Прыжок мне удался на славу, я даже сумела дотянуться передними лапами до барсучьей морды, но когда я попыталась в нее вцепиться, мои когти беспомощно скользнули по гладкой черной шерсти. Падая, я в панике скосила глаза на свои лапы и поняла, что они так забиты шерстью Бурого, что ими просто невозможно зацепиться!

Я тяжело рухнула на землю и стала лихорадочно выдирать зубами шерсть из когтей. При этом еще ухитрялась кататься туда-сюда между лапами барсука, уворачиваясь от его зубов.

Когда острая полосатая морда наклонилась ко мне снова, я подскочила, на этот раз сумев располосовать когтями мягкую кожу вокруг барсучьего уха. Упершись задними лапами в плечо барсука, я поглубже вонзила в него когти и повисла.

Белохвост, стоявший с другой стороны от врага, в изумлении вытаращил глаза.

–  Беги!
– завизжала я.
– Помоги Яролике! Уведите Ромашкиных котят!

Отец стремительно развернулся и скрылся в толпе дерущихся.

Барсуки, как огромные черно-белые острова, возвышались среди бушующего озера полосатых кошачьих шкур. А мой противник метался из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть меня с себя. Я вытащила когти из его уха. В глаза брызнула струя крови, и я, зажмурившись, спрыгнула на землю.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой живой и полной сил! Восторг сражения распирал меня, мне хотелось визжать и махать лапами направо и налево. Я увидела, как в дальнем конце поляны показалась вереница котов. Белка вела Ромашку по узкой тропинке вверх, на скалы. Яролика, Белохвост и Ежевика шли следом, неся в зубах Ромашкиных котят.

«Великое Звездное племя, сбереги их!» - горячо взмолилась я.

–  Белолапка!
– раздался громкий вой из-под скалы.

Резко повернувшись, я увидела своего товарища, оруженосца Березовика, который прижимался спиной к камню, пятясь от наступавшего барсука. Огромный зверь двигался не спеша, он прекрасно знал, что загнал жертву в ловушку.

–  Наверх, Березовик!
– что было силы завизжала я.

Он повернул голову ко мне, его огромные, потемневшие от ужаса глаза на миг встретились с моими. Я испугалась. Мне показалось, что Березовик оцепенел от страха, но миг спустя он все-таки очнулся, повернулся спиной к барсуку и бешено заскреб передними лапами по скале.

–  Выше!
– завопила я, заметив небольшое углубление в мышином хвосте от его головы.

Березовик оттолкнулся задними лапами и впился когтями в трещину в скале. Подтянувшись, он задергал задними лапами и повис.

–  Да что ты висишь, как шишка!
– я даже поперхнулась от негодования.
– Лезь! Давай, повыше!

К счастью, Березовик каким-то чудом нашарил задними лапами выступ, уперся и с невиданной прытью стал подниматься вверх. Я уже приготовилась перевести дух, но тут передняя лапа Березовика неудачно подвернулась, когти соскользнули с трещины, и мой несчастный товарищ по палатке кубарем, как оторвавшийся камень, покатился вниз, прямо под лапы поджидающего его барсука!

–  Березовик!
– что было мочи завопила я, зажмурившись от ужаса.

Я ждала звука удара и хруста ломающихся костей, но мгновения шли, а со стороны скалы не доносилось ни звука.

Потом раздался неистовый рев барсука - но это был не торжествующий вопль победителя, а крик ярости!

Открыв глаза, я увидела, что барсук наклонился над трещиной в скале. Оказывается, Березовик каким-то чудом втиснулся в узкую расщелину и затих там, в немом ужасе глядя на своего врага. Он был в безопасности - до тех пор, пока барсук не оторвет кусок скалы и не доберется до своей добычи.

В три прыжка я подскочила к барсуку и присела возле его задних лап. «Прыжок с захватом»! Похоже, в тот момент это была единственная возможность причинить серьезный вред врагу. Признаюсь честно, как же мне было страшно! Но прыгать нужно было немедленно, пока противник меня не заметил.

–  Помогите!
– тоненько заверещал Березовик из своего хлипкого убежища.

Я изо всех сил оттолкнулась задними лапами и прыгнула на спину барсука. Быстро разворошив лапами его толстую шерсть, я впилась когтями в барсучью шкуру и повисла, приготовившись к тому, что враг попытается меня стряхнуть.

Барсук с ревом поднялся на задние лапы, повернул голову и едва не достал меня зубами. Я увернулась, но этого было мало. Мне нужно было не просто удержаться на барсучьей спине, а постараться причинить ему как можно больший вред, чтобы заставить забыть о Березовике. Поэтому я еще глубже впилась когтями задних лап в шерсть барсука, высвободила переднюю лапу и прошлась когтями по длинной барсучьей морде.

К сожалению, я не очень хорошо рассчитала замах, поэтому моя задняя лапа соскользнула, и я едва не свалилась на землю. Вцепившись покрепче, я попробовала еще раз, и на этот раз едва не завизжала от радости, прочертив длинную кровавую царапину от глаза до пасти барсука.