— Пожиратель смерти, вы хотите сказать? — фыркнул Джеймс.

Макгонагалл осеклась и вид у неё стал не столько строгий, сколько испуганный.

— Я бы не советовала вам так бросаться обвинениями, мистер Поттер, — быстро и тихо произнесла она, так, что щеки у неё слегка затряслись. — Нельзя обвинять человека в том, что он... только потому, что он происходит из древнего магического семейства.

— Хорошо, профессор, больше не буду, — пообещал Джеймс и поудобнее разместил свои ягодицы в кресле.

— Так вот. Мистер Мальсибер имеет влияние на совет Попечителей. Даже на основании одних только слухов он может сделать так, что не только Ремуса Люпина, но и профессора Дамблдора выставят из Хогвартса. Вы хотите этого, Поттер?

— Не хочу.

— Прекрасно. В таком случае... — Макгонагалл порылась в одном из ящиков и положила на стол серебряный значок. Джеймс уставился на него так, будто значок в любой миг мог прыгнуть и впиться ему в ноздрю.

— После того, что случилось сегодня, я просто не могла оставить Люпина в должности школьного старосты, да он и сам пришел и попросил меня освободить его от этой работы. А школа и так обходится без второй старосты почти целый месяц. Это никуда не годится.

Тут-то Джеймс и пришел в ужас.

— Профессор Макгонагалл, нет! Есть масса других способов меня убить! — он навалился на стол. — Более быстрых и не таких мучительных!

— Люпина это не убило, а вы и того покрепче будете. Тем более, что это — временная мера. На месяц, не более, — и Макгонагалл вздохнула, словно боялась, что с такой старостой Хогвартс не простоит и недели. — Будем надеяться, мы все останемся живы.

— Но я же не староста факультета! Вы не можете меня назначить!

— В Уставе есть пункт, согласно которому, в экстренных условиях школьной старостой может стать капитан команды по квиддичу или президент любого школьного клуба.

— Я не слышал о таком пункте, — заявил Джеймс.

— Иногда мне кажется, что вы и о школьном Уставе не слышали, мистер Поттер! — громче добавила Макгонагалл. — И шесть лет дебоша под крышей Хогвартса — прямое тому доказательство. Теперь я уже не прошу. Я требую, чтобы теперь все эти возмутительные побоища пресекались на корню. И, так как вы всегда одно из главных действующих лиц всех... побоищ, я посоветовалась с директором и мы оба пришли к выводу, что именно на вас стоит возложить ответственность за их остановку.

Черти в омуте Джеймса взревели от негодования.

— У Лунатика, то есть Ремуса иммунитет к занудству и значкам, я не из тех, кто отнимает баллы, профессор! Я по ту сторону баррикад! По ту! Вы нарушаете порядок мироздания!

— А раз вы по ту сторону баррикад, значит знаете, как мыслят нарушители и быстрее с ними справитесь, — парировала Макгонагалл.

— Вы предлагаете мне воевать против своих? — воскликнул Джеймс, голосом, исполненным праведного гнева и случайно скатился в отчаянный сип. Всё-таки голос у него не до конца поломался. — А как же моя совесть?!

— Приятно слышать, что она у вас все-таки есть. Уверяю вас, Люпин справлялся с этой работой без ущерба для своей совести. Представьте, что вы Люпин.

— То есть вы предлагаете мне пойти надеть свой лучший форменный джемпер и заесть горе шоколадкой? И всё?!

Макгонагалл окинула скептическим взглядом мятую рубашку Джеймса и взъерепененный галстук.

— Начните с джемпера, — посоветовала она, снова принимаясь за проверку работ.

Джеймс вдруг вспомнил кое-что.

— Но я ведь могу отказаться? — он откинулся в кресле, закинув одну руку за спинку. — Вы не можете меня заставить.

Макгонагалл похоже начала нравиться эта беседа. Она даже чуть-чуть улыбнулась, а Джеймсу вдруг стало страшно.

— Действительно не могу, — она аккуратно сложила ладони на столе и слегка навалилась на них. — А как насчет мисс Эванс, мистер Поттер?

— А что с ней?

— Она не может со всем справляться одна, ей нужна помощь. Лили сильная волшебница и блестящая ученица, но она все же девушка и ночные патрули по школе...

Джеймс засопел.

Вот черт.

Засада.

— Я думала вы согласитесь ей помочь, — Минерва как ни в чем ни бывало выпрямилась и нацепила очки, сделав вид, что погрузилась в чтение документа. — Но раз вы так категорически против, я могу подыскать ей кого-нибудь другого.

И она посмотрела на него, чуть-чуть поправив очки.

— Ладно, — выдавил Джеймс и скорбно выгнул губы.

— Вот и хорошо, — Макгонагалл поставила жирное «С» в конце самостоятельной работы Северуса Снейпа, положила её поверх других и слегка прихлопнула сверху ладонью. — Идите.

И взялась за следующую.

Джеймс послушно вскочил и пошел к двери.

— Значок, Поттер! — напомнила Макгонагалл, не поднимая головы.

Получасом позже Сириус Блэк лежал в кресле и рыдал от смеха.