– Мы получили первый сигнал. Но обосновались так далеко от Земли, что просто не могли прилететь раньше. – решил разговором разрядить обстановку Дима. – У нас совершенно не было сведений об этом месте. Учёные вычисляли расположение бункера по принятому сигналу, но мало чем могли помочь. О вас просто забыли. Никто даже не думал, что на Земле ещё кто-то живёт из людей. Когда мы с командой были в пути, второй сигнал помог приблизительно определить район, но только благодаря третьему, когда мы почти приблизились к планете, в центре разобрались в картах и определили, что вы находитесь в Сахаре, которая занимает немалую часть планеты.

– Мы не отправляли третий сигнал. – сказала Вера.

– Две недели назад. Может, кто-то из общины, оставшихся, на тот момент, в живых?

– Нет, такие решения всегда принимались совместно, до конца. Я сделала это одна тогда, потому, что Егору доверили безответственные дела: определение причины смертей, которых у нас почти не было, если не считать старость, ведь у нас хорошие условия существования. Ответственность за технические подключения, потому что всё здесь работает на автоматике и не нуждается в дополнительных манипуляциях умом и руками, за что нужно отдать должное старому свету. Так же ему доверили ключи от комнаты связи, которой мы никогда не пользовались.

Дима задумался.

– Помнишь ли ты, содержание фильма, который смотрит Егор?

– Конечно, это очень шокирующее видео, которое не даёт мне спать в последнее время, достаточно одного просмотра, чтобы запомнить его на всю жизнь, а я видела его несколько раз, приходя за Егором в кинозал.

– Сколько жертв нужно для ритуала? – его голос, хотя и сдерживал тревогу прозвучавшего вопроса, всё равно, прогремел, словно гром среди ясного неба, напугав Веру подтверждением её догадок.

– Шестьдесят два… - прошептала она в ужасе, догадываясь не только о том, что верно предполагала, но и приписывая к этому числу новые ужасные предчувствия, судорожно подсчитывая в уме погибших.

– Сколько человек жило здесь?

– Шестьдесят два…

Производя собственные расчёты и умозаключения, Дима предположил, что если Егор виновен в этих смертях, следуя ритуалу, то ему не хватало одной жертвы, и он мог после отправки сигнала СОС общиной, отправить последующий сигнал самостоятельно, ведь, если даже один человек прибудет сюда на корабле, он станет последней жертвой.

– Сколько соплеменников умерло за это время?
– спросил Дима, веря в предположение Веры, подпитываясь собственными мыслями.

– Пятьдесят девять. – сдавленным голосом ответила она.

Дима ещё на секунду задумался. У них есть друг, который ушёл «проверять вентиляционную систему», скорее всего он уже составляет число шестьдесят. Вера, предположительно стала бы шестьдесят первой, значит кто-то из его команды шестьдесят второй. А теперь у Егора богатый выбор жертв.

– Бежим! – скомандовал Дима, схватив девушку за руку, ничего не объясняя.

Маша и Егор вошли на склад, где на цепях висели тушки мяса. Он включил свет, который ярко освещал вход, но его совершенно не хватало для того, чтобы осветить огромное помещение дальше.

– Лучшее в том углу, поедим самого вкусного, всё равно пропадёт, когда мы улетим отсюда.
– направил он её, пододвинув руками в нужном направлении и Маша послушно пошла в указанную им сторону.

– Вера не любит ходить сюда, хотя я ей говорил, что крысы в таком холоде не только не живут, здесь нет даже запаха, который мог бы их приманить.

– Встань вот сюда. – Он снова поправил её, коснувшись руками её плеч и она, наивно повиновалась.

– Зачем?
– спросила Маша и почувствовала его дыхание прямо в затылке, от которого стало не по себе.

– Сейчас узнаешь.

Маша услышала резкий звук поворачивающегося рычага и грохот двигающихся цепей.

– Что за…

Она ощутила, как верёвка обхватила её ноги и потянула вверх. Успев интуитивно опереться об пол, Маша не так сильно ударилась головой об пол, как если бы, не сделала этого. В одно мгновение она поняла, что подвешена в один ряд вместе с тушками. Она всмотрелась в тёмные силуэты висящего на цепях мяса, стараясь разглядеть Егора. Сумрак едва давал увидеть что либо. Некоторые туши покачивались, значит, Егор проходил там, задевая их, и его следовало высматривать именно там.