Зебра ушел вслед за сверкающей глазками начальником Лав. Комацу съехала на пол, под стол и без сил раскинулась на полу.

– Торико-сан, кажется, я никуда с вами не пойду, - жалобно, тихо-тихо произнесла она.
– Не выдержу.

– Комацу, не бойся, он тебя не тронет. Ты же мой напарник, - Торико заглянул под стол и тихо рассмеялся.
– Вылезай.

– Н-не могу… ноги не держат. Я лучше тут полежу… тихонечко.

Лимит собственных сил и самоубийственных наклонностей был исчерпан.

– Зебра-тян, ну почему на тебя не действуют мои феромоны?
– раздался издалека возмущенный крик начальника Лав.

– Э-э-э?
– весьма содержательный ответ.

Зебра вернулся за стол, и они с Торико приступили к обеду. Комацу так и осталась лежать на полу, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

– Мелкая, все, что мы съели, ты приготовила?
– Зебра не удосужился заглянуть под стол. Да и зачем ему, если благодаря слуху он и так знал, где в предынфарктном состоянии отлеживается повар.

– Д-да… как съели?
– Комацу подскочила, ударилась о стол. И вылезла наружу.

Тарелки радовали кристальной чистотой. Все, что она готовила в течение нескольких часов, было сметено в считанные минуту. Аппетит Зебры не уступал аппетиту Торико.

Тем временем, охотник рассказал, куда они собираются. В Пирамиду гурманов, за игристой колой.

– Кола? Что, я по-твоему, сопляк какой-то?

А у самого слюни чуть ли не ручьем.

Комацу смогла разглядеть Зебру более внимательно. Загорелый, покрытый шрамами с ног до головы, часть его рта была разорвана, обнажая зубы в зловещем оскале. Да и сам он казался вырезанным из скалы големом. Скалы? Вот и нашлось стихийное олицетворение Зебры. Камень, неприступный, твердый, который не сметут с пути ни ветер, ни вода, ни прожжет огонь. Его не сдвинуть с места, он упорно будет стоять на своем.

Комацу не сразу заметила, что Зебра тоже несколько минут пристально за ней наблюдает.

– Мелкая, не дерзи мне! Ненавижу дерзких ублюдков, так и хочется разорвать их на части.

– А… эм… ясно. Хорошо, простите за дерзость, наверное, - Комацу нервно улыбнулась.

– Так ты дерзила мне?!
– взревел Зебра.

– Н-нет! Даже не думала.

В помещение вошел Обан.

– Лав-сама, у меня сообщение. Демоны леса появились.

Женщина тяжело вздохнула.

– Ох, сезон монстров начался. Возможно, стоит подождать с освобождением.

Зебра поднялся, хрустнул костяшками пальцев.

– Я не позволю какой-то добыче дерзить мне!

Комацу подбежала к наблюдательному окну. Площадка перед тюрьмой кишела разнообразными монстрами.

– Торико-сан, Зебра-сан вышел наружу. Это для него не опасно?

Охотник хмыкнул.

– Зебра обладает тонким слухом, он может расслышать звон монетки в десятках километров. И умеет манипулировать звуком, что позволяет ему разрушать, что угодно. Как в камере смертников. Среди четырех Королей он обладает самой разрушительной силой.

Зебра тем временем втянул воздух, отчего его мышцы пошли вздувшимися от напряжения венами.

– Главные проблемы - это его аппетит и любовь к дракам…

С оглушительным криком Зебра освободил энергию. Слепящим глаза шаром взмыла она вверх.

– … когда он встречает еду, которая ему по вкусу, или сильно разозлит…

Шар начал светиться, наливаться силой, двигаться. Зебра улыбался свой зловещей гримасой, глядя на него.

– …он не успокоится, пока от них не останется и следа.

В шаре раздались взрывы. Он начал пульсировать.

– … двадцать шесть видов животных исчезли с лица земли. В этом состоит его преступление. На настоящий момент он считается особо опасным существом.

Взрывы усилились, стали еще чаще.

– … из всех зверей снаружи, Зебра - самый опасный.

– Отражайся. Усилься. И обрушься. Звуковая гроза. Громовой рев!

Комацу потрясенно смотрела, как из шара-тучи упали разряды молнии, что пронзили всех присутствующих монстров без исключения. Затем Зебра еще и добил их, оставив лишь дымящиеся тушки.

Девушка повернулась к серьезному напарнику.

– Но, Торико-сан, а как же угроза уничтоженных видов людям?

Охотник покачал головой.

– Зебра - не герой. Не заблуждайся, Комацу.

– Но и не злодей, - убежденно произнесла девушка.

Торико улыбнулся и кивнул. Высунулся в окно.

– Ты стал еще сильнее, Зебра!

Тот присел, потер горло.

– Я растратил все силы и потерял голос, - тихо произнес он.
– Когда я их сожру, хотел бы промочить горло.

– Как насчет глотка колы?