Несколько дотракийцев обратились к Дени, то ли спрашивая, то ли умоляя о чем-то, но она, взмахнув изящной рукой, заставила их замолчать.

– Маго, - твердо повторила она. Это слово смог распознать даже Тирион с его ничтожным знанием дотракийского. – Маго!

После короткой заминки появился воин, которого, по-видимому, и хотела видеть королева. Это был здоровенный амбал со средних размеров косой, в которой звенело два или три колокольчика. Его плечи были покрыты замысловатыми татуировками, а жесткий взгляд недвусмысленно говорил о том, что этот человек отправит тебя прямиком в седьмое пекло, если ты окажешься у него на пути. Одним словом, этот союзник ничуть не лучше Виктариона Грейджоя. Если, конечно, королева намеревается заключить с ним союз. А может, она собралась поджарить его до хрустящей корочки, как праздничного поросенка.

При виде двух огромных драконов конь Маго заржал и попятился. Кхал гневным жестом удержал его на месте и выкрикнул нечто непочтительное в адрес Дейенерис. Она холодно ответила, и по удачному совпадению, Дрогон фыркнул, рассыпав по иссохшей земле дорожку искр. К счастью, здесь нет кустов, которые могли бы загореться, иначе бедный Миэрин к списку перенесенных испытаний мог бы добавить еще и пожар. В любом случае, этого было достаточно, чтобы дотракиец несколько охолонул и взглянул на королеву с выражением бешенства, смешанного с некоторым невольным уважением. Он хотел было что-то сказать, но Дейенерис прервала его и спокойно, уверенно заговорила.

Тирион внимательно слушал, хотя, конечно, ничего не понял. Он настороженно оглядывал окрестности, беспокойно ерзая на горячей, жесткой чешуе Визериона, которая глубоко врезалась в его сведенные судорогой ноги. К своему удивлению, он понял, что хочет поскорее вернуться в Великую Пирамиду и убедиться, что с Пенни все в порядке. Скорее всего, пирамида устояла, но там все еще кишат злодеи и преступники.

Разговор между Дейенерис и Маго завершился тем, что табунщик сплюнул, описал круг и яростно зажестикулировал, но не осмелился повернуться и ускакать прочь. Наконец, по-видимому, признав свое поражение, Маго злобно произнес что-то, и королева триумфально улыбнулась. Она спустилась вниз – весьма рискованный шаг, подумал Тирион, ведь этот урод способен своим аракхом отрубить ей руку по локоть, - и пожала ему руку, отчего кхал ошарашенно застыл на месте. Не дожидаясь, пока он придет в себя, Дени отпустила его, кивнула Тириону, и Дрогон несколькими мощными взмахами крыльев поднялся в воздух.

Снедаемый любопытством, Тирион направил своего дракона за ней.

– Что вы ему сказали?

– Я предоставила ему выбор. – Волосы Дени развевались на ветру, словно знамя. – Я сказала ему, что покойный кхал Чхако хотел отправиться в Асшай и увидеть саму Тень, и спросила, желает ли он, чтобы его запомнили как менее доблестного воина. Я сказала ему, что Чхако мертв, убит вот этим самым чудовищем, и что у него есть возможность, если он не испугается, вписать свое имя в историю и стать величайшим кхалом всех времен. Если он вместе со всеми своими людьми и лошадьми пересечет отравленную воду и последует за мной в Вестерос, его деяния – и его коса – останутся непревзойденными на многие века.

Тирион несколько мгновений размышлял. Честно говоря, он не ожидал, что королева проявит такое политическое чутье и сыграет на тщеславии дотракийского кхала, его жажде славы и духе соперничества. Но что-то в ее лице подсказало ему, что все не так просто.

– А каков был второй выбор, осмелюсь спросить?

– Я сказала ему, что не забыла его преступления против ягнячьей девушки Ероих, за которые Чхако уже заплатил. Я сказала, что он может последовать за мной, сражаться за меня и подчиняться моим приказам, или он умрет здесь, как пес, и его ждет та же участь, которую он уготовал Ероих.

Карлик присвистнул с восхищением и пониманием. Воистину, она Таргариен до мозга костей. По складу характера больше похожа на Рейегара, чем на Эйериса, но все равно Дейенерис - не тот человек, с которым стоит шутить или которому стоит бросать вызов. Но поскольку он теперь ее Десница, ему следует затронуть вопрос о трудностях переброски войск.

– Отличный ход, ваше величество, но какой вам толк в армии, если у вас нет кораблей? От флота Грейджоев осталась на плаву лишь дюжина или около того, но…

– Если потребуется, сгодится и дюжина, - спокойно ответила королева. – У меня есть драконы.

Украдкой взглянув на ее лицо, Тирион решил не спорить. Он летел за ней над разрушенными, обгоревшими крышами Миэрина, стараясь следить за направлением ее взгляда. Наконец Дейенерис, кажется, нашла то, что искала. Тирион заставил Визериона резко нырнуть вниз. Дрогон, петляя, несся над улицами, и в конце концов Дени остановилась над полуразрушенной пирамидой Хазкаров, которая еще недавно служила тюрьмой для ее детей. Завидев ее, Визерион сердито фыркнул, и Тирион нервно сжал шею дракона, надеясь, что тот не станет противиться. Но Дени, повернувшись, одним взглядом заставила Визериона успокоиться, и карлик спросил себя, что за колдовство укрепило ее связь с драконами. Конечно, она их законная хозяйка, и жертва, которую принес Мормонт, сработала так, как надо, но этот рог происходил из старой Валирии, это не игрушка. Он будет служить ее воле, но им, как и любой магией, невозможно обладать, не отдавая ничего взамен. Рог получит свою плату.

Дени уже исследовала развалины. Башни из обожженного кирпича опасно кренились, словно Роберт Баратеон после ночной пьянки. Тирион не знал, что именно ищет королева, но он решительно последовал за ней. Впрочем, ему не удалось заставить Визериона приблизиться к пирамиде ближе чем на тысячу ярдов, а значит, пользы от него никакой. Но пока он размышлял, сколько времени им придется потратить на то, чтобы перерыть эту кучу мусора, в глубоких черных трещинах что-то зашевелилось, и наружу вылезли десять или пятнадцать мужчин – нет не мужчин. Судя по остроконечным бронзовым шлемам, это Безупречные. Все, как один, они склонили головы и протянули свои мечи рукоятью вперед.