Когда Алмош вернулся в палату, Джулиан успел задремать.

– Отложили твою дачу показаний, - проговорил сыщик. Маг вздрогнул и открыл глаза.

– Отложили?

– Да, до твоей выписки. И это...
– Джулиан с удивлением отметил, что Алмош словно стеснялся ещё что-то сказать.

– Что?

– Ничего, - пробурчал сыщик и ушёл. Он вернулся примерно через час, молча зашёл в палату, бросил на прикроватную тумбочку сборник кроссвордов с ручкой и также молча удалился.

Должно быть, так действовало лекарство, но ночь Джулиан провёл без кошмаров. Утром он почувствовал себя выспавшимся и бодрым, однако ещё до завтрака Мага потащили на обследование, и после всех анализов и тестов он почувствовал себя совершенно разбитым. После того как ему наконец-то дали поесть, Джулиан лёг на кровать и принялся разгадывать кроссворды. Это занятие здорово отвлекало.

К обеду в палату зашёл посетитель. Им оказался Джеймс Уилкинс, тот самый милый доктор, который всучил Алмошу флакончик с нюхательной солью, дабы тот мог помочь Джулиану придти в чувства. В руках доктора был неизменный чемоданчик.

– Добрый день, - улыбнулся Уилкинс.
– К вам можно?

– Добрый, - ответил Маг и кивнул.

Джеймс огляделся в поисках стула, нашёл его у стены, поставил рядом с кроватью и сел.

– Я вот только узнал, что вы тут. Решил навестить. Вы же не возражаете?

– Не возражаю.

– Вот, - Джеймс полез в чемоданчик и достал оттуда бананы.
– Это вам. Надеюсь, вы любите бананы?

– Люблю, спасибо, - улыбнулся Джулиан.

– Вы ешьте их почаще. Они вам очень полезны. Там витамин В6. Его вам очень нужно.

– Хорошо, но, может, на ты? Не люблю обращение на вы, оно слишком холодное и официальное.

– Хорошо. Тогда ты меня поправляй, когда я буду снова переходить на вы. Мне на вы привычнее как-то.

– Договорились, буду поправлять.

– Я тут поговорил с вашим, то есть твоим лечащим врачом.

– И как? Он ещё не решил отправить меня в клинику для душевнобольных?

– Что вы! То есть... ты. Нет, конечно.

– Но я, может, предпочёл бы клинику. Особенно если за счёт государства.

– Постой... тебе жить негде?

– Ещё неделю назад я жил в камере.

– А до этого? Ой, прости, я понял. Ты понимаешь, у меня ведь тоже проблемы с жильём были. Мне не на что было снимать квартиру и я жил в общежитии при медицинском.

– Ты поэтому ночевал в морге?

– Да. Ты не подумай, у меня раньше была квартира, но... по семейным обстоятельствам её больше нет.

– И как же ты теперь?

– Теперь я переехал к господину Бретту. Ну, то есть не к нему. Мы вместе снимаем квартиру. Так дешевле выходит. У каждого своя комната, очень удобно. Тебе тоже надо с кем-то. Соседа надо найти.

– Сначала работу надо найти, - хмыкнул Джулиан.

– Какое у тебя образование?

– Никакого.

– Как так?
– удивился Уилкинс.

– Я учился в приютской школе, потом сбежал, жил с приёмным отцом, а затем он продал меня Графу. Граф сам завершил моё обучение. Какое-то время я занимался с гувернёром. Но профессию я не получил. Моя профессия - вор. В этом я мастер. Но заниматься этим дальше я не смогу. Меня же не просто так отпустили.

– Что за ужасы ты говоришь? Продал... приёмный отец... Послушай, не может быть такого, чтобы ты ничего не умел. Найдётся работа. Я сам помогу поискать.

– Спасибо. Но зачем тебе это?

Уилкинс не успел ответить, потому что к Джулиану пришёл ещё один посетитель. Алмош стоял у входа с пакетом винограда.

– Добрый день, - поздоровался Уилкинс, вставая.

– Здрасьте, - ответил Алмош.

– Вы тоже навестить пришли?

– Нет, я просто люблю в обед зайти в клинику, пошастать по палатам.

Сыщик подошёл к кровати, положил на тумбочку виноград и развернулся к выходу.

– Это, доктор, у нас в сыске переезд, ты в курсе?
– заговорил он уже у двери.

– Господин Бретт что-то упоминал.

– Короче, тебе надо не в старый его кабинет приходить. У нас теперь будет один большой для всего убойного отдела. То есть у Ворона всё равно будет отдельный, но через нас надо будет проходить.

– А вас много в отделе?
– поинтересовался Джеймс.

– Со мной четверо.

– И у каждого свой стол?

– Да, а что?

– Я всегда хотел иметь свой стол.

– У тебя нет?

– Нет, у нас общая лаборатория в морге, а в сыске мне пока не выделили место. Забыли, наверное.