отходивших от центра. Дороги взнорья, как и любого другого в этой местности, были покрыты мягким, но довольно плотным песочком, не особо тормозившим движение и почти не пылившим. Как правило, хороший песок на дорожках - результат деятельности мелких щенков - все щенки любят копаться в песке, и если есть выбор, то не просто в песке, а на дороге; тут это более чем приветствовалось, ибо они закапывали вглубь измельчённый песок и выкапывали слежавшийся, чем не давали дорожкам превратиться в пылевые реки. Такие "дорожные работы" тут шли всё лето, то в одном, то в другом месте можно было увидеть ямы; кроме того, в обилии жившие сдесь же шелкохвосты не упускали случая углубить любую ямку во много раз, просто из расколбаса.

По краям дорожек вместо заборов, которых никто в глаза не видел на Пролесье, росли ряды кустов, всегда ягодных и иногда колючих, что защищало траву вокруг них даже от неосторожного вытаптывания. Везде, где не было песка, колосились самые разнообразные травы и растения - от малюсеньких почвопокровных до четырёхметровых зонтичных; особенно плотно ботва усаживалась к стенам построек. Сами строения представляли из себя либо навесы с крышей из жердей и плетёнки, либо взнорные столбы - то же самое, но поставленное на "этажерку", состоящую в основе из четырёх толстых и длинных брёвен, удерживаемых растяжками из шёлковых тросов. Высота этих столбов была весьма значительная, некоторые из них сильно возвышались над лесом, и на верхушках крутились ветряные мельницы малого размера. Больших бревенчатых домов спайдерфоксы не очень уважали - будучи пуховыми, прятаться от мороза им требовалось редко, и для этого внутри навесов имелись утеплённые гнёзда, этакие небольшие ящики, отапливаемые печками. Поскольку гнёзда были небольшие, то и печки тоже, и протопить их можно было парой поленьев, что избавляло от надобности готовить на зиму горы дров. На этих же печках варили и жарили корм, хотя во многих местах вообще использовали костры, обложенные камнями, размещённые во дворе. Вокруг каждого такого дома, огороженный кустами, был обычно садик, грядки с овощами, а во многих местах и более тяжёлая "промышленность" - печи для горшков, пруды для рыбы, курятники понятно для кого, и так далее. Обычно во взнорье всегда было довольно тихо - чуткие ухи обитателей не любили шума, и ежели кому-то непременно надо было стучать весь день топором, к примеру, то он выбирал для этого место либо подальше, либо поглубже, дабы не засорять эфир. Весёлое тявканье случалось обычно по вечерам, когда спайдерфоксы собирались возле костров - вот тут уж и повыть могли хором так, что в соседнем взнорье услышат, и ракеты попускать, и много чего ещё. Потявкушки случались часто, и по большей части по той причине, что в любом взнорье полно щенков - собственно, для того первоначально и было устроено это поселение, чтобы можно было не беспокоиться о лисятах. Те же трёххвостые, у кого не было потомства, во взнорье обычно не жили, предпочитая отдельные жилища в лесу; впрочем, никакой разницы между взнорными и дичью никто не делал. В довольно глубокой ( для Пролесья ) древности бывало, что дикие спайдерфоксы могли подтибривать из взнорий, а то и собираться в не особо любезные своим поведением стаи, но это было прекращено с распространением учений, которые сами эсэфы называли магическими, а сквиры считали изрядным социальным достижением.

При всей кажущейся примитивности хозяйства, оно обеспечивало главное - прокорм и кров, и при этом не выедало мозги тем, кто в этом хозяйстве учавствовал. Совершенно не затрагивая лес, взнорное хозяйство могло прокормить и одеть и щенков, и стариков, и приходящих за помощью "диких". С самых давних пор эсэфы поняли, что шёлк, доступный им с собственных хвостов, есть отличный конструкционный материал, пригодный очень много для чего. Пролесские ветряные мельницы были, по словам сквиров, инженерным шедевром, какого ещё не видывала метагаллактика - сделанные из бамбука и прочих растительных огрызков и укреплённые нитями, они по качествам превосходили аналогичные изделия из стали. Нити использовались и для передачи механической энергии на расстояния - при помощи грузов, подвешенных на столбы, и прочных шёлковых тросиков. Таким образом, например, приводилась в действие водокачка, ибо колодцы, опять-таки традиционно, были глубоченные. Взнорья зачастую располагались на песчаных холмах, но трёххвостые не ленились прорыть насквозь и весь холм, и толщу почвы, чтобы добраться до воды. Колодец Ненохи был глубиной сто с лишним метров, причём лишнее колебалось метров на десять в зависимости от сезона. Колодец был мало похож на колодец - сверху это был вход как в погреб, а затем шли деревянные наклонные корридоры с лестницами, которые по спирали спускались вниз; шахта начиналась только метров за 60 от поверхности. Всё это было нагорожено ради сохранения воды в полнейшей чистоте и кроме того, в ответвлениях корридоров находились ледники, где лёд не таял по несколько лет и следовательно можно было хранить корм...

Среди полуденной солнечной дремоты вдруг послышалось стрекотание, первыми на которое среагировали шелкохвосты, забегав в поисках источника звука, а за ними и любопытные спайдерфоксята. Стрёкот усилился, и над взнорьем быстро прошёл летающий аппарат, напоминающий как формой, так и окраской шмеля - размалёван он был в чёрно-рыже-белые пятна, спереди торчала застеклённая кабина, сзади - массивный кузов с окошками, а сверху мерцали два крыла, аккурат похожие на шмелиные. Сделав широкий круг, "шмель" выбрал площадку и приземлился, выпустив большие колёса; далее машина, оправдывая своё сходство с насекомым, сложила крылья и поползла ко взнорью. Протиснуться по дорожкам ей не удалось, так что пилоты оставили транспорт у крайнего огорода и пошли пешком, сопровождаемые шелкохвостами и лисятами. Пилотами были двое трёххвостых, самец и самка, одетые в спецовки космофлота - почти такие же как сквирские, но сине-чёрные.

– Собирайте всех на тявкалище!
– кричал спайдерфокс, проходя мимо дворов, - Есть что погры... то есть, намотать!

Поскольку шутить таким образом было не принято, трёххвостые не сломя голову, но и не задерживаясь, отложили дела и стали собираться к центру, где как раз между базаром и кожевенной лавкой была площадка для такого рода событий, а в остальное время там гоняли мяч. Пока двое пешклм сходили в колодец за водой, вокруг площадки собралась небольшая, но представительная толпа - с каждого двора минимум по три хвоста, чтобы все знали. Естественно, больше всех набралось лисят и шелкохвостов, которым было просто любопытно.

– Приветствуем вас, жители взнорья, - сказала спайдерфоксиха, - От имени планетсовета Пролесья.

– И вам того же! И вас туда же!

Собрание довольно заподтявкивало, о том что нынче уже все представительные собрания Пролесья были объединены при помощи сквирских средств связи и сформировали планетсовет, было всем известно. Во взнорье даже был детекторный радиоприёмник, бравший недавно запущенную программу "Моховой Маяк".

– Я бы не сказал что мы с особо хорошими новостями, - хмыкнул трёххвостый, - Вы наверняка знаете, что у нас закипает межзвёздная война. Причём в полный рост. Обстрел Пролесья торпедами был всего лишь малой частью враждебной деятельности, которая теперь полностью раскрыта.

– Враг ухитрился утащить в антимир целую населённую планету!
– добавила спайдерфоксиха, - Населённую нашими прямыми потомками, которые там называются шнерками. И ещё 13 планет могут быть на очереди.

– То что вы тявкаете весьма тревожит, - кивнул крупный лис, - Но вот... Если бы дело было, к примеру, в нападении гиеновых собак, мы бы собрались и расшугали их, как неоднократно делали. А что мы сделаем с этим?

– То же самое, - твёрдо произнес планетсоветчик, - Соберёмся и расшугаем.

– Каким образом! Это же даже не на Пролесье!

– Уже год как грызуны отдали нам один из ихних кораблей "Ёлка". Сейчас у нас почти полностью укомплектованный экипаж из спайдерфоксов. Благодаря временному ускорению, потратить на обучение можно столько времени, сколько нужно. Возле газовых планет нашей солнечной системы уже вовсю запущены платформы для выработки материалов и постройки элементов кораблей класса "Е". Оборудование есть, материалы есть, не хватает ушей. Очень не хватает!

– Посему, - подхватила лисица, - Планетсовет призывает всех добровольцев вступать в ряды космофлота.