– Рейсовый туда не летает, - заметила Ирис, - Но кто-то всё же туда должен летать. И думаю что самое вероятное - это та платформа в Кирпичном.

– Да, ты правильно думаешь, - кивнул Мер, - Скорее всего какой-нибудь корабль там окажется, если уж нет, постараюсь пробить нам оказию по своим каналам.

– Грызунище, - обняла его лисичка, но тут заметила кое-что, - Крач. Ты что, клевал мохоцвет?

– Нет!
– чирикнул тот, светя в сумерках глазами.

Нурек вздохнул и подвинул микуру котелок с водой, дабы тот посмотрел туда, как в зеркало.

– Но я правда не клевал!
– возмутился Крач, - Я не идиот чтобы это клевать после того как оно жахнуло!

– Гм, - попытался прослушать Нурек, - А что тогда клевал?

После недолгого расследования выяснили, что клевал мелкие жёлтые ягоды, гроздями висящие на растущих в округе небольших деревцах, напоминающие рябину.

– Да это и есть практически рябина, - почесала ухи Ирис, - Почему тогда птица светится?

– Может, переопылилась с мохоцветом, - предположил сквир, - Гибрид какбы.

– Голова скипит какбы, - помотал головой Нурек, - Слушайте, ни нитки с птицей не будет, ну посветится денёк-другой и всё. И да, не клюй больше этой ерунды! А ещё лучше вообще ничего не клюй, кроме кормовых книг, а то получится как с той бутылкой.

– О-о, - тяжело сглотнул микур.

Судя по его настрою, он был намерен вообще ничего не клевать ближайшие несколько дней. Таким образом перетирание оказалось исчерпанным, и все завалились по "капонирам", как обозвал ямки с мохом грызун, непосредственно дрыхнуть. Ирис некоторое время поворочалась там, подумывая про нечто коричнево-рыжее и очень пушное; наконец она фыркнула и хотела было вылезти, но в темноте чуть не столкнулась носами с этим самым, пролезшим к ямке сквозь густую траву.

– К тебе можно?
– тихо прицокнул грызун.

– Не, я сейчас занята, лезу к тебе в гнездо.

Трясясь от смеха, они сползли в мягкую кучу мха, где и измяли друг друга основательно; большое количество пушнины способствовало тому что звук далеко не разносился.

– Зверушечка, - ласково прошептал Мер, - Какая же ты великолепная... Да я даже больше цокну, ты такая умная, какие мысли приходят под твои шёлковые уши, это опушнеть...

– А, иногда да, - хихикнула Ирис.

– Вот чего не понимается, лисонька, так как это за тобой нет лиса?

– И ты туда же, - улыбнулась лисичка, - Нет и нет, так получилось. Наверное, сама виновата, сквё.

– Фф каком смысле виновата?
– не догнал грызун.

– Нну как, - задумчиво стала мотать нитку с хвоста она, - Мы с ним давно друг друга знали, я так всё время и думала, типа мой самец, и точка... А у самца крыша всё съезжала и съезжала не в ту сторону, пока уже всё, вилы... Могла бы заметить раньше, что-то сделать.

– Йа бы за тебя удавился, - шмыгнул носом Мер.

– Тебе не надо удавливаться, - погладила его Ирис, - А тому бесполезно... К курам, давай дрыхнуть.

Дрыхлось в лесу исключительно, и даже то что несколько раз пришлось вскакивать и расшугивать от места дислокации фауну, не портило общего крайне положительного впечатления. Отхарчевавшись с рассветом ( кроме птицы, которая вообще намотала на клюв нитку ), разнохвостие вернулось к сбору сырья.

...

– Ооо, дерьмо!!
– раздался из зарослей вопль Гсача.

– Всего ничего, набрать воды, - передразнила Кирина, вытряхивая из ботинок набившуюся туда сухую грязь, - Зел, где ножик?

– Не знаю, - тупо ответил шнерк, пялясь на горизонт.

– Дыы!!
– зарычала Кирина, - Чтоб мне селёдкой питаться! Как надо так нет этого долбанного инструмента под лапой! Хочу чтоб он всегда был под лапой!!... А, вот он.

Разложив ножик, она принялась выковыривать грязь с большей производительностью. Тем временем из кустов, окружавших заболоченное русло реки, с треском вылез микур, почти весь в тине и порядочно обвешанный репьями; отдуваясь, Гсач грохнул ведро с водой на землю. Действительно, дабы набрать воды в этом месте, следовало пролезть через заросли водорослей и тину, а также плотные сухопутные кусты - с непривычки мало не покажется. Первоначальный подъём энтузиазма, вызванный обнаружением залежей стопицотлетника, сильно поистрепался из-за того, что туда приходилось лазить через самое непролазное место, имевшееся в округе тысяч килошагов: великолепные, плотные заросли сидели на узеньких островках, образовавшихся по руслу речки шириной шагов десять. Сама речка была мало видна под болотными зарослями, так что "переплыть" сдесь не катило - пролезть по затягивающей жиже и переплетение водорослей, вот как это называлось. И восторга у коллектива это вызывало меньше чем нисколько, к тому же набрать удалось куда меньше, чем рассчитывали. В связи с этим было большое искушение расшифровать ирисовскую инструкцию про "кучу" в самую небольшую сторону и счесть, что куча уже набрана. Тем не менее, упрямство делало своё дело, и хотя шнерки и птица были выжаты до состояния морковных очисток, собирательства не бросали.

– Ладно, ещё раз, - вздохнула шнерковка, - Сумка, бутылка, ножик... Так, раскладной мне ни к чему, а то ещё посею. Ну, я полезла.

– Давай, - пожал плечами Зелон.

Кирина продралась сквозь кусты, затем стала продавливаться по стене болотных растений, то и дело проваливаясь почти по уши и цепляя на шерсть репьи; далее небольшой заплыв против течения в весьма холодной воде и та же операция в обратную сторону при вылезании на островок. Вдобавок, вылезти-то особо некуда, песчаный гребень с пол-шага высотой весь зарос плотной кучей ботвы, так что собирать приходилось, стоя по пояс в воде среди водорослей, лапы постоянно разъезжаются на хлипком дне и кусаются насекомые, встревоженные тем что по ним ходят...