Был на исходе апрель 1944 года. Уже на третий день после возвращения из госпиталя Джигангир принял участие в смелых вылазках разведчиков. С этого времени он наравне со всеми ежедневно бывал под огнем.

Все эти картины промелькнули перед глазами Разу-1 мова, когда, заложив руки за спину, он возвращался в свое подразделение. Хотелось представить, где сейчас и что делают семеро его разведчиков. Что их ждет? Даже рации у них нет, чтоб просить о помощи в трудную минуту.

Группа лейтенанта Каурова прошла километров двадцать-двадцать пять и между двумя опорными пунктами стала углубляться в тыл врага. Разведчики прокладывали путь по заросшей лесом каменистой гряде; по одну сторону от нее расстилалось озеро, по другую — болото.

На небе туч не было, но на листве и траве, в бутонах цветов еще светились дождевые капли. В такую пору хорошо идти по лесу. Воздух свеж и легок. Еще не успели подняться в воздух рои надоедливых мошек. Зато птицы, большие и малые, заливаются на разные голоса.

Минеры двигались бесшумно.

Только бы успеть пройти эту узкую гряду, где за каждым камнем может притаиться враг. А там — ищи ветра в поле! Стоит только миновать это удобное для засады место, как немцам ни за что их не найти.

Кауров настораживался при малейшем шорохе. Он был готов ко всякой неожиданности. Дозорные осматривали не только кусты, но и деревья. И вдруг Миша Чиж, заметив, как качнулась верхушка одной высокой сосны, прошептал:

— Кукушка!

Измаилджан условным знаком передал эту весть всему отряду. Но немцы уже заметили разведчиков. Пулеметная очередь прорезала тишину леса.

Чтобы противник не мог догадаться о численности отряда, Кауров приказал огня не открывать.

— Назад! — крикнул он. Но не успели разведчики отбежать метров на четыреста, как раздались выстрелы и с противоположной стороны. Они доносились откуда-то издалека, пожалуй, с дальнего конца гряды.

— Попали в мешок, — промолвил Чиж и, ожидая приказа, посмотрел на своего командира. У Каурова чуть дрожала правая бровь.

В глубине леса послышался собачий лай.

— Овчарка!

В лесу она опасней пули.

— Мубаракшин, Володаров, слушайте приказ, — сказал Кауров. — Вы останетесь здесь. Задержите противника как можно дольше. Прежде всего старайтесь уничтожить собак. А затем добирайтесь до Орлиной скалы. Ждите нас там трое суток. Если не вернемся, возвращайтесь в часть. Мы сейчас пройдем через болото и будем выполнять задание. Ясно?

— Ясно, — ответил Володаров за себя и товарища.

— Мешки с провизией оставьте при себе, А нам дайте взрывчатку.

Лейтенант пожал им руки:

— Прощайте!..

Опанас стиснул обоих в крепких объятиях.

— Будьте спокойны, дядя Опанас.

Старшина не удержался и поцеловал юношу в лоб.

Двое остались лежать за валунами — Джигангир Мубаракшин и Саша Володаров. Кауров повел свою группу в направлении к болоту. Опанас Грай часто оборачивался. Саша, лежавший за дальним валуном, сразу пропал из виду. Зато Опанасу видно было, как Джигангир, подавшись грудью вперед, с вытянутым в минуту опасности лидом, готовил автомат для стрельбы из-за камня.

Опанас обернулся, но кусты заслонили и Джигангира. Старшине стало не по себе. Шагая все быстрее и быстрее, свободной рукой он дергал кончики усов.

Спустившись по крутому склону гряды, минеры прошли через кустарники и остановились у болота. Даже видавший виды старшина вздохнул: «О-о!»

Ровно, как расчищенный ток, болото простиралось на несколько тысяч метров. Только карликовые кусты, засохшие деревца, напоминавшие телеграфные столбы, да разбросанные кое-где кочки нарушали эту гладь.

Попробуй-ка на таком болоте укрыться днем от стерегущих глаз противника и обмануть его! Заметят и возьмут на мушку черт знает с какой дали!

Все посмотрели на командира.

— Не останавливаться, к болоту! — решительно приказал Кауров и первым ринулся вперед. Толстый ковер мягкого мха заколебался под ногами.

Прошли метров двести-триста, лейтенант остановился.

— Нарезать финками дерн и замаскироваться! — приказал он.

У минеров просветлели лида. Как они сами не догадались об этом простом способе маскировки? Впрочем, так почти всегда бывает на войне. Сначала растеряешься и не знаешь, что делать. Начав же действовать, успокаиваешься. То же случилось и на этот раз. Минеры быстро нарезали куски дерна и спрятались под этими моховыми одеяльцами. Пять новых кочек ничем не отличались от тысячи других, возвышавшихся на болоте.