"Пункт 1. С момента получения приказа начать составление списков лиц, которые замечены в отправлении религиозных обрядов. Обратить особое внимание на последователей нетрадиционных сект и учений, получивших значительное распространение на востоке Украины и Белоруссии...

Запрещается в отношении данных лиц проводить какие-либо действия, свидетельствующие о проявленном к ним интересе...

Пункт 2. После поступления соответствующего распоряжения приступить к задержанию лиц, внесенных в указанные списки. В случае оказания сопротивления разрешается применение оружия. Все вещи, изъятые у арестованных, должны быть немедленно опечатаны и направлены в Москву в распоряжение ...

Начальникам особых отделов разрешается в ходе проведение операции использовать любые воинские соединения".

91

Самарский драматический театр сегодня был полон. Многочисленные военные, раненные с ближайшего госпиталя, сопровождавшие из медсестры и врачи, много рабочих - представление обещало быть интересным, собственно именно об этом и сообщала блеклая афиша у входа.

– Все уже собрались, Вольф Григорьевич, - негромкий баритон директора вырвал известного советского менталиста из забытья.
– Прошу вас.

"Все, хватит!
– такими внутренними криками он уже не раз пытался избавиться от трагичных воспоминаний, однако, образы родных, сгораемых в развалинах варшавского гетто, все равно продолжали преследовать его в минуты раздумий.
– Соберись, тряпка! Все эти люди собрались, чтобы увидеть тебя. Посмотри сколько их!". В эти секунды своей слабости он и предполагать не мог, что очередной концерт в довольно глубоком тылу обернется для него поразительным открытием, который перевернет всю его дальнейшую жизнь.

В момент его выхода зал взорвался от аплодисментов. Сияющие лица людей, на мгновения забывшие о войне и смертях, смотрели на него из зала. Молодые и пожилые, военные и гражданские, здоровые и больные - все они желали лишь одного, прикоснуться к тайне...

– Большое спасибо, друзья, - мягкий и располагающий к себе голос заполнил практически весь зал, заставляя мгновенно смолкнуть аплодисменты.
– Мне очень приятно выступать перед вами со своими психологическими опытами, - еще секунду назад душившие его воспоминания испарились и на сцене вновь стоял он - тот самый Мессинг, про которого говорили, что он умеет читать мысли, угадывать сокровенные желания и творить настоящее волшебство.
– Я постараюсь, чтобы проведенное здесь время вам запомнилось надолго.

Люди вновь начали вскакивать со своих мест и хлопать в ладоши. Кто-то выкрикивал его имя...

– Спасибо, спасибо, - Мессинг подошел к невысокой девушке со светлыми волосами, которая была его бессменным ассистентом вот уже несколько лет.
– Спасибо, друзья! Наше представления я начну как и обычно с угадывания мыслей.

Замолкшие было зрители, начали шушукаться, переговариваться. Несколько высокопоставленных военных сделали каменные лица.

– Конечно же, это не настоящее чтение мыслей, - Вольф Григорьевич сразу же выдал свою традиционную фразу.
– Все, что я демонстрирую это всего лишь доказательство безграничных возможностей человеческого разума. Каждый подобный опыт в очередной раз говорит нам, что не познан не только окружающий нас мир, но и мы сами... А сейчас моя ассистентка попросит одного из зрителей спрятать вот этот предмет, - с этими словами он передал девушке небольшой серебряный портсигар, которая сразу же начала спускаться в зал.
– Я с вашего позволения надену вот эту черную повязку и буду ждать, когда вы будете готовы.

Зал снова забурлил. Зрители на дальних рядах вскакивали с мест, пытаясь увидеть куда направилась девушка.

– Куда она идет?
– громко шептал какой-то вихрастый мальчишка, которому загораживал обзор крупный дядька.
– А?

– Не мельтеши!
– оборвал его второй, вставший на сидение.
– К тетке вон подошла... Рыжая такая вся из себя.

– Ну? А та?

– Тащит куда-то его!

Мальчишка, пытаясь рассмотреть происходящее, чуть не свалился на передние ряды. От этого его спас сосед, ухвативший его за торчащий подол рубашки.

Тем временем девушка в накинутом на платье сером пиджаке подошла к высокому парню из соседнего ряда, сидевшему прямо у прохода, и сунула ему за пазуху портсигар. Опешивший было парень через секунду рассмеялся увидев озорное выражение девичьего лица.

– Вижу портсигар мой уже на месте, - улыбнулся Мессинг, когда повязку с его глаз сняли.
– Так, а теперь прошу вас, дать мне руку, - с этими словами он протянул руку к девушке, продолжавшей стоять около ассистентки, - Сейчас мы будем искать мою пропажу...

Зрители замерли. Сотни внимательных глаз следили за каждым движением известного артиста. Тот осторожно взял в руку твердую ладонь девушки и мягко сжал ее.

– А теперь думаем о моем портсигаре, - его завораживающий голос раздавался словно из ни откуда.
– Куда же он мог запропаститься?

Девушка упрямо мотнула светлой копной волос, словно отказывалась даже думать о месте нахождения портсигара.

– Так...
– протянул Мессинг, делая шаг в направлении центрального потока рядов; ладонь девушки еле ощутимо дернулась.
– Хорошо, - вновь протянул артист, внимательно отслуживая малейшие реакции девушки.