Его белый костюм совершенно не подходил к этому месту, однако старым привычкам мужчина изменять не собирался даже в больном состоянии.

– И старый ангел мне нравился больше. Своенравный, но более предсказуемый. А этого безумца... нет, я его не боюсь. Боюсь лишь того, что он может со мной сделать. Его могущество безгранично. Ему ничего не стоит устроить казни египетские каждому из всех нас. А его мотивы... теперь мне совершенно непонятны. Но то, что он хочет открыть дверь внизу - без сомнения.

– Вы дошли до двери?
– глаза Хэммета загорелись.

– Именно так, - хмыкнул эльф, словно ставя это себе в заслугу.
– Когда он узнал, что я отдал один ключ вам... в общем, сразу твердо связал меня с собой. А я слишком эгоистичен, чтобы покончить жизнь самоубийством. Но еще мне было интересно, что там внизу. Правда, сомневаюсь, что то, что за дверью, принесет какую-нибудь пользу миру...

Гилен оглянулся назад.

– Полагаю, вы принесли ключи...
– дрожащая рука указала назад, в сторону прохода, - дверь там. Торопитесь, он может вернуться в любой момент.

Хэммет не стал ждать и направился вперед. Остальные последовали примеру, кроме Салима. Профессор не стал окликать его, прекрасно понимая мотивы.

– Салим...
– усмехнулся эльф, поднимая взгляд на орка.
– Что ты хочешь от меня? Думаешь, я страдаю недостаточно?

– Н... нет, - наемник медленно поднял автомат.

Позади послышались шаги. Но это оказался всего лишь мастер Нердарион.

– Нас больше не побеспокоят какое-то время.

Взгляд мага скользнул к эльфу и воспылал ненавистью.

– Пришел мстить за учеников?
– догадался эльф.
– Так вот, я ни одного из них не убил. Эльфийку убил ангел, не знаю зачем. Демона, убившего парня, тоже вызвал он. А китаец пропал. С меня спрос невелик...

– Тогда спрошу я, - передернул затвор Салим.
– Я убью тебя за преступления против моего народа.

– Это уже более весомое обвинение, - закашлялся Гилен, с трудом выговорив слова.

– Я разберусь с ним, Салим. Прошу тебя, оставь нас одних. Только я смогу сделать его последние часы наиболее мучительными, - с мольбой посмотрел на наемника адепт земли.
– А ты нужен остальным.

Поколебавшись, орк все же согласился и быстрым шагом направился за путешественниками.

Как бы ему не хотелось отомстить Гилену, смерть ангела станет главной радостью в этой поганой жизни.

Вокруг эльфа начала концентрироваться земля, каменная крошка и даже песок. Все, что было вокруг. Ибо самими стенами управлять даже наставнику не получалось. Словно и не из земли они были вовсе.

Медленно, но верно, дорожки, контролируемые Нердарионом, начали неумолимо окутывать эльфа. Но тот лишь с безразличием смотрел на колдующего мага.

– Значит, земля в поры, камень в легкие, глаза, уши и ноздри? Я думал, будет что-нибудь экстравагантнее, чем обычная казнь магов вашей школы.

Но адепт земли молчал. Он собирался насладиться каждым моментом...

Еще несколько коридоров и небольших залов, откуда шли другие ответвления, заваленные большими глыбами, и путешественники оказались на месте. Салим догнал их на середине пути и не произнес ни слова.

Каждый был предельно сосредоточен.

В то время как остальные внимательно оглядывали пустые помещения на предмет опасности, Хэммет смотрел только вперед, двигаясь точно к цели.

Громкие шаги из-за железного протеза разрывали тишину с каждым новым шагом. Уильям едва сдерживался, чтобы не оставить профессора и послушать тишину вокруг. Вдруг, кто-то решит преследовать их сзади.

Но передумал, увидев искомую дверь. Огромная, в шесть метров шириной и столько же в высоту. Черный металл, совершенно непроницаемый, не отражавший свет лампочек, смотрелся величественно и непоколебимо.

– Это оно?
– выдохнул Виктор.

– Да...
– Хэммет прикрыл глаза, словно хотел убедиться, что это не мираж.

– Что же за этой дверью?
– Катерина пошла вперед, после чего аккуратно прикоснулась к черной поверхности.

Неожиданно теплой, словно оттуда провели отопительную трубу из центра земли.

– Скоро узнаем, - Михаил вытащил пластинки, предлагая взять каждую.

Салим нисколько не колебался, веря, что внутри найдется оружие против ненавистного Ангела. Уильям же взял с неохотой. А Виктор и Катерина с заметной осторожностью.

На уровне человеческого роста, вдоль одной линии стояли специальные устройства.