В течение следующего часа его шеллан сдержала это обещание... но разве она вообще когда-то подводила его? Она оставалась с ним каждый дюйм пути, начиная с того момента, когда его погрузили на носилки и, подпрыгивая на каждой кочке, оттащили в фургон Мэнни; во время жесткой поездки по заросшему кампусу к гладкой дороге шоссе; во время череды стой-проезжай, когда они миновали ворота защищенного тренировочного центра Братства и до последнего прибытия и регистрации в палате клиники.

Поездка вымотала Рейджа - опять-таки, большую часть времени он провел, выблевывая части лессеров и кашляя их черной кровью, отдающей гнилью. И вот что забавно: обычно эти мучения после превращения бесили его, он не мог дождаться, когда это закончится. А сегодня? Сегодня он был охренительно благодарен за то, что жив, и ему было плевать, что он переживал худшую форму кишечного гриппа/отравления/морской болезни.

Ты нахрен умрешь сегодня ночью!

Проклятье, Вишес всегда оказывался прав. Вот только Рейдж каким-то образом одержал верх над предсказанием и вернулся из Забвения. По какой-то причине, каким-то чудом он вернулся - и ему не казалось, что это из-за дара Девы Летописецы. Она уже внесла на его экзистенциальный счет депозит размером с выигрыш в лотерею, когда спасла его Мэри, и между прочим, последние пару лет Матерь Расы была вне зоны доступа, совсем как придурковатый старый родственничек, от которого ты только рад отделаться.

Так его брат ошибся? Краткий ответ - да, учитывая, что в данный момент Рейдж лежал в больничной кровати, а не где-то на облачке в небе.

Но почему?

– Вот, - сказала его Мэри.
– У меня есть то, что тебе нужно.

«Правда во всех смыслах», - подумал Рейдж, поворачивая голову на звук ее голоса. Когда от пузырьков защекотало в носу, он задрожал от облегчения.

Плюх-плюх, шипение, о да, черт подери.

– Спасибо, - пробормотал он, боясь, что если приложить слишком много усилий, его вновь начнет тошнить.

Он выпил все, что было в стакане, и опустился обратно на подушку. А затем по какой-то дурацкой причине едва не прослезился от звука поставленного Мэри стакана и от ощущения ее веса на матрасе.

– Я видел Забвение, - тихо сказал Рейдж.

– Правда?
– Мэри, казалось, вздрогнула, кровать слегка завибрировала в том месте, где она сидела.
– Очень страшно это слышать. Каково оно?

Рейдж нахмурился.

– Белое. Все вокруг белое, хотя нет источника света. Странно.

– Я бы нашла тебя, знаешь, - она глубоко вздохнула.
– Если бы ты не вернулся, я бы... Я не знаю как, но я бы нашла тебя.

Выдох, который он испустил, длился целую вечность.

– Боже, мне нужно было это услышать.

– А ты думал иначе?

– Нет. Ну, не считая того, что все возможно. Ты наверняка думала так же, иначе не пыталась бы так упорно меня спасти.

Несколько мгновений стояла тишина.

– Да, - прошептала Мэри.
– Я действительно хотела тебя спасти.

– И я рад, что это сработало, - правда, он был рад. Честно.
– Я...ээ...

– Ты же знаешь, что я очень сильно тебя люблю, Рейдж.

– Почему это звучит как покаяние?
– он выдавил смешок.
– Просто шучу.

– Я правда ненавижу смерть.

Так, что-то случилось. И дело не только в нем. Мэри казалась такой... поверженной, что не походило на женщину, которая только что вытащила своего непутевого хеллрена с порога смерти.

Буквально.

Рейдж неуклюже поискал ее руки, и когда он взял их в свои ладони, они дрожали.

– Что еще случилось сегодня? И не говори, что ничего. Я чувствую твои эмоции.

Хоть он и не мог ощутить их запах. В его носу и пищеварительном тракте было слишком много лессеров. Хотите поговорить о чертовой ГЭРБ?19

– Это не так важно, как ты, - Мэри наклонилась и поцеловала его в губы.
– Нет ничего важнее тебя.

«Где ты?
– гадал он про себя.
– Моя Мэри... куда ты ушла?»

– Боже, я устал, - произнес он в тишине, воцарившейся между ними.

– Хочешь, чтобы я ушла и дала тебе поспать?

– Нет, - Рейдж сжал ее ладони, чувствуя себя так, точно пытается привязать ее к себе.
– Ни за что.