'Кому же мне помочь?
– раздумывал волшебник.
– А ещё надо подумать, почему я очень хорошо вижу энергию этой ящерицы, а даргала очень плохо, несмотря на то, что при предыдущей встрече днём я видел её отчетливо. Может ночные жители прячут свою внутреннюю энергию днём и наоборот дневные ночью? Интересно. Ладно, грохну обоих'.

Чародей подошел чуть ближе и сформировал в своей руке энергетическую плеть, оснастив её утяжелителем на конце, в пылу схватки монстры не заметили небольшого всплеска энергии, за что и поплатились. Альрин спрыгнул с дерева и ещё в полёте нанес мощный удар по черепу малоглада, от чего тот раскололся, и сразу же атаковал даргала, но попал немного не туда и вместо того чтобы сломать череп второму зверю лишь сломал ему клык. Разозлённый даргал кинулся на молодого волшебника, но его встретил барьер, после соударения с которым он получил смертельный удар утяжелителем промеж глаз, и непродолжительный бой закончился. Альрин не стал медлить и, создав несколько барьеров, положил туши в мешок. И только сейчас руки начали трястись, ведь он, наконец, осознал, что чуть не погиб, впрочем, некогда волноваться. Теперь стоило бы отправиться обратно, но маг заметил что-то странное - километрах в трёх от него находился большой энергетический контур напоминавший здание, весьма странно для леса, поэтому любопытство пересилило чувство опасности. Пришлось изрядно попотеть обходя больших хищников и сложный рельеф местности но этого того стоило. Альрин добрался до места, он стоял на небольшом уступе, метрах в пятнадцати ниже спокойно текла река, в который изредка мелькали светящиеся представители водной жизни. И не так далеко отсюда виднелось большое полуразрушенное здание. Многочисленные каменные колонны до сих пор удерживали верхнюю часть, в высоту строение не превышало десяти метров, но в ширину растянулось на пятьдесят, в нём не было больших окон, лишь маленькие разъёмы ровным рядом шли вдоль крыши с обеих сторон благодаря чему свет Сестёр проникал во внутреннее помещение. Строение внушало уважение, несмотря на несколько упавших колон и обвалившуюся в нескольких местах крышу. Альрин хотел подойти поближе, но слева от здания он увидел два ярко-красных огонька. Он был невидимым, но они будто смотрели на него, и это сильно испугало волшебника. Недолго думая он решил вернуться в убежище, принятие решения ускорил тот факт, что эти огоньки, не отрываясь от него, начали приближаться. Чародей удивительно быстро добрался до пещеры, но и тут его ждал сюрприз - перед входом в его убежище стояло существо. Несмотря на маскировку, оно похоже чувствовало опасность, исходящую от ловушек, и поэтому не решалось входить внутрь. Вид у этого существа был довольно необычным. Небольшое тело поддерживало восемь тонких лап, похожих на паучьи, ряд острых шипов шел от шеи до хвоста, а спереди была голова с огромной пастью и четырьмя глазами (по два с каждой стороны, расположившись на небольшом расстоянии друг от друга), ни ушей, ни ноздрей не было, только несколько небольших отверстий на затылке и чуть ниже шеи, которые закрывались мембраной. Альрин не стал медлить, поэтому решил быстро расправиться с монстром и поесть жареного мяса. Но с этим существом, впрочем, как и всегда, оказалось всё не так просто, и по-быстрому разделаться с ним не получилось. Монстр поймал кнут зубами и тот рассыпался. Альрин чуть не поперхнулся, он не предполагал, что такие существа смогут разрушить контур его заклинания. Но мало того, этот монстр ещё и пытался цапнуть Альрина за руку, но укусил дерево, после чего на нём осталась какая-то фиолетовая жидкость, которую маг принял за яд, впрочем, он не сильно ошибался. Тогда волшебник решил использовать заклинание помощнее и быстро сформировал контур Огненного копья. Копьё вспыхнуло у него в руке, и он сразу же его метнул. Пробив чудище насквозь, копьё встретилось с камнем, и он разлетелся на множество осколков.

'Ещё одним уродцем будет больше, - подумал маг и положил очередного монстра в мешок странника.
– Такими темпами у меня будет целая коллекция разнообразных монстров'.

Альрин зашел в пещеру и, вытащив тушу даргала начал его разделывать, после он развёл небольшой костёр и спустя ещё немного времени наконец-то смог насладиться замечательным вкусом жареного мяса.

Последующие несколько дней чародей пытался разведать окрестности в разное время суток, обнаруживая всё новые и новые черты, характеризующие этот лес, хотя 'дружелюбное' население этого места сравнить ни с чем нельзя, слишком сильно местные обитатели, отличаются от кельросских. Альрин наконец-то подошел к зданию днём и рассмотрел его во всей красе, он даже зашел внутрь. В большом зале вдоль стен стояли статуи различных существ, которые как предположил Альрин обитали в этом лесу, когда здание строили. Тут он нашел малоглада, даргала, непонятных подземных червей и квалиса, так называлось, то восьминогое и четырёхглазое существо, встреченное Альрином после завершения своей ночной вылазки, если верить книге. В противоположной от входа стороне в конце зала стоял большой пьедестал, на котором не было существа. Маг погладил всё ещё гладкий чёрный гранит и отправился на выход. Для чего был нужен этот зал Альрин так и не понял, и, проведя здесь достаточно времени, вновь начал исследовать лес. Это было очень интересное, но в тоже время опасное место, которое требовало от волшебника предельной осторожности даже при наличии у него артефакта с невидимостью. Он наблюдал как среди деревьев ходили гранитные элементали, как охотились черви вылетающие из-под земли, ему даже повстречалась небольшая группа даргалов мирно отдыхающих на лугу. Исследуя всё это великолепие и многообразие жизни, он размышлял о строении и большом пьедестале.

'Для чего они нужны? Кто построил это здание и как давно?
– задавал он вопросы сам себе.
– Может это всё как-то связано с загадкой отца? И если да, то как? Нужно всё это обдумать, конечно, не обязательно её решать, но не сидеть же мне всё время в этой пещере. Хотя мне нужно всего лишь продержаться в этом лесу месяц, правда, уже меньше, но это слишком скучно, так что я обязательно этим займусь'.

На следующий день молодой чародей вновь отправился к строению, чтобы изучить всё получше, но когда он уже решил спуститься с уступа, то увидел существо, которое хорошо знал, но до сих пор не видел в этом лесу. Это был огромный гуарнаг. Его покрывала короткая чёрная шерсть, он был даже больше Кардифы и выглядел устрашающе, но как оказалось не только шерсть и размеры отличали его от знакомой Альрина, но и хвост, на котором красовались три длинных шипа. Он доедал недавно пойманного даргала, но вдруг оторвался от своего занятия и посмотрел на Альрина, который с активированным пологом невидимости сидел на дереве. Его красные глаза с узкими вертикальными зрачками светились тусклым светом, который так хорошо было видно ночью. Магу казалось, что взгляд этого монстра, по-другому его назвать нельзя, ведь это не ручная Кардифа, пытается скинуть его с дерева. Сердце заколотилось как сумасшедшее, на лице проявились капельки пота и страх охватил Альрина. Он не знал, что делать и ухватился за дерево, монстр перестал смотреть на волшебника, но ощущение ужаса не пропадало. Прошло не так много времени, прежде чем гуарнаг спокойно скрылся между деревьев, обильно растущих вокруг древнего строения. Альрин наконец-то смог себя контролировать и отпустил дерево, в местах, где он схватился за ствол, были вмятины, и кора слегка потрескалась, а руки были в крови. Волшебник очень быстро вернулся в своё убежище и установил ещё пару ловушек, несмотря на здравый смысл, который подсказывал ему, что размеры пещеры и гуарнага слишком сильно отличались и сюда он залезть никак не мог, даже если ему очень захотелось бы это сделать. Маг опустил руки в источник воды, энергия жизни быстро исцелила его раны и только после этого он окончательно успокоился.

'Что это было?
– подумал чародей и при этом сильно разозлился.
– Почему я так среагировал на гуарнага? Насколько мне известно у гуарнагов нет способностей к магии и они не могут воздействовать на разум тем более того кого не могут увидеть, но тогда почему мне было так страшно!? Ну и пусть этот гуарнаг отличается от Кардифы, но это же всего лишь большой кот, и что-то мне подсказывает, что его место должно быть на том большом чёрном пьедестале. Если это так, то это задание мне просто не под силу, он же меня сожрёт вместе с барьером и посохом поковыряется в зубах, Крайс его знает, чем он там ещё владеет'.

Волшебник долго обдумывал, как ему поступить и не выходил из пещеры до самого вечера, хотя большую роль сыграл, конечно, страх, а не желание подумать о дальнейших действиях. Чародей ходил из стороны в сторону, многократно прокручивая свою встречу в мыслях, потом он сел и облокотившись на камень, активировал заклинание, которое позволяет моделировать определённую ситуацию или бой с противником, а также показывает различные вероятностные исходы при активации определённых заклинаний. Его отец называл это изменённой реальностью, она не являлась действительностью и, по сути, была лишь воображением, но она с достаточно высокой точностью показывала, как будет вести себя противник в той или иной ситуации. Альрин атаковал всеми известными ему заклинаниями большую кошку, но ничего путного у него не выходило, лишь обожженная шерсть, однако это не в счёт. Чёрный гуарнаг попросту убивал волшебника, не обращая внимания ни на его мощный барьер, ни на невидимость, даже посох не помог ни в одном случае из всех, он даже не воспользовался своими острыми зубами, а бил чародея когтями двух передних лап. Впрочем, Альрину почти всегда хватало лишь одного удара, чтобы распрощаться с жизнью. Страх только усиливался, этот красноглазый гуарнаг противник слишком сложный для мага уровня Альрина.

'Отец без проблем одолел бы этого гуарнага, - думал волшебник.
– Но как мне с ним справиться? Вот если бы воспользоваться мечом я бы наверняка победил. Вся проблема в том, что мечом я возможно смогу пользоваться только после того как найду какую-то вещь, а чтобы её найти нужно победить этого кота. Что за замкнутый круг!? Неужели никак нельзя его победить?'

Чародей решил ещё промоделировать несколько ситуаций, в том числе, если бы у него был меч. Получилось несколько лучше. Маг, конечно, всё равно отправился на вечный покой, но у гуарнага была ранена вторая левая лапа, правда только в одном случае. В остальных же просто мелкие царапины, после чего Альрин решил отдохнуть и попросту уснул.

– Альрин, - позвал его отец.
– Хватит глазеть на Примулу. Тебе необходимо запомнить несколько сложных структур. Необходимо развивать собственную память и мышление.

– Но зачем?
– спросил Альрин, переведя взгляд на тёмный шлем отца.
– Ты же научишь меня контролю памяти, и я смогу вспомнить всё что угодно за свою жизнь, так что я потом послушаю тебя, когда буду вспоминать наши тренировки.

– Это будет потом, а пока тебе придётся напрячь свой мозг и приложить много усилий, - сказал Орион.
– Если же ты не будешь тренироваться сейчас, то позже, когда будешь вспоминать наши занятия, тебе придётся потратить гораздо больше времени, чтобы стать отличным чародеем.

– Но у меня ещё куча свободного времени. Зачем мне торопиться, ведь маги живут очень и очень долго?
– спросил Альрин и добавил.
– Ведь тебе больше десяти тысяч лет и ты наверняка не всё время тренировался.

– Может быть, у тебя и много будет времени, - спокойно ответил могущественный чародей.
– Но всё это время ты будешь сожалеть, что не послушал меня.

– Это ещё почему?

– Да, мне много лет, но всю свою молодость я непрерывно тренировался, чтобы достичь могущества. Мне пришлось пожертвовать очень многим для его достижения, ты же сейчас жертвуешь только излишками свободного времени и больше ни чем. В будущем жертва может оказаться куда больше чем свободное время, - ответил Орион.
– Представь такую ситуацию. Ты не тренировался и вдоволь прожил лет, скажем двадцать. В Кельросу пришел могущественный чародей, который тратит свою силу лишь для удовлетворения своих прихотей и желаний и ему плевать на всех. Он не щадит никого и убивает многих близких тебе людей на твоих глазах, но ты ничего не можешь с ним поделать ведь ты откладывал всё на потом, не слушал меня и у тебя попросту не будет таких сил и знаний, чтобы его победить. Как ты поступишь в этой ситуации?