– Бран, - наконец произнес Джон срывающимся голосом. – Ты ходишь.

– А ты живой, - Бран тихо хихикнул. – Думаю, мы оба удивили друг друга.

– Точно. – Джон обнял его еще раз, а потом поставил на землю, пожирая взглядом его лицо, словно никак не мог наглядеться. – Как же ты… как же я…

– Благодари свою женщину, лорд Сноу, - сказала Листочек. Она стояла в отдалении, не делая попыток приблизиться. – Тебе лучше поспешить.

– Мою женщину?.. – в недоумении спросил Джон. Он повернулся к Вель. – Что ты сделала?

– Ничего особенного, ворона. – Брану показалось, что ее глаза печальны, хотя она пыталась казаться невозмутимой. – Ты слышал это… создание. Нам надо идти.

Джону не понравился ответ, но он не стал продолжать расспросы. Вновь повернувшись к Брану, он сказал:

– Мы хотим пройти Старым Путем под холмом далеко-далеко на север. На край света. Покажи нам вход.

Бран поколебался.

– Вель сказала, там дракон.

– Вель права, - ответил Джон, как будто речь шла о чем-то заурядном. – Если мне позволено пройти сюда, за мной могут пройти Иные. Пойдем.

Бран хотел было возразить, что не знает, где вход, но это было не так. Он знал. Он молча вскарабкался на трон из корней и почувствовал, как они смыкаются вокруг него, змеями обвиваясь вокруг его тела. Через пятьдесят лет они прорастут сквозь меня. С каждым видением он все дальше и дальше уходил от своей памяти, от настоящего себя. Вспомню ли я, что меня зовут Бран Старк? Вспомню ли я, зачем Джон приходил сюда?

Бран прикусил губу, но не остановился. Он почувствовал, как корни сворачивают и разворачивают свои кольца, ощутил холодное дыхание небытия. Открыв глаза, он увидел позади себя темную нору.

– Вот, - сказал он тонким голосом. – Это здесь.

Невдалеке раздался тихий топот неживых ног.

Джон взглянул на вход, потом кивнул Брану.

– Пойдем с нами, - сказал он. – Боюсь, нам без тебя не удастся пройти последнюю часть пути. Человек и… - Казалось, он не смог подобрать для себя подходящего описания. – Древние силы не пропустят нас. Ты должен пойти с нами. Открыть нам путь.

– Но я уже открыл путь, - удивленно ответил Бран. – Это прямо здесь, Джон. Иди. – Он понимал, что если пойдет с ними в эту темноту, то лишь кровь Вель сможет удержать защиту от Иных, толпящихся у входа, а память о Мире была еще слишком жива. Хотел бы я забыть эту боль. Но пройдут дни, сливающиеся в месяцы и годы. И в один из этих дней, незаметно для себя, он не сможет вспомнить ее улыбку, звук ее смеха, простую и чистую радость, которую он испытывал, когда был с ней, с Жойеном, с Ходором и Летом. Забыв все это, он перестанет понимать всю глубину своей потери.

– Трехглазая ворона остается, - резко сказала Листочек. – Он и так сделал больше, чем следовало. Ваше безумие нас не касается. Можете разрушить мир людей, но не наш мир.

Джон посмотрел на нее, и в его взгляде был такой холод, что Брана пробрала дрожь.

– Если Иные победят, если все покроется льдом, вашего мира не будет. Думаете, если все люди – мужчины, женщины и дети, - погибнут, то вернутся зеленые времена и все будет так, как до нашествия андалов, которые явились к вам с огнем и железом и загнали вас в это мрачное место? Мир уже слишком стар для этого, и час волка наступил. Все, кто не желает увидеть, как наш общий дом превратится в ничто, должны объединиться.

– Дитя, - Листочек покачала головой, – тебе уже не нужно об этом думать. Тебе придется пожертвовать собой, принести себя в жертву. Ты никогда не вернешься.

– Если такова цена, я заплачу ее. – Голос Джона не дрогнул. – Но мы должны попасть на север, к дракону, а без Брана…

И Джон, и Листочек вопросительно посмотрели на него.

Бран не знал, что сказать. Он отчаянно хотел пойти с Джоном, ему была невыносима мысль о том, что он снова должен его потерять, и на этот раз, может быть, навсегда. Но он не мог заставить Вель нести его ношу, а еще он понимал, что не сможет покинуть полый холм. Его жизнь навеки связана с этим местом, эти узы скреплены кровью, костью и древними, мрачными, жестокими таинствами. Я – Старк. Я должен исполнить свой долг.

– Джон, - наконец произнес он. Ему хотелось крикнуть: «Не бросай меня!» Он должен будет провести здесь целую вечность в одиночестве, пока – если – не придет его наследник. Сломанный мальчик, слепой мальчик. – Я не могу пойти с тобой.

– Почему? – разочарованно спроси Джон. – Бран, ты должен… я не знаю, как мы…

Шаги все ближе, ближе, медленная мертвая поступь. Вель содрогнулась. Бран видел, как сквозь плащ, туго обмотанный вокруг запястья, проступило кровавое пятно.

– Мы справимся, - сказала одичалая. По ее голосу было слышно, что ей очень больно, но она первая шагнула в темноту. – Бран сделал все, что мог. Торопись, лорд Сноу. Торопись.

Джон помедлил мгновение, не сводя глаз с Брана. Они оба мечтали о том, чтобы этот миг никогда не кончался, чтобы они встретились где-нибудь в другом, лучшем месте. Но они оба понимали, что этого не будет. Джон коротко кивнул, отвернулся и двинулся ко входу. Тропа уходила вниз, в еще более неизведанные глубины, чем сердце холма. Древний Путь, их последнее рискованное дело, их единственный шанс.

– Я люблю тебя, - сказал он Брану.

– Я тоже тебя люблю. – Сквозь слезы Бран мог разглядеть лишь расплывчатые контуры их лиц. – Хотел бы я…