёт, – моя грудь начала подниматься чаще от глубокого дыхания, но и в этот раз я промолчала. – Хорошо, можешь меня игнорировать, и пришел я не ради мужских вещей, – кто бы сомневался, придурок, – я хочу, чтобы ты знала. Это не я.

– Что не ты? – это вырвалось как-то само собой. Я не хотела ему отвечать, но слова вырвались раньше, чем я смогла подумать.

– Не я сказал, что мы расстались и так далее. Не знаю, кто это сделал, но когда узнаю…

– Не надо, ладно? С какого такого чуда я должна тебе верить? Ты – мудак. Это факт. Ты пока меня не переубедил в обратном. Да и сомневаюсь, что сможешь.

– Да, я мудак, ублюдок, придурок, ты меня ненавидишь и всё то, что ты вообразила в своей маленькой голове, но я этого не делал. Никогда бы такого не сделал. Это глупо и по-детски.

<