– Знакомые?
– лаконично спрашивает он.

– Представляешь, да! Мы с этим господином посещаем один и тот же загородный клуб. У него собственное издательство. Высокая полиграфия, знаешь ли, атласы, путеводители, альбомы искусств и тому подобное.

– Здорово. Кстати, твой художник уже в Греции. Через пару часов приземлится на Санторини. Иосиф его встретит.

Оркестр оканчивает очередную композицию, и сквозь редкие хлопки прорывается голос ведущей. "Добрый вечер. Рады вас приветствовать... бла-бла-бла". Я в пол уха слушаю, а сама бегло просматриваю буклет. Фотографии журавлей, в большинстве своем удачные. Под каждой латинское название, места обитания и зимовки, численность. Последняя страница довольно скомкано повествует о том, что сделал некий благотворительный фонд для сохранения и преумножения популяции этих птиц, и что ещё планирует предпринять, будь у него много денег.

Оказалось я не совсем права. Журавль гнездится в одной единственной северо-восточной провинции Китая, правда два вида даурский и черный, но зато оба русские. Ещё на северо-востоке иногда встречается журавль красавка. При чём, гнездиться всё больше в Казахстане, Афганистане, Турции и России до Черного моря. Так почему же Китай, уважаемые?

На больших экранах справа и слева от ведущей появляется дама в массивном головном уборе, украшенном страусовыми перьями. Вот как? А я муфточку оставила. Кажется, это и есть хозяйка вечера. Не успеваю я свериться с планшетом, как её приглашают на сцену, подтверждая мое подозрение. Госпожа Лидиа Поликовски. Она раскланивается, почти слово в слово повторяет приветствие ведущей. Затем поочередно передает слово ещё нескольким выступающим. Среди них я угадываю членов городского собрания. Два господина, Теодор Леонидас и Жорж Маре, представители собственно благотворительного фонда, буквально наперебой восхваляют старания Лидии. Затем маленький косноязычный господинчик читает с листа, к счастью, не слишком длинную речь. Время от времени он отрывается от своей шпаргалки и умильно смотрит в зал, в ответ раздаются аплодисменты не особо исполненные энтузиазмом. Затем известный адвокат Филипп Адаму, тоже член городского собрания, и судя по его бойкой речи, должно быть довольно влиятельный. Этот, вероятно, способен переспорить кого угодно. Затем выступает элегантная леди в белоснежном брючном костюме, украшенном атласными лампасами. Она производит на меня впечатление уже тем, что речь её посвящена действительно прекрасным птицам, а не гипертрофированному превознесению достоинств хозяйки вечера, чем изобиловали речи предыдущих ораторов. И образ, выбранный ею для этого вечера, перекликается в моем воображении с образом журавля. Она лаконично, но, тем не менее, очень живописно описывает повадки журавлей, их брачные игры, и то, каким скучным станет наш мир без них. У меня дух захватывает. Она даже уделила несколько слов тому, какое место занимает журавль в фольклоре. Беру на заметку, Диана Коста, полагаю с тобой мы найдем общий язык, детка.

Каким бы незаметным не казалось движение помоста, прогресс рано или поздно становится очевидным. Выступающих теперь можно наблюдать только на мониторах, коих я насчитала - шесть.

У нашего столика возникает Диодоро. На нём яркая, вышитая драконами пижама, обслуги. Подмигнув, он почтительно протягивает винную карту.

– Хочешь сама выбрать или доверишься?
– ты ещё спрашиваешь, паршивец.

– Смотря насколько велик выбор.

– Невелик. Конечно, если ты не предпочтешь коктейльчик.

– Не предпочту. Классическое игристое вино, пожалуйста. Сухое и лёгкое. Что посоветуешь?

– Есть Шампанское и Франчакорта. Но я бы посоветовал Каву.

– Отлично, неси Каву.

Дидо исчезает со сноровкой опытного официанта. А мое внимание привлекает то, что происходит на сцене. И очень вовремя. Ведущая заканчивает зачитывать правила проведения благотворительного аукциона, а наш столик оказывается в фокусе камеры. Отличный шанс представиться местной общественности. Я вскидываю над головой руку.

– О!
– ведущая, кажется, немного растерянной, похоже, она не ожидала такого скорого отклика, - У нас, кажется, есть первое предложение! Поднимитесь, пожалуйста, к нам на сцену.

Оркестр заводит очередную нелепую мелодию, а я, не торопясь, и даже не пытаясь попасть в такт, лавирую между столиками, выбирая наиболее освещенные участки помоста. Краем глаза замечаю свое изображение на мониторах. Великолепно. Оператор предпочел меня уже намозолившей глаза ведущей. Кто бы сомневался, а мне всё равно приятно. Люблю быть в центре внимания, чёрт возьми.

Вращение едва ощутимо, и даже продуман неподвижный островок дающий возможность без затруднений перейти с уровня на уровень, однако я всё-таки застываю, как бы в нерешительности. Из-за ближайшего столика резво выскакивает довольно грузный господин и помогает мне преодолеть препятствие. Я знаю, кто он, очаровательно улыбаюсь и благодарно киваю. Мне пригодится повод заговорить с этим человеком.

Наконец я оказываюсь рядом с ведущей, и она принимает инициативу самым избитым вопросом, который только можно было придумать.

– Представьтесь, пожалуйста.

– Добрый вечер, господа.
– обращаюсь я к каждому из присутствующих, глядя прямо в камеру. Затем нахожу за одним из столиков белоснежный смокинг Дианы и добавляю, словно бы, лично ей, - Меня зовут Мария.

Вот так я одним ударом обрубаю зачатки надежды у каждого из мужчин и ревности (или зависти) у большинства женщин. Мне же нужно понравиться всем. Что касается Дианы, её реакция, я почему-то уверена, не разочарует.

– Вы хотите что-то предложить на аукцион?
– взывает ведущая к моему вниманию. Я впервые за вечер, действительно проявляю интерес к её персоне. Натуральная блондинка, слегка за 30. Оранжевое платье не первой свежести щедро усыпано стразами, которые в свете софитов скрадывают изрядную потрепанность наряда. Вульгарный сценический макияж, гладкая прическа, подтверждающая, что цвет волос натуральный, но выставляющая напоказ неудачно оттопыренные уши.

– Вот эту вещичку, - я протягиваю трость.
– Правда, я затрудняюсь назвать её цену. Может, кто-нибудь поможет нам сориентироваться?

– Конечно! Мы пригласили специалистов, сейчас они поднимутся на сцену и всё уладят, - она уверенно улыбается, но в глазах я вновь вижу растерянность. В сценарии нет ничего, что помогло бы заполнить предстоящую паузу, а фантазии не хватает.

Камера демонстрирует мой лот, над которым склонился пожилой господин с линзой в элегантной золотой оправе, которая сама по себе является произведением искусства. Блондинка отходит от меня и принимается что-то бормотать ему на ухо. Нашла выход из затруднения. Дезертировала. Я же окинув взглядом столики, замечаю заинтересовавшихся вещичкой дам, и готовых раскошелиться мужчин. Можно считать, что мне удался мой спонтанный гешефт.