После этого, усадив Адри на горелое бревно, Ксения спустилась с одной женщиной покрепче, и они вместе вытащили из погреба, передавая оставшимся наверху тела задохнувшихся в дыму. Оказалось, эти трое - всё, что осталось от целой семьи. Их завернули в какие-то рогожи, отнесли в ближайший огород и попросили Ксению поджечь их, совершив таким образом похоронный обряд над погибшими. Она и выполнила, замечая всё ясней, что женщины истово прислушиваются к каждому её слову.

– А что теперь нам делать?
– робко спросила одна, когда вернулись во двор дома с погребом.
– Наших мужчин увели. Если останемся здесь - последыши вернутся и всё равно сожгут нас.

– К князю Гавилану пойти согласны?
– твёрдо спросила Ксения, на которой повисла Адри, всё ещё с трудом стоявшая на ногах. Теперь, после этого вопроса, Ксения знала, что взяла на себя тяготы командования спасёнными, а значит, они должны чувствовать в ней уверенность.

Женщины обрадованно закивали снова.

– Тогда быстро сходите по домам, возьмите всё, что сможете, чтобы дойти до крепости. Мы ждём вас здесь.

Когда рядом остались лишь двое детишек - темноволосые девочка и мальчик, Ксения, поглядывая на Адри, всё ещё сидевшую на обгорелом бревне, спросила у них:

– А где ваши родители?

– Их нету, - простодушно сказала девочка лет восьми.
– Они давно ушли.

Мальчик был немного старше, он скосился в сторону и угрюмо молчал.

– Ладно, - хмуро сказала Ксения.
– Как тебя зовут, маленькая?

– Одила.

– А я Тилл, - всё так же угрюмо сказал мальчик.

– Я Ксения. Это Адри.

– Это не Адри, а Семела, - сердито сказала Одила.

– Была Семела - теперь Адри, - вмешалась та.
– Взрослые часто меняют имена.

– Тянем время, - заметила Ксения.
– Одила, ты остаёшься с тётей Адри...

– Она нам не тётя!
– категорически сказал Тилл.

– А Тилл, - не обращая внимания на его протест, продолжила Ксения, - покажет мне свой дом, чтобы мы могли собрать для вас вещи в дорогу. Вы ведь тоже хотите в княжескую крепость? Там настоящий город! Или хотите остаться здесь, в деревне?

Дети сначала переглянулись, потом осмотрелись, а потом отрицательно повертели головами, всё ниже втягивая головы в плечи. А потом Тилл подошёл к Ксении, решительно взял её за руку и обернулся к сестрёнке.

– Сиди здесь, Одила, и жди меня.

Девочка пожала плечами и уселась на то же бревно, где уже сидела Адри. А потом и вовсе прислонилась к ней. Ксения с еле удерживаемой улыбкой смотрела, как Адри нерешительно подняла руку и обняла Одилу за плечи. Перед тем как уйти, Ксения расстегнула свой пояс с двумя кинжалами и отдала Адри, оставив двух "дам" разглядывать и обсуждать красоту и достоинства оружия и самого пояса.

Поход в дом детей она задумала по двум причинам. Естественно, что детей оставлять в деревне нельзя. Родители же наверняка погибли. Значит, надо будет забрать их самые необходимые вещи. А заодно в "прогулке" по деревне Ксения намеревалась осмотреться и понять, куда делись недавние спутники. Она наотрез отказывалась думать о том, что они все погибли. Правда, когда она думала о них, почему-то перед глазами вставал только Корвус. Она убеждала себя: он потому появляется первым (и единственным - понимала она в душе), что он уж точно главный в их малочисленной группе. Но, как ни старалась, других спутников она вызвать в воображении не могла. Иногда даже проскакивала испуганная мысль: а не погибли ли они все, кроме Корвуса, раз только его она видит, думая о них?

Но пара шагов со двора с большим погребом - и Ксении пришлось забыть о своей страшной мысли. Мальчишка уверенно повёл её по центральной деревенской улице, поглядывая на страшное низкое небо, с которого сюда долетали лишь редкие дождевые капли. При виде обгоревших, но не спалённых домов у Ксени потеплело на сердце. Заклинание "от голодного огня" сработало!.. То из одного дома выбегала женщина, то из другого. Тревожно окликая друг друга, убеждаясь, что они всё ещё живы, соседки снова забегали в дома, собираясь в долгую и, возможно, последнюю дорогу из родной деревни.

– А эта Адри - она хорошая?
– осведомился Тилл, не оборачиваясь.

– Думаю, да. Разве ты не знал её, когда она была Семелой?

– Нет. Знал только, что она Семела. А она не дерётся? Мы у тётки жили, она постоянно Одилу лупила.

– А тебя?
– озадаченно спросила Ксения.

– А я один раз ей как дал! Она больше и не лезла с кулаками, - серьёзно ответил мальчик.
– А Одила - рёва. Дала бы тётке разок - та бы с ней тоже больше не дралась.

– То есть мы сейчас в дом тётки идём?
– пожелала удостовериться Ксения.

– В её. Мы там уж долго живём, как родители померли.

На всей просторной улице Ксения так и не сумела разглядеть хоть кого-то из своих. Но в душе поклялась, что, вернувшись к Адри, она придумает поисковое заклинание для спутников, и те обязательно найдутся.

Дом тётки, о судьбе которой Ксения побоялась спрашивать у Тилла, оказался не очень большим, в сравнении с соседними, но в общем и целом выглядел, как все остальные в деревне: до окон выстроен из камня, а потом - из дерева. Заходить в дом надо было со двора. Только мальчик свернул за угол дома, как оттуда послышалось низкое рычание. Ксения чуть не сбежала, а мальчик внезапно вырвал ладошку из её руки и пропал в тенях, которые давали во дворе высокие деревья.