– Пить дадите или нет?
– просипел он, когда игра в гляделки ему надоела.
– Горло перехватило.., - пояснил он.

Мгновенно откуда-то сзади появился стакан с чем-то слегка теплым и шершавые и теплые ладони прикоснулись к его подбородку.

– Не спеши..., - ласково отозвался недавний голос.
– Вот и все.

– Где я?
– наконец, он смог задать первый осмысленный вопрос.
– И кто вы такие?

Низенький, плотный человек, от которого просто веяло довольством и уверенностью, слегка привстал с места и произнес:

– Я профессор Вишневский. Руковожу, так как сказать всем этим, - с улыбкой он обвел рукой небольшой круг.
– Мои коллеги, - продолжил он, вновь оборачиваясь к капитану.
– Вы, Игорь Владимирович, все помните?
– после заданного вопроса, в палате повисла тишина.
– А?

На какую-то секунду разведчик впал в панику. «О, черт! Что еще за вопрос? Я в дурке что-ли?
– он слегка дернулся, проверяя не привязан ли к кровати.
– Вроде нет ремней! Стоп! Какого лешего! Я же в Москве! Был у Верховного... О!». Стремительно пролетевшие мысли, подстегнули его не хуже хорошего кнута.

– Профессор, мне срочно нужен телефон, - от былой растерянности ни осталось и следа.
– Мне необходимо связаться с органами государственной безопасности. Дело государственной важности!

Ему показалось или профессор, действительно, облегченно вздохнул, словно звонок в НКВД был для него приятным пустяком.

– Отлично, товарищи, - резко встал он, а следом за ним и остальные.
– Мы сейчас ненадолго выйдем, а с больным пока поговорят...

Сам больной с крайним удивлением воспринял такой демарш. Он ожидал совершенно другого: улыбки, недоверия или еще хуже, какого-нибудь медицинского обследования.

– Игорь Владимирович, с тобой все в порядке?
– в палате появился его непосредственный начальник, Петр Иванович Орлов, заместитель начальника Разведуправления Красной Армии.
– Ну ты брат и дал всем жару!
– всегда внешне совершенно невозмутимый (другие в разведке долго не живут), он улыбался.
– Я уж, грешным делом, думал с меня стружку снять хотят, а ты сам понимаешь, что в военное время ее снять могут прямо с головой! А вон что оказалось!
– в его голосе, видимо, от волнения проскальзывали окающие звуки, что для него совсем не свойственно.
– Что ты там натворил?

Игорь пожал протянутую руку.

– Иваныч, ты меня извини, - виновато начал он, глядя ему прямо в глаза.
– Не должен я тебе ничего рассказывать... Дело тут уж больно странное.

Неожиданно тот наклонился к его голове и негромко проговорил:

– Молодец, Игорюха. Сказал бы иначе перестал бы тебя уважать, - он сел прямо около него.
– Мне позвонили из секретариата ЦК, сам Поскребышев, и попросил съездить и проведать тебя, а потом доложить лично Верховному... Вот такие дела ты заварил.

Во время разговора Игорю все не давала покоя одна мысль — ну не мог сам, заместитель Разведуправления Красной Армии приехать просто справиться о его здоровье. В каждой фразе своего начальника он пытался найти какой-то второй или третий смысл, однако это никак ему не удавалось.

– Пока тут тебя не было, у нас сплошные авралы, - невозмутимо продолжал Орлов, не замечая или стараясь не замечать легкой отстраненности подчиненного.
– Война, идить ее налево! Разведанные идут сплошным потоком. Много сообщений от новых агентов... Сейчас, нас, Игорь, перенацелили на обработку прежде всего информации по Германии. Часть отделом осталась совсем без сотрудников, кое-какие направления оголились.

Смирнов продолжал ждать какого-то намека... «Может он должен что-то передать?
– размышлял разведчик, бросая короткие взгляды на начальника.
– Опасается охраны в коридоре? Нет... вряд ли. Тогда, что же? Записка?! Уже положил... Не может быть! Я бы заметил!».

– Вот такие, Игорюха, дела!
– наконец, новости у Орлова иссякли.
– Ну ты сам-то в порядке?! Врачи говорят, еще денек и выпишут. Ничего! То, что зацепило это не страшно, страшно это если зацепило не то!
– Игорь через силу улыбнулся.
– Давай, поправляйся и обратно, к нам. Смотри, буду ждать! Ну, Игорь Владимирович, держись.

Хлопнув его напоследок по плечу, Орлов поднялся и вышел из палаты. В этот самый момент Смирнова пробила мысль — его просто проверяли! Его самым банальным образом проверяли. А точно ли он тот, за кого себя выдает! «О, черт, это значит он сейчас же будет у Верховного!
– он чуть не застонал от досады.
– Вот олух-то!».

– Орлов! Петр Иванович!
– заорал он, будто его собрались резать.
– Орлов!

Видимо, к двери кто-то подходил и напуганный безумным воплем, шарахнулся прочь. Топот! Чей-то крик! Кто-то упал... какое-то шевеление! Дверь распахивается от удара и в палате появляется несколько сотрудников в форме НКВД. Один сразу же бросается к окну, а второй к кровати. В течение нескольких секунд они обшаривали дикими глазами 30 квадратных метров палаты, пока наконец, первый не подал голос: