– Ну, такого просто не может случиться, - спокойно ответил Альрин.
– Ведь в деревне будешь ты, а сильнее тебя никого нет.

– Зря ты так думаешь. Есть чародеи сильнее меня, тебе они просто ещё не встречались, и к тому же я не вечный, я тебе уже говорил, - сказал отец и спросил.
– Да и вообще, много ты магов видел?

– Но ты ведь восстановишь силы?
– спросил сын.
– Ведь ты же говорил, что большая их часть вернётся, когда мне исполнится двадцать, а этого ждать всего шесть лет.

– Может, восстановлю, - как-то печально ответил Орион.
– Но вдруг за это время придёт тот, кого я не смогу одолеть с нынешними силами, а твоя помощь мне бы очень пригодилась. Ты ведь весьма умелый ученик, хоть и лентяй.

– Ты прав отец, я постараюсь лучше тренироваться и тогда я всегда смогу помочь тебе и защитить всех дорогих мне людей, - с очень серьёзным взглядом заявил Альрин, ведь он знал, что отцу бесполезно врать. Просто невозможно обмануть человека, который видит и слышит все, о чем ты думаешь.

– Хороший и честный ответ, - сказал могущественный чародей, и голос его явно подобрел.
– А то я уже хотел превратить тебя в слейта, летал бы себе и никто бы тебя не трогал.

– Да ладно тебе пап, я больше постараюсь не бездельничать, - посмеиваясь, говорил Альрин.
– Но всё же, как мне быть с противником, если он будет превосходить меня не только по уровню силы, но и по мастерству?

– О, не ожидал от тебя умного вопроса. Думал, ты спросишь, какие лучше цветы подарить Примуле, - посмеялся Орион.

– Не шути пап и не уклоняйся от ответа, - засмущался Альрин.

– Если ты не можешь победить противника силой и мастерством, тогда попробуй его перехитрить и подумай, нужна ли тебе победа. Может ты сможешь добиться того чего хочешь не подставляя под удар себя и близких, - сказал наставник.
– Есть, конечно, ещё одна вещь.

– Какая?

– Никогда не сдавайся. Не смотря ни на что, не сдавайся, - ответил могущественный чародей.

– Почему?

– От твоего внутреннего состояния зависит многое, очень многое. И поверь мне, я видел поединки, когда показывая свою волю, чародеи выходили победителями из, казалось бы, безнадежно проигранных сражений, - ответил Орион.

– А у тебя были такие ситуации?
– спросил Альрин.

– То, что я стою перед тобой, это как раз результат таких вот проявлений внутренней силы и нежелания сдаваться, - вновь ответил наставник.

Альрин протёр глаза и улыбнулся. Почти шесть лет назад состоялся этот разговор, но контроль памяти постоянно подкидывает что-то очень нужное в любой ситуации. Маг придумал одну хитрость, которую сразу же проверил изменённой реальностью, и затея удалась без каких-либо повреждений. Вот только что делать после, это заклинание показать не может, хотя так даже интересней. Альрин налил несколько флаконов воды из источника, проверил посох и браслет, внутренняя энергия переполняла молодого чародея, так что он отправился к древнему строению. Преодолев всё расстояние и спустившись с утеса, он убедился, что красноглазого гуарнага нет поблизости, после чего зашел внутрь. Волшебник мигом пробежал пятьдесят метров отделяющих его от гранитного пьедестала. Альрин достал из мешка странника тушу даргала и начал отрезать кусочки мяса. Маг помчался обратно, изредка роняя куски и выбежав из строения, раскидал оставшиеся кусочки мяса, которые бы он лучше поджарил и съел бы сам, но ничего не поделаешь, ведь он хотел выполнить задание отца. После он взобрался по утёсу и, усевшись на толстую ветку дерева, стал ждать, когда гуарнаг придёт полакомиться угощением. Прошел час, но монстра так и не было, Альрин уже не находил себе места перемещаясь от одной части ветки к другой. Он хотел как можно быстрее закончить возню с этим гуарнагом и больше никогда с ним не встречаться.

Терпением Альрин особо не отличался, и ждать монстра ему не хотелось. Он активировал магическое зрение и начал всматриваться в лес, но через несколько минут волшебник услышал грозный рык в совершенно противоположной стороне. Альрин узнал этот звук, без сомнения такой рык издают гуарнаги, чтобы отпугнуть кого-нибудь или предупредить, что они будут атаковать. Вот только было что-то странное в издаваемом рыке гуарнага, он становился то тише, то громче, будто эти звуки принадлежали не одному, а двум или более монстрам. Маг направил свой взор в то место, где, по его мнению, находился красноглазый кот и увидел сразу несколько сгустков энергии. Черный сгусток с двумя красными точками принадлежал искомому гуарнагу, позади него был белый сгусток, чуть меньших размеров, чем первый, вокруг которого находилось три совсем маленьких контура, в которых были и белые, и тёмные энергетические нити. Напротив гуарнага находилось непонятное нагромождение энергии, это даже контуром назвать нельзя было, и цвет был каким-то знакомым сине-коричневым с примесью ярко-зелёного цвета и тонкие энергетические нити вились вокруг этого нагромождения. Альрин сразу же отправился к месту нахождения всех этих сгустков, чтобы посмотреть получше. Не меньше пятнадцати минут потребовались магу для преодоления всего расстояния. Он добавил побольше энергии в браслет, на всякий случай, и прыгнул на дерево, с которого можно было наблюдать за всей поляной. Его взору предстала поразительная картина.

Со всех сторон поляна была окружена сотнями хищных червей, которые когда-то пытались сожрать Альрина. В центре был красноглазый гуарнаг, когти которого на всех четырёх передних лапах были выпущены и готовы раскромсать врага, и непонятная субстанция чем-то напоминавшая грязь, но только тёмно-зелёного цвета, с множеством щупалец на части из которых были глаза. Около большого камня размером с гранитного элементаля был ещё один гуарнаг белого цвета, причём не только шесть, но и глаза были белыми, уши были почти полностью прижаты к голове, а рядом с ней, забравшись за спину матери, сидели три маленьких котёнка. Черви пытались съесть их, но мать разрубала их своими длинными когтями ещё в полёте. Чёрный гуарнаг отрубал щупальца монстру-кукловоду, но те снова отрастали, черви пытались зайти с боков, но хвост с тремя шипами очень хорошо защищал своего хозяина и не позволял прикоснуться к ровному покрову черной шерсти. Он ловко хватал особо назойливых зубами и перегрызал их, жидкость, которая обожгла Альрину руку, не причиняла гуарнагу никакого вреда. Он не подпускал кукловода к своему потомству, хотя щупальца чудовища оставляли кровавые следы на поверхности его тела, видимо в них был какой-то очень сильный яд. Кукловод непрерывно атаковал гуарнага, будто не чувствовал боли от потерянных щупалец и в один момент на поверхности этой аморфной субстанции образовалась гиганская пасть, которая попыталась цапнуть большого кота, но промахнулась и оплавила землю своей слизью. Красноглазый гуарнаг не теряя времени, прыгнул на чудище, надеясь разорвать его надвое своими острыми когтями, но кукловод прижался к земле и немного видоизменился, увеличившись в размерах, он образовал щупальца по краям своего тела. Черный гуарнаг оказался в ловушке и кукловод начал сжиматься запирая клетку. Когти рвали его, но он всё равно сжимался, не оставляя красивому существу шансов на спасение. Кровь сочилась из ран гуарнага и поглощалась кукловодом, но он не сдавался, ведь хищные черви уже впивались в белую кошку. Красноглазый гуарнаг пытался вырваться и прийти на помощь, но не мог. Раны становились всё глубже, и шерсть дымилась. Он издал оглушающий рев и разорвав кукловода напополам. Одним прыжком он добрался до своего семейства и разрубил всех червей. Две его самые передние лапы были сильно повреждены, по бокам были глубокие раны, и слизь по-прежнему разъедала шерсть и кожу, кровь капала на землю, окрашивая её в тёмно-красный цвет. Тут маг уже не выдержал.

'А-а-а, к Крайсу пусть отправляется это задание!
– мысленно кричал чародей.
– И без отцовского подарка проживу здесь, но я не могу видеть как какая-то куча слизи сжирает красивых гуарнагов'.

Волшебник спрыгнул с дерева и активировал заклинание, которое ещё ни разу не использовал. В руке у него возник совершенно обычный огненный шар, который сперва разделился на две, потом на четыре и когда частей стало больше сотни, он метнул шары. Россыпь огненных сгустков обрушилась на червей, почти каждый шар нашел свою цель, а те, что остались не задействованными, слились в один большой и обрушились на кукловода. Монстр словно разделился и из одной его части образовался щит, который полностью испарился при соприкосновении с заклинанием Альрина, но вторая часть кукловода уцелела и, потеряв половину себя и всех своих марионеток, попыталась скрыться. Но разъяренный волшебник не желал отпускать монстра и вдогонку отправил ему Огненную сеть, очень сложное заклинание стихии Огня, которое ему показал отец и на удивление всех, получившееся у чародея с первого раза и это было самое мощное заклинание, известное Альрину. Яркая полыхающая сеть обволокла всего монстра и полностью сожгла его не оставив пепла, даже земля оплавилась в местах соприкосновения с ней. Черный гуарнаг внимательно наблюдал за магом, а потом лёг и прикрыл глаза, котята выбежали из-за спины своей матери и устремились к своему отцу. Белая кошка тоже подошла и начала зализывать раны, но не в её силах было помочь главе маленького семейства, красноглазый гуарнаг умирал от многочисленных ран и сильного яда попавшего в его кровь. Несмотря на всё произошедшее он выполнил своё предназначение и защитил свою семью, даже ценой собственной жизни. Альрин никогда раньше не видел, как гуарнаги ухаживают за своим потомством и никогда особо не верил рассказам Ферапата о доброте этих животных, уж слишком по его рассказам они были похожи на людей. Молодой чародей медленно подошел к умирающему гуарнагу, никаких предупреждающих рыков не последовало. Он достал несколько флаконов с водой из источника. Один он полностью вылил на самую сильную рану, которая начала светиться и медленно затягиваться.