— Да, конечно, — отозвался Сириус, сверля Роксану взглядом. — Идите.

Девочки покинули туалет.

В уборной воцарилась тишина, нарушаемая только плеском воды и плачем Роксаны.

— Малфой — убийца, Малфой — убийца! — вдруг истошно завопила Миртл, стремительно пролетая над ними. Роксана вцепилась ногтями в волосы, плотно закрывая уши. Сириус вскинул голову.

— Иди к черту, Миртл! — рявкнул он.

— Между прочим, этот туалет все время притягивает всяких разных убийц, — возбужденно сообщила Миртл, зависая перед ними. — Да-да, я не вру, меня саму убили здесь, на этом самом месте, и на твоем месте я бы не сидела так близко к этой странной девочке, вдруг она и тебя...

Сириус выхватил палочку, и прежде чем Миртл успела сказать еще хоть слово, ее заклятием зашвырнуло в унитаз и смыло так, что ее упреки загудели сразу во всех трубах.

Теперь они точно остались вдвоем.

Но, глядя на то, как Малфой душераздирающе рыдает, терзая свои несчастные волосы и раскачиваясь взад-вперед, Сириус понял, что поговорить им все равно не удастся.

Она была в том состоянии, вывести из которого могла только крепкая пощечина, но это было исключено, так что надо было придумать другой способ привести ее в чувство и увести отсюда да поскорее — можно было не сомневаться, что в эти самые минуты Миртл носится по всем школьным туалетам с воплями о том, что Роксана Малфой пыталась покончить с собой в одном из ее унитазов.

Когда Сириус попытался поднять ее хотя бы из лужи, Малфой дернулась точно так же, как в первый раз и вырвалась, снова замыкаясь в замок из рук и ног. Сириус предпринял еще одну попытку — то же самое, только теперь девчонка с силой лягнула его и забилась в угол, тяжело дыша и сердито зыркая на Сириуса черными глазищами в разводах туши.

Сириуса захлестнула злоба.

Завязалась борьба.

— Оставь меня в покое! — вопила Малфой, давясь рыданиями, пока Сириус сражался с ее ногами, руками, ногтями и локтями, пытаясь схватить Роксану в охапку. — Не трогай меня, не прикасайся!..

В какой-то момент ему удалось перехватить ее запястье, и тут Сириус увидел такое, отчего его желудок свернулся клубком.

Ее рука была наспех перевязана огрызком школьной рубашки, а в тех местах, где ткань не закрывала кожу, из мягкой розовой плоти торчали кривые осколки.

— Малфой, твою мать, ты спятила? — заорал Сириус, рывком дернул девушку на себя и со второй попытки выхватил из кармана палочку — у него вдруг начали трястись руки.

Ради всего святого, твою же мать, только этого ему не хватало! Повязка слетела, и открывшееся зрелище чуть не заставило его сблевать больничным завтраком.

— Акцио, блять! — выпалил он, и целая куча осколков вылетела из ее ладони, зазвенев по полу и разбрызгивая во все стороны кровь. — Какого хера, Малфой, у тебя окончательно крыша поехала?! — он понимал, что не надо на нее кричать, но ему и не хотелось кричать, ему хотелось орать, хуже того, ему хотелось схватить ее и потрясти так, чтобы из нее наконец вылетела вся эта дрянь. — Долбанная идиотка... — он оторвал от своего рукава изрядную часть и накрепко перебинтовал ее ладонь.

— Не смей на меня орать... — проскрипела она, кривя губы.

Просто смешно, она еще пытается спорить.

— Орать? Будь ты парнем, я бы тебе врезал! — рыкнул Сириус и легко, как первокурсницу сграбастал ее в охапку, после чего силой поднял на ноги. — Идем!

Кое-как он дотащил ее до гостиной Гриффиндора. Всю дорогу Малфой то брыкалась, билась и вырывалась, то снова тонула в рыданиях и принималась осыпать Сириуса проклятиями. В школе как раз шел последний урок — вот было бы забавно, если бы кто-нибудь увидел, как жертва недавнего громкого нападения волочет по коридору свою несчастную несостоявшуюся убийцу, которая вдобавок ревет белугой и ругается почище сапожника.

Ко всему прочему еще и Полная Дама наотрез отказалась пропустить в общую комнату Гриффиндора слизеринку, так что Сириусу пришлось напомнить ей, как однажды после Рождества она забыла пароль, после чего портрет мигом заскрипел петлями, и они оказались вне опасности.

Втащив Малфой в спальню мальчиков, Сириус пинком распахнул дверь в ванную. Тут Роксана, кажется, сообразила, к чему идет дело, потому что принялась биться, лягаться, цепляться за дверной проход, а в какой-то момент вдруг вырвалась было на свободу и резво бросилась к выходу, но Сириус поймал ее за талию, сграбастал в сокрушительный захват, втащил под душ и, крепко обхватив ее одной рукой, ударил по крану с ледяной водой.

Роксана пронзительно закричала, когда на нее обрушилась масса ледяной воды, и зарыдала пуще прежнего, а потом снова принялась биться, извиваться и колотить Сириуса по чему попало.

— Отпусти меня! Отпусти сейчас же, ты не имеешь права, вы все, вы не можете, не можете!!!

Она прыгала, дергалась, извивалась, осыпая Сириуса проклятиями пополам с рыданиями, но он держал крепко и проявлял просто железную выдержку, так что в конце концов Малфой сдалась и просто обмякла у него в руках.