Блэк чуть приподнял уголок губ, Роксана взглянула на него и тут слова посыпались из неё, как из Рога Изобилия. Она рассказала о тролле-завхозе, над которым все подшучивали и которого ей всегда было очень жалко, о том, что в квиддич там играют над океаном, даже в шторм, о том, как в первый год учебы она боялась ходить на уроки Темных Искусств, потому что их преподавал старый одичавший вампир, поведала о Кракене, живущем под школой — он охранял карцер, в который отправляли провинившихся, о том, как в женской половине ей чуть было не исполосовали лицо ножом…

Она говорила и говорила, и хотя слушали её все, кроме Забини (та демонстративно искала что-то в своем мороженом), Роксана ловила себя на том, что говорит всё это исключительно для одного человека. Как-будто это было компенсацией за всё то время, что им не позволялось говорить. Ей бы хотелось поделиться с ним всем-всем, но когда она замолчала, чтобы перевести дух, увидела на лицах остальных учеников такой ужас, что совершенно растерялась.

— …а на третьем году я перевелась в Шарбматон, так что это всё, — неуклюже закончила она и поскорее прикусила язык.

Повисла пауза.

Лили Эванс смотрела на неё так, словно Роксана была умирающим слепым котенком.

— Наверняка ваши родители узнали обо всем, и забрали вас оттуда? — требовательно спросил Слизнорт, нарушив повисшую тишину.

— Нет, — наивный добрый старик. — Меня выгнали.

— Надо же! — Слизнорт явно растерялся. — За что?

— Полагаю, Кракен с ней не справился, — сказала Блэйк и улыбнулась одними губами, когда Роксана перевела на неё взгляд.

— Ну что ты, Блэйк, — Роксана тоже попыталась улыбнуться, но вышло как-то зло. — Я подружилась с одними ребятами, мы курили, пили алкоголь, прогуливали уроки, слушали запрещенную музыку и устраивали подпольные рок-концерты. Ах да, ещё я сбежала на мужскую половину и жила там целый год, пока меня не обвинили в употреблении крови. Тогда всё и раскрылось. А с Кракеном мы ладили, он же не такой как ты.

По столу прокатился смешок. Всем пришлось по душе то, как причесали Блэйк Забини, и только слизеринцы пялились на Рокану с таким ужасом, словно она только что станцевала на столе голая. Похоже они всерьез думали, что сестра Малфоя непременно должна была полжизни заниматься искусством подлизывания и собственной прической.

Ей стало досадно, но она все равно ощутила мстительное удовольствие: теперь вся эта чистокровная селекция обязательно пожалуется своим мамочкам, те напишут Эдвин… ух и пошатнется кристально-чистая репутация семейства под давлением писем от доброжелателей.

Хвала Мерлиновым порткам.

Слизнорт опомнился и тоже выдавил продолговатый сиплый смешок, глаза зельевара превратились в две веселые щелочки, он хихикнул и шутливо погрозил Роксане пальцем.

— А у вас хорошее чувство юмора, юная мисс! Н-да-а…хмпф… подпольные концерты… — он качнул головой и взялся за нож и вилку с таким видом, словно всё это и правда было просто шуткой. — Ну а…как вам в Хогвартсе? Как вам наш факультет?

Роксана помолчала, ковыряя ложечкой пирожные шарики в вазочке.

— Зеленого многовато, — наконец сказала она. — Очень не хватает…красного. Люблю этот цвет с недавних пор.

Они быстро переглянулись с Блэком, его губы дрогнули в тонкой усмешке.

— Тогда может быть сбежишь на другой факультет? — елейным голоском поинтересовалась Забини, демонстративно беря Сириуса за руку. Он попытался высвободить руку, но Блэйк была хуже дъявольских силков.

— Спасибо за предложение, я обязательно его обдумаю, — отозвалась Роксана, взглянув на их руки.

— Кстати, это нормально, что девочка целый год жила и спала вместе с мальчиками? — вдруг громко спросила Блэйк, важно оглядываясь по сторонам. — И куда только директор смотрел?

Это был просто верх лицемерия с её стороны.

Некоторые ученики даже заерзали на своих стульях, так, словно мечтали очутиться за другим столом, подальше от неё.

— Мисс Забини! — не то шутливо, не то укоризненно молвил Слизнорт.

— Я притворялась мальчиком, Блэйк, — ласково молвила Роксана. — Знаешь, ведь с мальчиками можно не только спать, но и дружить. Дружба, понимаешь, о чем я?

Блэйк порозовела.

— Что-то не похоже, чтобы у тебя хоть когда-нибудь был… друг, — выпалила она.

— Был, не волнуйся.

— И что же? Сбежал, когда выяснилось, что ты не мальчик?

— Блэйк.

Забини быстро покосилась на Сириуса, который позвал её тихим, но суровым голосом, однако не отступилась, ввинчиваясь в Роксану обозленным взглядом.

А Роксана какое-то время просто смотрела на неё, а потом ответила:

— Он умер этим летом.

Кто-то ахнул, Слизнорт закашлялся.