– Привет, Пэрис, – она подходит прямо ко мне. Мы на самом деле не разговаривали раньше, кроме нескольких «привет» и улыбок. И насколько неважным это может показаться, но Лиа дружит с Дилан, поэтому, честно, не вижу, что она в скором времени станет моей лучшей подругой. Должна сказать, она кажется приятной девчонкой, всегда улыбается, и я знаю, как сильно она любит своего брата, по рассказам Грейсона.

– Привет, Лиа, как ты? – предлагаю ей небольшую улыбочку.

Она заправляет волосы за ухо.

– Хорошо. Просто подумала, что мы могли бы позависать как–нибудь? Мой братец сходит по тебе с ума, а я совсем тебя не знаю.

Она позависать хочет?

– Эээ, конечно, – даже для моих собственных ушей это звучит не убедительно.

Она понимающе смотрит на меня.

– Я возьму твой номер у Грейсона и напишу смс–ку.

– Лиа! – зовет кто–то. Мы обе оборачиваемся в том направлении. Когда я замечаю, как подходит Дилан, то душу стон. Не та, кого я хочу видеть прямо сейчас…или когда–либо.

– Привет, Дилан, – говорит Лиа с извиняющимся взглядом.

– Привет. Не знала, что вы обе подружились, – язвительно выстреливает Дилан в мою сторону.

Лиа пожимает плечами и говорит:

– Она встречается с моим братом. Я бы хотела узнать ее.

С лица Дилан спадают все краски от упоминания.

– Все встречаются с твоим братом. Собираешься подружиться со всем колледжем?

Лиа хмурится.

– Пэрис другая. Он с ума по ней сходит.

Дилан фыркает. Стерва.

– Ну, в любом случае, Пэрис, свидимся скоро, да? – спрашивает Лиа, подтягивая лямку своей сумки.

– Эмм, окей, – я медленно моргаю. – Увидимся, – и ухожу, игнорируя мерзкий взгляд Дилан.

Может, мы с Лиа сможем стать подругами? Встряхиваю головой и иду прямо на занятия.

Приоритеты.

****

Из Грейсона вырывается гортанный стон, когда он кончает. Задыхаясь, я соскальзываю с него и ложусь рядом, улыбаясь, пока перевожу дыхание. Сегодня первый раз, когда мы занимались любовью без презерватива, потому что теперь я принимаю противозачаточные, и это было невероятно.

– Я вроде как становлюсь хороша в этом, – хвалюсь я.

Грейсон хрюкает.

– Больше, чем хороша. Ты удивительна, детка.

Улыбаюсь шире в тусклом освещении, а потом передвигаюсь в изгиб его руки. Он поворачивается лицом ко мне, лунный свет освещает его, наши взгляды соединены.

– Хочешь еще? – спрашиваю в тишине.

Он посмеивается.

– Мне потребуется минутка.

– Минута? Да ты старый, – щучу я. И визжу, когда он перекатывается на меня, вдавливая в матрас. Люблю ощущение его веса на себе.

– Старый? Я покажу тебе старого, – он щекочет меня, пока я не кричу. Перекатывает так, что я полностью ложусь на него.

– Всегда так? – спрашиваю я, приподнимаясь, чтобы заглянуть в его лицо.

Он нежно ласкает мою щеку своими пальцами.

– Никогда так не было.

– Я так и думала, – с трудом выдавливаю я. Целую его, вплетаясь пальцами в его волосы, и аккуратно притягиваю к себе. Я чувствую, как он снова возбуждается, и улыбаюсь в его рот.

– Ты же просила этого, – рычит он, переворачивая меня, и не спеша скользит в меня. Он поднимает мои руки над моей головой и прижимает их там. – Думаю, я люблю тебя, Пэрис О’Салливан.

Думаю, я тоже его люблю.

****

Я просыпаюсь в объятиях Грейсона. Извиваясь, я распутываюсь и сажусь, впитывая в себя картинку. Он спит на боку, лицом ко мне, полностью обнаженный. Я везучая девчонка, и это чертовски точно. Прошлой ночью он сказал, что любит меня. По крайней мере, сказал, что думает, что любит. Это одно и то же? Или это означает, что он влюбился в меня? Я хотела сказать, что тоже люблю его, но не смогла. Пока не уволюсь из «Яда», я не имею права говорить ему об этом. Когда соберусь сказать ему, что люблю его, я хочу, чтобы между нами не было никаких секретов. Поглощая его вид, я неосознанно тянусь и пробегаюсь пальцами по его рельефному прессу.

– Доброе утро, – говорит он, от чего я подпрыгиваю. Поднимаю взгляд на его лицо и вижу его широко распахнутые глаза на мне.

– Доброе, – отвечаю, облизывая нижнюю губу. Я опускаю взгляд, немного смущенная и заведенная от того, что попалась за подглядыванием, пока он спал.

– Ты немного покраснела, – он указывает на это. Мои глаза поднимаются к нему. И я закатываю их. Его губы изгибаются, когда он, ясно дело, получает удовольствие от моих мучений.

– Нравится, что видишь? – спрашивает он, перекатываясь на спину и скрещивая руки за головой. – Да, – подсказывает он.