– Берт, ты нужен людям. Я вот без тебя просто не могу.

Олкот, похоже, боролся с охватившими его чувствами. Наконец он посмотрел на Грейди:

– Твои родители будут гордиться тобой.

– А я уверен в том, что тобой будут гордиться твои дети. Тебе надо связаться с ними.

– Да мы почти чужие. – Олкот сжал рукоять трости. – Послушай меня, Джон. Ты должен дать мне обещание.

– Хорошо. Какое?

– Не повторяй то, что сделал я.

– Берт, я ведь тоже люблю свою работу. И в этом нет ничего плохого. – Он жестом указал на гравитационное зеркало. – Поэтому мы и добились успеха.

– Ты должен любить не только работу. Тебе нужно, чтобы рядом были люди, которые заботятся о тебе – а иначе какой смысл? – Он уставился куда-то в пустоту. – А эта твоя девушка… как ее зовут?

– А… Либби.

– Что с ней случилось?

– Она встретила кого-то в группе по занятию йогой. Уже беременна. Они счастливы.

Олкот кивнул.

Грейди снова посмотрел на поразительное гравитационное зеркало перед ними:

– Я думал, Берт, что наш разговор будет совсем иным. Ведь это же историческое открытие. Мы должны радоваться.

Олкот повернулся к нему:

– Жизнь никого и ничего не ждет.

– А разве это не жизнь?

– Просто обещай мне, что ты будешь жить не только в своей голове, но еще и в реальности. – Олкот крепко ухватил его за плечо: – Обещай мне.

Грейди видел, насколько серьезен сейчас его наставник. Собравшись с мыслями, он посмотрел Олкоту в глаза и кивнул:

– Я обещаю, Берт. А теперь замолчи и лучше подумай о том, что ты скажешь в своей нобелевской речи.

Олкот поморщился, а потом крепко шлепнул Грейди ладонью по спине:

– Конечно, прическа у тебя смешная. Знаешь, я после нашей первой встречи сказал Грете, что меня преследует какой-то грязный хиппи.

Джон расхохотался:

– Да, волосы – это природный календарь.

Именно в этот момент Грейди заметил какие-то странные фигуры в темном конце лаборатории. Выпрямившись, он громко спросил:

– Кто там, черт возьми?

Олкот тоже повернулся в ту сторону. Перкаса и Лам, смотревшие на миниатюрную Солнечную систему, подняли глаза. Маррано и Джонсон, которые все пытались высушить свои костюмы у обогревателя, с любопытством подошли к Грейди и его команде.

На свет вышла дюжина незваных гостей – мужчин, одетых в светоотражающие шафраново-желтые комбинезоны с эмблемой Центральной электростанции Джерси. На головах у них были каски, лица скрывали черные противогазы, в руках они держали фонари и инструменты. Они молча быстро рассредоточились по комнате, развертывая и подготавливая оборудование, причем вели себя так, словно, кроме них, в лаборатории никого не было.

Со стороны пожарного выхода показались еще десять человек в такой же униформе.

– Вы что делаете, парни? Эй, парни! Если вы насчет перерасхода электроэнергии, то с этим все нормально. У нас есть разрешение.

Маррано, Джонсон и все остальные посмотрели на Грейди, они явно не понимали, что происходит.

– Вам противогазы не нужны. – Грейди указал на панель аварийной сигнализации, где спокойно светились зеленые индикаторы. – В помещении нет никаких утечек химических веществ.

Грейди заметил на плече у одного из рабочих большую устаревшую видеокамеру на плече; судя по красному сигналу спереди, она все снимала. Джона внезапно озарил яркий свет.

– Эй! Немедленно выключай! Что ты тут снимаешь? У вас нет разрешения на съемку. Это частное владение. Кстати, а как вы сюда проникли?

Из группы незваных гостей вышел мужчина. В отличие от остальных, он был в обычной одежде – фланелевой рубашке, джинсах и рабочих ботинках. Высокий, симпатичный, с голубыми глазами и светло-каштановыми волосами и бородой, как у Авраама Линкольна, он был атлетически сложен и обладал какой-то притягательной, харизматической внешностью, походил на фотомодель сельского красавца-модника. Грейди явно где-то его видел раньше, только не мог вспомнить, где, и сейчас с опаской посмотрел на вновь прибывшего:

– Вы, похоже, командир этих идиотов? Что здесь происходит?

Мужчина, встав перед камерой, смотрел прямо в ее объектив. Затем он повернулся к Джону, обвиняюще ткнул в его сторону указательным пальцем и заговорил трубным голосом:

– Он помилует тебя, Джон Грейди! [19]

– Помилует? Что вы, черт возьми, несете?

– В притчах Соломоновых сказано, что «мудрый вывеет нечестивых» [20] .

– И кто же эти нечестивые?