Калкерни сел на край стола рядом со стационарным телефоном. Он просто смотрел на испещренные цифрами доски и думал о том, насколько иначе Грейди смотрит на Вселенную, по сравнению со всеми остальными людьми. И о том, как это, наверное, прекрасно.

Калкерни вздохнул. Ему очень не хотелось этого делать. Очень. Но другого выхода не оставалось. В глубине души он все понимал, но сомнения были частью его работы. Спустя мгновение профессор сомкнул ладони и заговорил, обращаясь к пустой комнате, словно молился:

– Варуна, ты нужна мне сейчас.

В его голове послышался спокойный и бесплотный женский голос:

– Да, Тиртайятри [18] .

Чем я могу тебе помочь?

– Я в инкубаторе шестьдесят три.

– Я тебя вижу.

– Каков статус этого объекта?

– Симуляции экспериментальных проектов, ведущихся в инкубаторе шестьдесят три, неубедительны.

– А если эти проекты будут подтверждены?

– Успешная реализация проектов инкубатора шестьдесят три приведет к развилке первого уровня.

Калкерни опять глубоко вздохнул:

– Первого уровня.

– Совершенно верно.

– Понимаю. – Помолчав мгновение, он спросил: – Какое расчетное время прибытия команды жнецов в место моего нахождения?

– Команда уже наготове.

Калкерни опешил:

– Значит, ты этого ждала?

– В случае удачи эксперимента вероятность дестабилизации слишком высока. Что ты нашел, Тиртайятри?

Профессор собрался с духом:

– Я могу подтвердить, что в инкубаторе шестьдесят три произошла развилка первого уровня. Соответствующие изображения и подтверждающие измерения отправлены в одиннадцать часов тридцать девять минут по Гринвичу.

– Жди подтверждения. – Короткая пауза. – Представленные материалы подтверждают, что произошла развилка первого уровня.

– Были ли какие-либо утечки информации из этого места за последние семьдесят два часа?

– Проверяю. – Пауза. – Перехвачено сорок семь электронных писем и восемь голосовых сообщений – а также четырнадцать передач в социальных сетях. Вся информация удержана или перенаправлена в Маск-сеть для генерирования симулированных ответов от получателей.

– Слухи об этом открытии вышли за пределы объекта?

– Данные, касающиеся события первого уровня, не покинули пределов инкубатора шестьдесят три.

Принимать решение все равно нужно было Калкерни:

– Рекомендуемый метод действий?

Ответ прозвучал почти мгновенно:

– Интеллектуальный карантин. Введение в дело веятелей.

Калкерни кивнул сам себе:

– Я согласен. Начинайте установление карантина. Зафиксируйте время.

– Время зафиксировано. Команда веятелей отправлена. Персоналу, не занятому в операции, требуется покинуть территорию…

Грейди наблюдал за россыпью бильярдных шаров, вращавшихся вокруг друг друга по каким-то немыслимым орбитам внутри модифицированного гравитационного поля. Зрелище напоминало миниатюрную Солнечную систему, вот только орбиты планет медленно разрушались под воздействием трения. Он засмеялся, когда молодые техники, Перкаса и Лам, подбросили еще горсть шаров в гравитационный колодец, созданный устройством, возвышавшимся в центре лаборатории.

Олкот, опираясь на трость, стоял рядом с Грейди:

– Похоже, Вселенная такая же безумная, как и ты, Джон.

– Мысль пугает.

– Согласен. Но ты все-таки добился своего.

– Ты хочешь сказать «мы добились своего». Ты же знаешь, что я не смог бы ничего сделать без тебя.

Олкот отмахнулся:

– Я годами пытался убедить тебя, почему твои идеи никогда не сработают. – Он, прищурившись, смотрел на орбитальные сферы. – И я ошибался. Как ошибался в отношении большинства вещей в своей жизни.

Грейди участливо взглянул на него:

– Берт, ты бросал мне вызов. Благодаря тебе я уточнял и совершенствовал свою теорию. Изменял ее. А затем снова изменял. – Он засмеялся, схватив Олкота за плечо: – Я бы никогда не смог сделать этого без тебя. Неужели ты этого не понимаешь?

Олкот задумался над его словами. Какое-то время он молча наблюдал за орбитами бильярдных шаров, а потом сказал:

– По правде сказать, мне ничего больше не оставалось. Моя собственная работа закончилась ничем. Грета и я… мы всю жизнь ждали, когда я уйду на пенсию. А теперь, после ее смерти…