— Десерт! — пропела Молли, подгоняя палочкой плывущий по воздуху поднос. Все тут же взбодрились и потянули руки к кружкам с напитками и тарелкам с кусками торта и крамбла.

Сириус чуть прищурился, заметив, что кружка в руке Андромеды слегка дрожит. Перехватив его взгляд, женщина быстро опустила кружку на стол и пригладила волосы дочери.

— О, Молли, ты просто волшебница! — восхитился Артур, вдыхая аромат горячего шоколада, текущего по торту. К подносу подбежали дети — Билл с ушами волчонка и Чарли с перепончатыми драконьими. Дора слезла с колен Сириуса, сверкнув белыми колготками и тоже побежала за сладким.

— Альф был прав, когда называл тебя гением, — сказал Сириус, глядя как Роксана с благоговейным счастьем надевает наушники. — Ты действительно гений. Я понятия не имею, что это за штука и как она работает, а ты сделал её всего за месяц.

Артур покивал, отрешенно и немного ностальгически глядя на приборчик.

— Порой мне ужасно не хватает твоего дяди, — он печально усмехнулся, взглянув на Сириуса. — Ты немного похож на него.

— Поверь, нам тоже его не хватает, — тихо сказала Андромеда. Проходя мимо Сириуса она быстро сжала его плечо. Сириус быстро оглянулся на неё и молча кивнул.

— Я делаю все, чтобы тебя восстановили в компании, Артур, — серьезно сказал он. — Ты же знаешь, я отправил с десяток прошений в Визенгамот, но сейчас...

— Сейчас война, конечно же им некогда! — Молли легкомысленно махнула рукой и ласково похлопала мужа по плечу. — Не переживай, мы справимся! И... Билл и Чарли Уизли! Что во имя Мерлина такое с вашими ушами?!

Артур оглянулся на сыновей и рассмеялся.

— Извините, мэм, — Джеймс подавил смех и напустил на себя серьезность, хотя в глазах его так и прыгали чертики. — Это я, но я верну им даже лучше, чем прежние, честно. Я трансфигурирую даже во сне.

Сириус поперхнулся чаем.

Так разговор плавно перешел к Хогвартсу. Молли так расчувствовалась, вспоминая свои школьные годы, что прослезилась и с потолка комнаты вдруг посыпались мерцающие искорки. Чтобы немного утешить жену, Артур пригласил её потанцевать и теперь она поливала слезами его рубашку, пока они топтались в медленном танце под глубокие, насыщенные переливы песни «Котел, полный сладкой горячей любви».

— Эй... — Джеймс запрокинул голову, когда Лили появилась за спинкой его кресла, ласково взлохматила ему волосы, скользнула ладонями по шее, затем по плечам и груди. — С Рождеством, Эванс.

— С Рождеством, Поттер, — тихо улыбнулась она, склоняясь к его уху.

— Не волнуйся так.

Сириус танцевал с Андромедой и её пальцы на его плечах казались стеклянными.

— Тед не станет рисковать зря, он знает, что вы ждете его, — тихо говорил он, время от времени поглядывая то на диван, где Роксана слушала свою музыку, блаженно прикрыв глаза, то на кресло, где сидели вдвоем Джеймс и Лили.

Андромеда наоборот прятала лицо, потому что в глазах у неё стояли слезы, и она боялась, что их заметит ещё кто-нибудь кроме Сириуса.

— С ним всё будет в порядке.

Он покивала и крепче обняла брата.

— А ты?

— А что я?

— Сириус... — Андромеда облизала губы, явно подбирая слова. — Эта девочка, Роксана, я хотела поговорить о ней.

Сириус молчал, но стал слегка напряженнее и Андромеда это почувствовала. Но все равно продолжила:

— Она действительно не такая, как Люциус или Эдвин и это меня настораживает. Я знаю, чего можно ожидать от Малфоя, знаю, чего можно ожидать от Блэков, но она непредсказуема. Она как вышедшая из строя метла. Я боюсь за тебя.

Сириус усмехнулся.

— Но тогда я тоже непредсказуем? Я ведь тоже вышел из строя?

— Да, — Андромеда покачала головой и погладила его по щеке. — Это верно. Но ты всё же мужчина, мой дорогой брат. А вами так легко управлять.

— Мной никто не управляет, — агрессивно ответил Сириус.

— Я знаю. Не сердись на меня, Сириус, я действительно переживаю за тебя.

Пару секунд Сириус смотрел на неё, а потом сжал её ладонь и решительно отвел от своего лица, быстро поцеловав напоследок.

— Ты сейчас всего боишься. Со мной все будет хорошо. Вот увидишь.

— Ты любишь её?

Простой вопрос застал Сириуса врасплох.

— Что з...

— Сириус. Ты. Её. Любишь?

Только Андромеда имела право задать ему такой вопрос. Сириус сжал губы в точку и ещё раз посмотрел на диван.

— Это другое, Меда. Ты не поймешь. Или скажешь, что я псих.

Она молча смотрела на него. Сириус вздохнул.

— Я не знаю, как тебе...ну хорошо. Мы... близнецы. — глаза Андромеды испуганно расширились. — Да, как близнецы. Иногда мне всерьез кажется, что она — это я. Такой, каким должен был быть, если бы родился девчонкой. И бывают секунды, когда мне хочется придушить её за то, что это так, потому что это безумие. Да, я не люблю её так, как Тед любит тебя, но оставить её, отказаться от неё для меня сейчас всё равно, что оторвать себе руку. Она — моя. Моё. Это всё, что я знаю. И этого достаточно.