Марина оборачивается и, столкнувшись взглядом с Инной Валерьевной -- моложавой преподавательницей экономики, которой, на самом деле, уже глубоко за тридцать, -- натянуто улыбается.

– - Я решила немного подготовиться... к следующему семинару.

– - Да?
– - Инна Валерьевна заинтересованно шагает вперёд.
– - А что за предмет?

– - Бухгалтерский учёт в особо отвратительных проявлениях, -- раздаётся из-за её спины, и Марина в изумлении смотрит на появившегося в дверях лаборантской Андрея.

Инна Валерьевна оборачивается, а затем на её губах появляется такая застенчивая улыбка, что Марина не верит своим глазам. Нет, она знает, что среди преподавательского состава её брат считается кем-то вроде секс-символа, но видеть, как достаточно строгий педагог тает от одного только его вида, слишком дико даже для неё.

– - Андрей Павлович, и вы тут, -- кинув на него заинтересованный взгляд, говорит Инна Валерьевна.

– - Само собой, -- кивает Андрей.
– - Моя же мелкая, так что нужно следить, чтобы она выполняла домашние задания.

Инна Валерьевна, прикрыв рот ладонью, смеётся, и Марина медленно впадает в ступор. Для полного счастья ей, разумеется, не хватает только стать свидетелем того, как Андрея пытается склеить дама, которая возбуждается только от аббревиатур ВВП и НДС.

– - Да вы образцовый брат, как я посмотрю, -- игриво произносит Инна Валерьевна.

Андрей самодовольно фыркает, игнорируя её попытки привлечь к себе внимание, и поворачивается к застывшей Марине.

– - Вот видишь, мелкая, -- заявляет он, -- я у тебя реально крутой! А ты нос воротишь.

Марина стискивает челюсти. Ей до дрожи под рёбрами хочется оказаться сейчас где угодно, только не здесь, не между этими двумя, поэтому она торопливо сгребает бумаги с распечатками, кое-как запихивает их в сумку и вскакивает с места.

– - Я лучше дома подготовлюсь, а то тут, -- она кидает мимолётный взгляд в сторону Инны Валерьевны, -- шумно.

– - Да брось!
– - разочарованно тянет Андрей, перехватив удирающую Марину за руку.
– - Тут лучшее место. Не при папе же тебе такие... материалы учить. Он в жизни не простит, если поймёт, что тебе вместе с его генами не передалось автоматическое знание всех постулатов микро и макроэкономики.

– - Не говори ерунды!
– - Марина пытается вывернуться из его пальцев, но они только крепче смыкаются, мешая шевелиться.
– - Пусти уже, больно!

– - Андрей Павлович, -- пытается вклиниться Инна Валерьевна, но тот отмахивается от неё.

– - Не вмешивайтесь, пожалуйста, это касается только меня и моей сестры, -- говорит он таким тоном, что та невольно отступает.

На секунду в аудитории виснет непроницаемая тишина, а затем Инна Валерьевна, стушевавшись, извиняется и практически вылетает из аудитории.

Марина кидает на Андрея осуждающий взгляд.

– - Ну вот что она тебе сделала?

– - Она полезла не в то время не в ту ситуацию, -- чеканит тот, отпустив её, наконец.
– - Зато теперь тебе никуда не надо срываться. Сиди и читай.

Марина вздыхает.

– - Ты хоть понимаешь, что нравишься ей?

Андрей долгим взглядом смотрит на неё, а затем криво ухмыляется.

– - Мне её интерес до лампочки.

– - Это потому, что она старше тебя на шесть лет?
– - сдаётся Марина. Усевшись на прежнее место, она снова лезет в сумку за уже изрядно помявшимися листами.

Андрей, наблюдая за ней, некоторое время молчит, но потом всё-таки произносит:

– - Нет, это потому, что у меня уже есть человек, чьё внимание мне дорого. Остальных я в расчёт не принимаю.

Подняв голову, Марина смотрит на Андрея, однако тот больше не говорит ни слова. Присев за парту в другом конце аудитории, он распечатывает папку и, достав оттуда какие-то бумаги, углубляется в их изучение.

Кожа Марины против её воли покрывается мурашками. Выходит, у Андрея всё-таки есть девушка, которая ему небезразлична? От этой мысли становится одновременно и хорошо, и плохо, и Марина поводит плечами, сбрасывая озноб. Ей не хочется думать о том, что у её брата на уме, но иногда она его совсем не понимает. Настолько, что начинает сомневаться, что они родственники.

Глава 4

Спустя час Марина откидывается на спину стула и опустошённо выдыхает. Игра в шпионов утомляет её, но вместе с усталостью приходит что-то похожее на разочарование, потому что личное дело Димы простое и ничем не примечательное. С одной стороны это, конечно, замечательно, ведь у Марины теперь есть повод укоризненно обрывать Сашку с её песнями про его излишнюю безупречность, но с другой... Марине всё равно кажется, что она что-то упускает из виду.