«Да», - шептали чудовища. Их пасти раскрылись, касаясь его нежными поцелуями, высасывая черную кровь, и Джон почувствовал, что силы покидают его. Он зашатался, стоя на коленях, словно листок под порывами ветра времен…

Вдруг что-то сильно ударило Джона по лицу, а потом по плечу. Он покачнулся и почувствовал живительное дуновение свежего холодного воздуха. Он зажмурился, моргнул, и с его глаз спала пелена. Перед ним стояла Вель, бледная как полотно. В руках она сжимала Длинный Коготь. Наверное, она отобрала у него меч и ударила его клинком плашмя. Он попытался вздохнуть, словно вынырнув с большой глубины, но вместо этого получился странный каркающий звук, будто кто-то пнул надутый кожаный мешок.

– Что за?..

– Не знаю. – Вель в упор посмотрела на него. – Ты словно обезумел, боролся и дергался, разговаривал неизвестно с кем, что-то бормотал о том, что должен отдать себя им. Я решила, кто бы это ни был, они тебя не получат.

Несмотря ни на что, Джон почувствовал, как кривая улыбка сама собой приподнимает уголки его рта. Они находятся в мерзлой преисподней на самом краю Севера, за несчетные тысячи лиг от людей, тепла и укрытия, и эта упрямая одичалая только что спасла его, полубога, варга, чудовище с руками из драконьего стекла и мечом-молнией, от напавших на него из тьмы демонов с помощью старого доброго удара по голове. Как ни странно, у него появилась надежда. Есть что-то такое в нас самих, что может сдержать эту бурю. Впервые с тех пор, как Джон очнулся в теле Призрака в ледяной пещере под Стеной, он почувствовал себя почти обычным человеком.

– Ну ладно, - сказал он и протянул руку. – Верните мне мое оружие, миледи.

Она подняла бровь.

– Сначала поклянись, что не начнешь снова впадать в безумие.

– Я приложу все усилия, а если у меня не получится, можете снова меня ударить, - с серьезным видом заверил ее Джон. – Будьте добры, верните меч.

Вель поколебалась, но все же отдала ему Длинный Коготь. Взявшись за рукоять, Джон почувствовал под холодными стеклянными пальцами что-то теплое и липкое, и, нахмурившись, поднес руку к глазам. Даже призрачного мерцания было достаточно, чтобы разглядеть темно-алое пятно. Кровь.

– Миледи, - изумленно спросил он. – Что это?

Вель беспокойно огляделась по сторонам, в тщетной надежде, что из темноты появится кто-нибудь, кто избавит ее от необходимости отвечать. Наконец она сдалась.

– Эта… тварь, Дитя Леса, не хотела, чтобы ты встречался со своим братом. Она сказала, что ты – хозяин Рога Зимы, не живой и не мертвый, убитый во льду и возрожденный в огне, сам Великий Иной во плоти. А коли так, ты не войдешь под холм.

Это предположение о том, кто он на самом деле, потрясло Джона, но не так сильно, как он ожидал. Неужели я Великий Иной? Что ж, вполне возможно.

– Но я же вошел.

– Да, ты вошел. – Вель с вызовом вздернула подбородок, до боли в сердце напомнив ему Игритт. – Благодаря этому.

Она закатала рукав, обнажив рваный красный порез на белой коже запястья.

– Я написала заклятья своей кровью, чтобы Дети Леса не лишились последней защиты против зимних демонов. Твоих голубоглазых сородичей. Это был единственный способ открыть Древний Путь, так что я сделала, что должно. Я уже говорила, нечего теперь трястись.

– О, миледи, - Джон оторвал полосу от своего черного плаща и перевязал ее рану. – Нужно было сказать мне.

Она сердито взглянула на него.

– Зачем?

– Потому что… - К своему удивлению, Джон не смог сразу найти ответ. – Потому что я должен знать о вашей жертве, так же как вы знаете о моей, - наконец сказал он. – Когда вы меня ударили… вы, можно сказать, наткнулись на единственный способ пройти этим путем. Чтобы пересилить эти голоса, этих древних чудовищ, нужна сила, гораздо более простая, чем драконы, мечи и короны. Лишь сила человеческого сердца может победить тьму.

Вель пыталась сохранить сердитый вид, но ее нижняя губа задрожала.

– Надо же, какие нежности, ворона, - нетвердым голосом произнесла она, изо всех сил стараясь не заплакать. – Полагаю, ты уже придумал какой-нибудь умный план?

– Нет, - признал Джон. – Хотел бы я сказать, что все придумал, так было бы гораздо проще. Но мне кажется, миледи, что в вас есть сила, которой у меня нет. Я прошу вас побыть сильной еще немного.

Вель, казалось, хотела что-то сказать, но, покачав головой, отвернулась. Джон шагнул к ней, желая как-то утешить, но краем глаза заметил какое-то движение и чутьем почувствовал опасность.

– Ложись! – Едва успев вложить Длинный Коготь в ножны, он прыгнул на Вель и сбил ее с ног. Из темноты вынырнула тяжелая белая ветка и пролетела у них над головой, словно корабль, влекомый бурей. Сразу же за ней последовала вторая, а корни цеплялись за ноги, словно гниющие руки упырей. Проход словно разваливался на части, качаясь из стороны в сторону, поднимаясь и опускаясь, забрасывая их обломками льда, дерева и камня, а деревья со стонами извивались и пытались схватить их. Древний Путь требует свою плату.