Внутри было темновато и гулко. Охранники, глянув удостоверения, пропустили их беспрепятственно.

Нож уверенно провел Киарана на второй этаж, постучал в одну из множества дверей и, не дожидаясь ответа, распахнул створку.

– Капитан Комрак!
– весело заявил он поднявшемуся из-за стола офицеру.
– Герцог Астель передает под ваше командование новоиспеченного младшего лейтенанта, принца Неблагого Двора Киарана мааб Инсатьявля.

Человек посмотрел на Киарана, и лицо его вытянулось.

– Киаран, слушайся дядю и веди себя хорошо. Ты будешь помогать ему в расследовании. Капитан, надеюсь, вы воспитаете нам младшее поколение в присущем вам непримиримом северном духе! Ну, знакомьтесь пока, я принесу бумаги.

Нож, у котрого подозрительно поблескивали глаза, сделал пируэт и исчез за дверью. Человек некоторое время продолжал смотреть ему вслед, потом снова перевел взгляд на Киарана.

– Сэн Анарен… пьян?
– спросил он нерешительно.

– Мне кажется, к нему просто вернулась радость жизни, - честно ответил Киаран.
– Может быть, Нож любит расследования? А что надо расследовать, кстати?

Капитан Комрак обошел вокруг навязанного помощника, оглядел его еще раз и вздохнул.

– Ты на найлерте читаешь… лейтенант?

– Я читаю на многих языках, - вежливо ответил Киаран.
– В Аркс Малеум огромная библиотека.

– Будешь заниматься делом о пропавших подростках. Тут явно завязана Полночь, может, тебе придет что-нибудь путное в голову. Герцог сказал, ты в повадках полуночных разбираешься.

– Герцог предупредил, что я буду вам помогать?

– Позвонил. Сказал, что пришлет мне помощника и консультанта, сведущего в Полночи. Но я не ожидал, что он сам будет полуночный. Ладно… Киаран. Вот твой стол, садись, устраивайся. Чаю хочешь? Эмм… - Комрак вдруг прикусил губу.- Этот… принц Лавенг сегодня на лекции читал, что с Полночью нельзя делиться. Это правда?

– Правда.

– Значит, и чаю тебе предложить нельзя?

– Можно. Я давал клятву о непричинении зла. Чтобы вам спокойнее было. Но я бы и без клятвы… не воспользовался.

– Хм. И Полночь не врет.

– Не врет, капитан Комрак.

– Ну, хорошо. Ладно. Может, сработаемся. Чаю я сейчас нам принесу.

Но только он открыл дверь, как в кабинет вошел Нож с большой охапкой папок и бумаг.

– Капитан, вы так предупредительны, благодарю вас.
– Он сгрузил папки на стол.
– Киаран, это тебе. Протоколы допросов, документы, материалы. Изучай.

– И вам спасибо, что бумаги принесли, сэн Анарен, - нахмурился Комрак.
– Но больше я не смею вас задерживать.

– Увы, - Нож уселся на столешницу, рядом с грудой бумаг.
– Вам придется меня задержать, дорогой капитан. Герцог направил вам помощника и консультанта. Так вот, Киаран - помощник, а я - я как раз консультант.

***

Семья Гваля жила в самом верхнем ярусе Химеры, там, где улицы имели сильный наклон, а дома начали строить еще в девятом веке. Узкие темные фасады с каменными основаниями теснились один около другого, прижимаясь впритык. Мощеные неровным булыжником улицы были так узки, что сюда невозможно было проехать на машине, а фуникулер останавливался в полукилометре от Гвалева дома, и приходилось подниматься пешком. Зелени в верхнем городе никакой не было, только плотно стиснутые островерхие дома с темными каминными трубами, булыжник и кованые желобы для стока дождевой воды.

В тесной, обшитой темным деревом, столовой царила непривычная пустота. Старшая сестра была на работе в госпитале, а Анайра…

– Ушла днем, сказала, что к подруге идет, но подруга ее так и видела, - горестно сказала мать.

Она сидела около стола, вся в черном, седая, подтянутая, с прямой спиной, и смотрела, как Гваль ест. Под глазами залегли глубокие тени, губы сжаты.

– Я собираюсь присягнуть герцогу Астелю, - сказал Гваль.
– Он обещал мне помощь и содействие в поисках.

– Астели… ну что же, неплохо, наша семья никогда с ними не враждовала. Хороший выбор, сын.

Историю рода мать знала наизусть, в подвале хранилиь сшитые пергаментные книги в тяжелых обложках тисненой кожи, а более поздние - уже напечатанные, с подробным перечислением предков Гвальнаэ Морвана и их деяний.

Пообедав, Гваль вернулся в свою комнату на втором этаже, тоже длинную и тесную, как пенал. Узкое стрельчатое окно с кованой решеткой выходило на кирпичную стену соседнего дома. Диван застелен ирейским пледом, на полу - кусок вытертого до болотного цвета ковра. На полках стояли модели судов, которые Гваль клеил еще оруженосцем.

Он разобрал вещи, сел на жесткий, с высокой прямой спинкой, стул и задумался. Анайра была тихой, задумчивой, чуть нерешительной девочкой. Неужели попалась в лапы полуночой мрази. Но днем? Куда же ее могло занести? С матерью поругалась?

Госпожа Морван была строгой и сдержанной, как их дом, как вся обстановка, как высокие стеллажи книг в их библиотеке. Гваль не мог представить, что она станет ругаться с дочерью. После смерти отца - военного моряка, она управляла семьей твердой рукой, пока не вырос сын. Анайра - младшая и любимая дочь, утешение в старости, когда старшие дети уже разбежались. И вот ее нет дома.