Элизабет вскоре призналась мне, что оказалась «подсадной», знала Кристиана Грея благодаря дружбе с Софи, дочерью Тейлора, но я не сердилась на нее. В конце концов, несмотря на это, девушка поддерживала меня в ту трудную ночь после ранения Тео.

Пальцы сжимают записной блокнот, наполненный различными рисунками и мыслями, но в последнее время он пустует, записи появляются все реже и больше похожи на банальное «Все нормально», словно, обманывая себя через блокнот, я смогу вернуться к прежней жизни. Но это далеко не так.

– Мы летим в Нью-Йорк навестить свою дочь, - произносит мне пожилая женщина, на чьем лице множество лучистых морщин около глаз.

Я улыбаюсь, пытаясь показать заинтересованность и не понимая, зачем мне знать эту информацию.

– Мы не виделись уже несколько лет после сильной ссоры, - добавляет ее муж, чьи седые волосы создают контраст с яркими синими глазами.

Я хмурюсь, ощущая неприятное чувство в груди.

– Из-за чего произошла ваша ссора? – спрашиваю как можно вежливее, вытаскивая второй наушник и убирая плеер в карман.

– Ох, это было так давно, что всего и не вспомнишь, - улыбается старушка, явно довольная тому, что наконец-то увидит свою дочь, - главное, что мы снова встретимся с нашей маленькой Клэр.

Я ответно улыбаюсь, но внутри вновь напоминает о себе боль, опустошая тем самым остальные эмоции, заполняя собой все свободное пространство. Пожилая пара улыбается друг другу, и я думаю, какой будет моя следующая встреча с родителями. Радостной от примирения или же такой же грубой, нервной, как в последний раз?

Смогу ли я простить их? Оправдать поступки родителей, брата, втянувших меня в свое безумие?

Побеседовав с ними еще немного, я машинально тянусь в карман за телефоном, лишь после вспоминая, что отключила его и оставила в сумке с багажом. Я знаю, что мама видела меня в аэропорту, но тогда я старалась не замечать ее, игнорировать новые сообщения, удалять их, не успевая прочесть. Неправильно заставлять ее нервничать и переживать за меня, но сейчас я не готова вновь заговорить с ней. Вновь улыбнуться брату, чей лучший друг загнал меня в ловушку, чуть не сделав жертвой своего изощренного воображения. Посмотреть прямо в глаза отцу, из-за чьего образа жизни началось это сумасшествие.

Поэтому я уезжаю из города, и это, пожалуй, первый и единственный раз в моей жизни, когда я сбегаю с поля сражения так быстро и трусливо. Нью-Йорк встречает меня неприятным моросящим дождем, серыми будничными зданиями и не менее противным гулом машин, стоящих в многочисленных пробках.

– Мисс Грей, - человек в костюме раскрывает надо мной зонт, и я тихо вздыхаю, ощущая предусмотрительность и слежку отца повсюду, - я отвезу вас в пансионат по поручению вашего отца.

– Надеюсь, это его последнее поручение, - буркнув, киваю, шагая к темной машине и усаживаясь на переднем сидении пассажира, а мужчина убирает немногочисленные сумки в багажник.

– Сегодня не лучшая погода, возможно, мы слегка задержимся, - предупреждает меня он, и я вновь киваю, не желая поддерживать беседу с еще одним работником отца.

Но, как ни странно, мы объезжаем все пробки, добираясь до Эммы Виллард за 2,5 часа.

Серое и большое здание в готическом стиле кажется еще более зловещим и темным посреди дождя, и, проехав через кованые ворота школы, машина останавливается недалеко от входа в общежитие, выглядевшего как очередной средневековый замок. Из-за плохой погоды красивый пейзаж этого места заметно портился: деревья, на ветках которых только появились почки, казались зловещими и страшными, а сухое поле пустым и мертвенно-желтым.

– Вивиан Роуз Грей? – невысокая полная женщина средних лет встречает меня и водителя, любезно несшего мои вещи.

Кивнув, я следую за ней по коридору, пока мой временный экскурсовод рассказывает о достопримечательностях района, знаменитостях, закончивших это учреждение, различных кружках и спортивных секциях. Ее монотонный голос успокаивающе действует на меня, увеличивая желание отправиться спать, пока она не прекращает свою речь, остановившись напротив одной из комнат и открывая дверь.

– Лесли, это твоя новая соседка, - сообщает она девушке, увлеченно строчащей что-то в своем ноутбуке и не замечавшей наше появление из-за больших наушников.

Еле услышав шум, она поворачивает к нам голову, тут же убирая наушники и сменяя мимолетную улыбку на серьезное выражение лица. Пожалуй, моя ровесница, светловолосая Лесли казалась младше за счет кукольного личика: больших голубых глаз, маленького носика и пухлых красных губ.

Но наибольшее ее внимание привлекает мой водитель, осторожно, стараясь не побеспокоить, поставивший мои сумки на пол около пустующей кровати. Черт, я и забыла, что в этой школе учатся только девочки, и надеюсь, здесь нет кружков и различных лекций о воздержании.