Потоптавшись немного, Ксения вспомнила и зажгла на ладони магический огонёк. Заглянула за угол дома и оторопела: мальчик стоял на коленях перед каким-то страшным, как с перепугу показалось, зверем и обнимал его.

– Это Буран!
– гордо сказал Тилл.
– Его тётка к нам жить не пускала - и он жил в саду. Мы его возьмём с собой!

Он не спрашивал, а Ксения только плечами пожала, усмехаясь: с этой проблемой теперь не ей разбираться. Дойдёт пёс до крепости - и хорошо, а там уж посмотрим. Ну и зверюга!.. Не меньше тех, которых она исцеляла для князя в бывшем капище. Только там, как выяснилось, были оборотни. А здесь - настоящий пёс.

В доме мальчик сразу провёл Ксению за домотканое полотно-занавеску. Там прятались два топчана, на которых спали дети, и высокий и вместительный ларь для их одежды, обуви и игрушек. Тилл оказался хозяйственным мальчиком. Он сразу нашёл какой-то мешок и принялся складывать в него всё то, что считал нужным. Ксения посмотрела-посмотрела, что он складывает, и поняла, что лишнего мальчик не положит.

Она спросила у него, нет ли на примете ещё одного мешка, и, получив его, отправилась по дому. Забрала всю обувь - пару башмаков и полусапожки, а также нашла плащ с капюшоном для Адри. В том месте, где предполагалась кухня, нашла чёрствые лепёшки и пару караваев. Поколебавшись, забрала с собой небольшой мешок с зерном. Тяжеловато для долгого пути, но ведь еда никогда не бывает лишней. А из зерна хоть кашу сварить - в пути пригодится. И ещё забрала с собой два хороших ножа с длинными клинками. Это лично для себя. Привыкла с кинжалами Адри, а теперь чувствует себя не очень уверенно без них.

Вернувшись к Тиллу, с удивлением обнаружила, что мальчик навьючил свой мешок на пса. Он словно переломил поклажу пополам, устроил её на хребтине Бурана и теперь обвязывал снизу концы, чтобы мешок не упал.

– Отец был охотником, - объяснил мальчик, пыхтя, - Буран с охоты всю добычу на себе тащил. А отец меня учил, как на собаку накладывать вещи.

Тилл навьючил поклажу довольно-таки ловко, что Ксения честно признала вслух. Мальчик гордо улыбнулся и прикрикнул на Бурана идти вперёд.

Пока шли по дороге, Ксения снова расспрашивала мальчика.

– А как вы раньше-то? Ну, от демонов-оборотней защищались?

– А у нас в деревне княжеский отряд стоял, - сказал Тилл.
– Он нас защищал. А потом капитан получил от князя приказ вернуться. Капитан сказал мужикам, чтобы они ушли вместе с отрядом. А мужики сказали, что сумеют оборониться от демонов-оборотней - те ведь ходят небольшими группами. И мы остались. Сначала отбивались хорошо. А потом, сказали, появился среди них маг-оборотень. Он быстро опутал наших заклинаниями, и нас всех чуть не убили.

Тилл замолчал, вздохнув и, кажется, не заметив собственного вздоха.

А Ксения с новым испугом размышляла о том, что она выполнила своё предназначение, - и теперь её в любой момент могут отправить в свой мир, домой. Но как же отсюда исчезать и жить дальше, если она не будет знать, как дойдут до крепости женщины и дети? Как исчезать, не зная, что потом будет с Адри в новом теле? А Корвус?

Впрочем, Корвус был забыт, едва только Ксения увидела Адри. Она училась ходить, в то время как маленькая Одила сползла с бревна и спала, приткнувшись к нему.

Когда Тилл с собакой подошёл к Одиле, Ксения поставила мешок на землю и приблизилась к новой подруге. Та стояла, отвернувшись, и почему-то вздрагивала. Удивлённая Ксения обошла её и замерла: та навзрыд плакала.

– Что случилось?
– взяв её за плечи, тихо спросила Ксения.

– Я не хочу! Не хочу быть рабыней!

– И не будешь, - негромко, чуть не с угрозой пообещала Ксения.

10.

Ксения оглядела свою "команду". Выходили в ночь, но никто не просил подождать до рассвета. Женщины нагрузились вещами, которые затем, по распоряжению жены старосты, а по совместительству и командирши по хозяйственным делам, положили на телегу. Её, как и вторую, собирались катить по дороге, пока есть возможность. Только вторую заняли дети - те, кто слишком мал, чтобы одолеть дальний путь. Всего детей, спящих и сонно бредущих рядом с телегами, оказалось около двадцати, как и женщин. Идея с телегами выглядела неплохо, если учесть, что среди взрослых - две девушки лет шестнадцати-семнадцати и три старухи. Огромные, как и Буран, деревенские псы, уцелевшие после недавней бойни и приведённые женщинами, тоже трусили по сторонам от обоза, насторожённо глядя по сторонам. Ксения выяснила, что женщины в деревне на охоту ходят наравне с мужьями, и псы привыкли часто уходить в лес. Оттого несколько и выжили.

Кстати, к Адри, если приходилось, женщины, да и дети так и обращались, называя её старым именем - Семелой. Поразмыслив немного, Ксения согласилась с этим и предупредила Адри, чтобы она никого не поправляла. Если они столкнутся с недавними спутниками, те вряд ли упустят тот момент, что незнакомую девушку, с которой вдруг так быстро подружилась Ксения, зовут именно Адри. Мало ли - совпадение... Тем более, впереди встреча с князем. А уж тот точно насторожится. И вдруг у него есть возможность проверить обруч, к которому обычно был привязан призрак Адри? Да и старого Шилоха со счетов рано сбрасывать. Может, княжеский маг, чьё внимание станет слишком пристальным, сумеет разглядеть в теле крестьянской девушки душу знаменитой ведьмы?

... Кроме всего прочего, крестьянки взяли с собой оружие: кто - вилы, кто - топоры (почти каждая), по краю телег положили скалки и какие-то шесты - Ксения предполагала, что это заготовки для грабель, например. Две шли с луками в руках.

Ещё она подозревала, судя по тому времени, которое крестьянки потратили, собираясь в дорогу, что каждая успела припрятать на будущее в какую-нибудь ухоронку самую необходимую в хозяйстве утварь, которую не удалось забрать с собой. Спрятали, ведь есть какая-никакая надежда на возвращение. За слишком долгую из-за этих припрятываний паузу Ксения женщин не осуждала: сама бы так сделала.