Торико закивал, вытирая капавшую слюну. Даже Коко подозрительно отвернулся.

– Запишешь пару речей?
– тихо осведомилась подошедшая Рин.
– Хочу Торико на свидание заманить.

– Хорошо, - кивнула повар, - как придете с братом в ресторан кита пробовать, тогда и отдам.

Ощущение пристального взгляда сверху, чьего-то присутствия… приближения… Комацу подняла голову. К ним летел со страшной силой еще один робот. Покрытй розовато-белым мехом, с перекрещенными на груди цепями, он был намного выше охотников.

– Надо же, новую модель разработали!
– наивно удивился Коко. Посерьезнел.
– Я разберусь с ним. Благодаря моим электромагнитным импульсам, у меня больше шансов против него.

– Но…

– Вы должны идти внутрь. Если браконьеры сумеют захватить янтарное мясо, передадут данные по нему остальным, - непреклонно заявил мужчина, снимая плащ.
– Главное, чтобы это был не тот оператор.

– Это другой, - Комацу смотрела сквозь робота, сосредоточилась на своих ощущениях.

Давненько она не пользовалась этой своей способностью. Вообще не думала, что при переходе она сохранилась.

Комацу могла улавливать настроение людей, их характер и намерения. Всего лишь слабые ощущения, на уровне инстинктов, но в лаборатории этого хватало, чтобы не попадать под горячую руку. Или, наоборот, попадать, желая прекратить свое существование.

В новом мире эта способность переросла в понимание продуктов, умение слышать голоса ингредиентов. И Комацу представила, что перед ней сейчас один из деликатесов, который нужно приготовить.

И сравнивала с теми ощущениями, что возникли в пещере.

Другой, более дерзкий, неосторожный, вспыльчивый. От того робота в пещере исходила холодная, расчетливая кровожадность.

Комацу порылась в сумке и достала небольшую коробочку с плотной крышкой, покидала туда несколько бутылочек, без особого порядка.

– Когда закончите, примите эти средства. Они помогут залечить раны и восстановить энергию.

Коко кивнул, повернулся к роботу, который как раз раскрыл свой “клюв”, готовясь к залпу.

Комацу помчалась за Торико и остальными к мамонту. Самка дернулась раз, другой, взмахнула хоботом и трубно взревела, затягивая людей внутрь. Опасность состояла в том, что она в доли секунды могла обглодать их до костей, не оставив ни кусочка плоти.

Комацу вынула прочную веревку и зацепилась с ее помощью за клык в раскрытой пасти мамонта. Ей это удалось, потому что она находилась дальше остальных, и воздушный поток не так сильно воздействовал на нее. К тому же помогли тренировки по силе и концентрации мастера Юня. Подала руку Торико, тот схватил Рин, Сани сам ухватился за них волосами. И все вместе они влетели прямиком в пасть ингредиента.

– По пищеводу внутрь!
– скомандовал Торико.

Они помчались вниз, но из-за судорог мамонта споткнулись и кубарем покатились по извилистому, склизкому коридору.

Чтобы оказаться на широкой поляне с розоватыми круглыми шариками цветов.

– Ничего себе!
– размеры императорского мамонта потрясали воображение изнутри даже больше, нежели снаружи.

Теперь Комацу понимала, почему у янтарного мяса такой богатый, насыщенный вкус, что его ценили больше драгоценных камней. А картинка в справочнике выглядела ну очень соблазнительно.

Внутри зверя существовали собственные небольшие мирки с замкнутой экосистемой. Порхали бабочки разных видов: от сладкой пудряницы до кислотной капустницы. Жгучие скалы поднимались к мерцающим, как толща воды, небесам. И все они передавали часть своих свойств мясу в самом центре мамонта.

Навстречу им, с хрустом приминая хрупкие цветы, уже шагал очередной робот.

– Это настоящий лабиринт, - пожаловался он, обнаружив неожиданных слушателей.
– Я заблудился.

– Торико, он прав, - Сани вышел вперед.
– Внутренности мамонта очень запутаны, понадобится твой нюх, чтобы найти янтарное мясо. Оставьте этого мне.

– Хорошо, - Торико кивнул и бросился бежать, Рин последовала за ним.

А Комацу ненадолго задержалась, снова потроша свою сумку с лекарствами.

– Решила задержаться здесь, девочка?
– мурлыкнул робот.

– Масик?

– Примите это после победы, Сани-сан, - улыбнулась девушка, протягивая коробочку.
– Спасибо вам за помощь.

– Не пойми меня неправильно, Масик, - закатил глаза охотник.
– Я просто не хочу лезть дальше в эти мерзкие внутренности. Слишком грязный и вульгарный метод работы. Мне больше нравится нечто тонкое, изящное. Прелестное, - на этих словах лицо его исказила жестокая ухмылка.
– И поэтому я прелестно покажу своему противнику дорогу в Преисподнюю.